У Великой реки - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 201

– Она Татарину за жизнь платит? – спросил я, отпив пива.

– Платила… – осторожно кивнул Угорь. – Год уже как Сливе платит. Они как-то там переделили дела для большего удобства, как я слышал.

– Точно?

– Не знаю. – пожал он плечами. – Тому, кто мне сказал, врать смысла не было, все равно он с этого ничего не имеет. Говорил, что гостиница Сливе отошла. А тот Татарину что-то отдал, что тому к территории поближе – "Речная корона" для него на отшибе.

– Интересно.

Вот теперь уже действительно интересно. Совсем. Все упирается в "Смотрящего" Сливу. Куда ни сунься, куда ни плюнь – всюду он. Единственное, что на него не указывало, так это "Хромой разбойник", со слов таксиста, а и то, выясняется, что информация устаревшая.

– А Слива где живет?

– Где Слива живет! – усмехнулся Угорь. – Ну ты спросил. Доедешь до конца этой улицы к югу, и сразу увидишь. У него такое подворье, что можно еще один город внутри расселить. Слива здесь всех переплюнул.

– Давно он так в гору пошел?

– Года так четыре. Наверное. Может больше чуток. А может и меньше.

Да, все совпадает. Появление Созерцающих, дела с эльфами, вознесение Сливы – все на этот период приходится. Созерцающих посылал в Пограничный сам Пантелей, как показал плененный нашей демонессой колдун, а если верить вампиру, то ход к Пантелею идет из "Хромого разбойника", который теперь принадлежит Сливе. Есть еще вопрос – каким боком к этому всему ас-Мирен, кроме как соседствует с "Речной короной" и сын его с эльфом наемников набирал? Об этом я и спросил, хоть и другими словами.

– Толком не понятно. – сморщился Угорь. – ас-Мирен в городе в авторитете, с тем же Сливой по слухам дружит, но чем занимается, с кем дела ведет – никто не знает. Богато живет, баржи у него есть, две вроде, и хаусбот, такой, что глянешь и дух захватывает. Дворец вообще.

– А сыночки его не болтают? – зашел я чуть с другой стороны. – Говоришь же, что они из кабаков не вылезают. Сам знаешь, где пьют, там и языком метут.

– Метут, да не о том, наверное. – пожал плечами Угорь. – Нет никаких слухов. Старший из братьев с месяц как запропал куда-то, а младшие здесь. Каждый день с новыми девками, через день на новой машине.

– Значит, у папочки дела хорошо идут?

– Это уж точно. – кивнул проныра. – Куда уж лучше… О! Смотри! Еще интересные люди.

С этими словами он указал на вход в кабак. Я поднял глаза от кружки, бросил туда взгляд. В зал вошли четверо. Трое явно были братьями. Все средних лет, все с обритыми наголо головами, один из них с короткой бородкой, еще один с усами, третий же был "лицом бос". Что их всех объединяло – черный цвет одежды. Недлинные плащи "пришлого" покроя из черной кожи, черные рубашки под ними, черные брюки, заправленные в черные же высоченные кавалерийские ботинки, закрывающие колени щитками, столь популярные здесь. У каждого справа висело оружие в кобуре, у всех разное, а слева в ножнах покоились совершенно одинаковые широкие и длинные тесаки, чуть изогнутые. В исторической книге о холодном оружии я видел название для подобного оружия "артиллерийский тесак". Не знаю, зачем он артиллеристам, но башку таким раскроить до зубов можно в единый миг.

Четвертый, вошедший с ними, был молод, но на бандита уже вполне смахивал. Узкое лицо, светлые короткие волосы, как у военных. С Лесного хребта человек. На нем был обычный для наших краев длинный брезентовый пыльник, берцы из рыжей кожи, серые брюки со множеством карманов и свитер. В желтой кобуре, висящей наискосок на животе, покоился сипайский "Чекан".

Все четверо неспешно прошли в зал, выбрали столик у стены, после чего они за ним расселись. Тот, который с бородкой, махнул рукой задастой подавальщице. Я глянул на нее – восторг в лице не отразился. Похоже, что не самые любимые посетители.

– Это кто? -спросил я.

– Братья Рахсен. С бородой старший, зовут Пер. С усами средний, Батор, а самый младший Волло.

– Из Западных Гильдий? – спросил я, присмотревшись к лицам.

– Оттуда. – подтвердил Угорь мою догадку. – Лет семь уже как в Гуляй Поле крутятся. Берут заказы на добычу черепов и выбивание долгов. Ухорезы те еще, по слухам, любили неплательщиков их же кишками душить. А года два назад стали они с Созерцающими работать. Исключительно. Бошки обрили, напялили все черное, в храме Кали их видели. Заказы со стороны не берут, что делают – никто толком не знает. Но поднялись. Завели даже торговлю. Две баржи купили и уже грузовиков пять для них катается, с их товаром. А до этого только на пьянки с гулянками зарабатывали.

– Интересно… – протянул я. – Интересно. А сюда часто ходят?

– Нет. Теперь нет. Раньше, до того как в черную масть перекинулись, часто бывали, а теперь пару раз в год, не чаще.

– Интересно… – повторил я. – А с ними кто?

– Не знаю. Видел вроде его здесь раньше раз или два, но внимания на него не обращал. Он с какой-то ватагой был вроде, не с Рахсенами. С ними его впервые вижу.

– Понятно. А одеты одинаково – это что, форма? Или выпендреж?

– Вроде формы у них, кто с Созерцающими дела ведет, но в этих… – он пощелкал гибкими пальцами, подбирая слово: – … во! Кто в тугах состоит, тот так и одевается. Это у них вроде армия своя такая.

Что-то знакомое было в лице молодого бандита в пыльнике. Но что именно – никак не мог понять. Словно воспоминание какое-то с ним связано. А вообще все это очень и очень интересно. Чем именно? Лично мне интересно, зачем это трое наемных убийц и поклонников Кали в компании еще кого-то заявились в кабак именно в тот день, когда в него пришли мы? Учитывая, что они сюда почти не ходят? Подозрительно. Боги видят – подозрительно. Я вообще в совпадения верю редко и с большим трудом. Точнее даже вовсе не верю. Поэтому я просунул руку под куртку, и активировал амулет связи, послав два длинных тона женщинам: "Как вы?". К счастью, ответ пришел быстро. Амулет завибрировал, сообщив, что у них все в порядке. Ладно, это радует. Если что и начинается, то начинается с нас.

– Ладно, увидимся еще. Пятерку свою хоть с трудом, но отработал. – сказал я Угрю. – Услышишь что еще про тех людей, о ком я спрашивал – подходи, подкину еще деньжат. Усек?