У Великой реки - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 235

– Там магическая приманка. – сказала Маша, тоже перезаряжая двустволку. – Если здесь вообще сколопендры водятся, она могла их со всех окрестностей собрать. Часто они попадаются здесь?

Это она у меня спросила. Я лишь пожал плечами и ответил:

– Мужик, что меня охотничьей науке учил, Борис Дубинин, видел в горах настоящие кубла, как у змей. Штук по сто в одной пещере собиралось. Но думаю, что здесь столько нет. Да и передохли бы они с голоду на такой маленькой площади.

– Не обязательно. – покачала головой Лари. – Если приманка слабая, то они не все время возле нее живут, а просто возвращаются постоянно. Тогда и с голоду не помрут.

Опять блеснула нестандартными знаниями наша на первый взгляд непутевая спутница. А что ни спроси – все она знает. Интересно, а сколько ей лет?

При этом мы глаз не отрывали от зарослей. А я пытался определить как можно точнее, где эта самая приманка. Похоже, что как раз за наклоненным большим валуном, обратившимся к нам плоским боком. Оттуда тянет Силой, без сомнения.

– Еще одна! – крикнул Орри и загрохотал пулемет.

Пули хлестнули по камням, причем несколько из них рикошетами взвизгнули прямо над нашими головами, заставив меня мысленно обматерить пылкого пулеметчика, но почти подкравшаяся к нам сколопендра проворно метнулась в заросли. И забуксовала, охваченная нитью Силы, тянущейся из раскрытой ладони Маши. Снова дважды грохнуло – Балин двумя выстрелами располовинил тварь. А по половинкам, бьющимся на земле, дважды пальнула Лари, превратив их в четвертинки.

Еще есть? Если есть, то где может быть? У приманки. А как далеко от приманки?

– Что делать будем, дорогой? – спросила Маша. – Я их почему-то совсем не чувствую. Почему так, кстати?

– У стальных сколопендр панцирь их ауру блокирует. А сама аура слабенькая, тварь ведь совсем тупая. – пробормотал я в ответ, и снова начал медленно приближаться к ручью.

Я услышал, как Лари соскочила с лошади, уже здорово нервничающей, и встала рядом со мной, подняв дробовик. Кони вообще понемногу начали сходить с ума, и Балину пришлось железной рукой наводить порядок. И ведь совсем не значит, что они чуют живых сколопендр – их как раз запах мертвых пугает. Только суету вносят.

– Стой! – раздался голос Маши. – Ни шагу.

– Что случилось? – крикнул я, не оборачиваясь и не отводя глаз от камней и зарослей травы.

– Я их почувствовала. Там еще две или три, они прямо за тем камнем, что перед тобой.

Я почувствовал легкое истечение магии, и прямо из-за плеча у меня вылетел маленький золотистый светлячок, метнувшийся к камню и повисший над ним. Примитивная указка, одно из самых простых заклинаний. Но иногда бывает полезным, как сейчас.

Я на ощупь расстегнул клапан большого кармана на животе. нащупал большой цилиндр зажигательной гранаты. Свел усики, размахнулся… и за камнем полыхнуло огромным шаром почти белого пламени. Волна жара заставила нас попятиться, упырья трава вокруг мгновенно почернела и рассыпалась пеплом, а прямо из пламени, и именно на нас, выскочили сразу три огромные сколопендры, кажущиеся светящимися в отблесках фосфорного пламени, и заструились прямо к нам.

– Демоны темные! – аж подскочила с испугу Лари, и открыла частый огонь из "Тарана".

Ракурс был неудобный, но убить одну и попасть во вторую она все же смогла. Я тоже пальнул картечью по той, что была слева, промахнулся, прицелился снова, чувствуя, как холодеет спина и ужас наполняет желудок – она была уже опасно близка. Но тут вмешалась Маша. Тварь вдруг закрутило по земле и потащило назад, в огонь. А заодно и двух других, мертвую и подранка. Их тащило медленно, но неотвратимо. Мне даже показалось, что Маша делает это намеренно, давая тварям насладиться предвкушением смерти. Интересно, может ли столь скудный разум это осознавать?

Сколопендры, захваченные арканом Силы, бились и корчились с такой скоростью, что разглядеть их было почти невозможно, лишь размытые силуэты, треск сочленений панциря и разлетающиеся во все стороны мелкие камешки с тропы. Их подволокло к уже начинающей опадать стене огня, затем словно пинком втолкнуло внутрь. В языках пламени замельтешило нечто бесформенное, потянуло отвратным запахом, словно дерьмо в резиновой покрышке сгорело, а затем все шевеления стихли.

– Вот так. – явно гордясь собой, заявила Маша.

– Ага, примерно. – согласился я, перезаряжая стреляный ствол "вампирки".

– Неплохо. – кивнула Лари.

Гномы промолчали, лишь Орри перехватил "дегтярь" поудобней.

– Думаешь все? – спросил я, наблюдая, как все ниже и ниже опускается костер, вызванный разогнанной магией смесью напалма и белого фосфора.

– Ничего больше не чувствую, только приманка на месте. – покачала головой Маша. – Но лошади успокоились.

Действительно, лошади вели себя тихо, лишь перетаптывались на месте, опасливо глядя на огонь, который быстро опадал. И вскоре стих совсем, оставив после себя выжженное и закопченное пятно земли, опаленные бока валунов и покрывшуюся быстро уносимым жирным пеплом поверхность ручья.

Я сел в седло, да так и доразведал тропу до подъема на противоположный склон, не вылезая из седла, лишь "вампирку" перекинув поперек седла. Раз Маша сказала, что никого не чует, то там и нет никого наверняка. Я ей чем дальше, тем больше теперь доверяю.

Кони пошли вверх по склону, по тропе, вновь ставшей мягкой от опавшей листвы. Дорога втянулась под кроны могучего леса, буро-зеленые снизу и золотистые сверху стволы деревьев тянулись куда-то в невероятную высь, закрывая небо над головами. Откуда-то появилось много невероятно крикливых птиц, поднявших отчаянный шум, но кони шли спокойно, все мои "внутренние радары" сигналов тревоги не подавали. И это радовало, потому что нападение сколопендр на нас было явной ловушкой. Сами то путешественники от вампирской усадьбы до конечного пункта наверняка каким-нибудь амулетом пользовались вместо "пропуска".

Дело шло к вечеру, жаркий день смягчился подувшим вдоль лощин прохладным ветерком, а я начал беспокоиться. Пора бы уже и обещанному пристанищу появиться, ночевать здесь на полянке совсем не хочется. Где этот домик. или хутор, или постоялый двор – что там еще может быть?