У Великой реки - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 144

Мужики курили и негромко разговаривали. Дым висел в воздухе над головами, отчаянно демаскируя позицию. За одним из столов сидел парень лет шестнадцати и поглядывал в дырку, пробитую пулей. Явно ждал атаки. У него на коленях поперек лежала кавалерийская модель «Энфилда», укороченная, где срез ствола за намушник не выдавался, отчего винтовка выглядела так, будто кто-то обрубил ее топором.

– Волков, вы наверх? – спросил меня Полухин.

– Ну да, к себе в номер. Айда с нами.

– Позже, пока здесь побудем, разберемся, что к чему. Спускайся к нам, если что.

Я кивнул и подтолкнул колдунью к лестнице. Маша передо мной побежала по ступенькам, виляя круглым задом и неожиданно сбив мня на грешные мысли. Даже висящий у нее на ремне через плечо огромный «маузер» с прикладом не сбил меня с них. Демон забери, какие все же округлости… гм… идеальные… Да и вообще девка хоть куда, статуэтка просто.

– Ты где пристроилась? – спросил я Машу, чтобы насильственно перевести мысли в деловое русло.

– В нашем номере, чего мудрить? Как ты Лари потерял?

В голосе колдуньи слышалось заметное волнение. А так жалуется все время, что та ей покою не дает.

– Специально разошлись, оглядеться, что в городе делается. Не думаю, что с ней может что-то случиться. Она в три раза быстрее любого человека, к тому же красивая женщина, которую скорее захотят изнасиловать, чем убить.

– Это лучше, что ли? – возмутилась Маша.

– Маш… Она не человек. Она – демон. Пока мало у кого насиловалка отросла достаточно, чтобы такой подвиг совершить. Скорее она сама там всех изнасилует. И высушит потом. К тому же она мозги умеет заплетать, и вообще драться с ней – способ самоубийства. И она вооружена, да еще и оружием с глушителем.

Я выложил весь набор аргументов, которыми успокаивал сам себя. Хоть спутницу нашу с трудом можно было отнести к числу «легковыносимых», но и неприятной ее тоже назвать было бы не честно. И однажды она спасла всем нам жизнь, о чем тоже забывать не стоит. И волновался я за нее, если честно, не меньше, чем Маша, но показывать свои тревоги мне нельзя, раз уж я командирствовать взялся.

Гномы топотали за нами следом, гомоня о своем. У них тоже забот было выше головы. Куда делись их спутники? Что с товаром? Что делать дальше?

У окна второго этажа, у самой лестницы, стояли еще двое местных с винтовками, один из них с новенькой СВД с оптикой. Неплохо, только зачем он там встал?

– Слышь, мужик! – окликнул я его. – Ты за каким демоном у окна выставился со снайперкой? Снимут первым выстрелом!.

– А что? – не понял тот.

– Выбери комнату, собери кучу мебели подальше от окна, засядь за ней, и выцеливай понемногу. И больше одного раза не стреляй. Пальнул, замер. Если начали долбить в ответ – меняй позицию. Понял?

– Понял. – кивнул тот и побежал по лестнице вниз.

Они сейчас наверняка снайперов подтянут, иначе нас не возьмешь. Расстояние от нас такое – стрелять легко, но добежать не выйдет – всех положат. Триста метров плоского как стол и совершенно открытого пространства, это если от ближайшего строения – трактира считать. Непреодолимое препятствие под огнем. А от дворов все четыреста наберется. Надо бы и мне приготовиться ко встрече снайперов, есть у меня специально для них сюрприз великий.

– Слыш, Саня! – окликнул меня Орри. – Мы в соседней комнате и напротив, сейчас позиции займем. Будет тихо – заходи поболтать, рад буду.

– И вы к нам заходите. – пригласила гномов Маша, на что те вежливо и степенно покивали головами.

Мы зашли в свою комнату, прикрыли дверь. Маша не только с магией времени не теряла. Все занавески были задернуты и шевелились под ветром у разбитых вдребезги окон, пол возле которых был завален осколками битого стекла. На кровати лежали обе наши винтовки и все ружья. Все коробки с патронами, что мы везли с собой, были выложены рядом. Ну и правильно. Одно оружие она только не приготовила, потому что о нем не знала – не имеет привычки по чужим тюкам лазить.

Я потянул к себе продолговатый, увесистый, металлически звякнувший сверток. Расстегнул пряжечки на ремешках, развернул кожаный чехол. Вот она, «Секира Дьюрина», однозарядка калибра двенадцать и семь десятых миллиметра. Сверкающая матовой синевой стали и глубокой полировкой ореха на ствольной накладке и щеке приклада. Гидравлический демпфер для смягчения отдачи, широкий дульный тормоз, а заодно и пламегаситель. И к ней, в отдельном футляре из толстой кожи, двадцать длинных патронов с остроконечной бронебойной пулей, снаряженных вручную, отполированных до зеркального блеска.

Я взял в руки тяжелый ствол с долами для равномерности вибрации и лучшего охлаждения, аккуратно вставил его в ствольную коробку. Повернул в сухаре, затем ключом затянул эксцентрик. Потом присоединил к винтовке хитрой конструкции приклад, массивную сошку и оптический прицел. Откинул рукоятку затвора, подал его назад до упора. В окно уложил один патрон и мягким движением загнал его в патронник. Быстро из такой винтовки стрелять не получается, но при хорошем стрелке (тут я поклонился публике) дважды в одну точку бить и не приходится. С ней можно против бронетранспортеров воевать, а драконов бить как мух.

– Что это? – спросила Маша, с удивлением глядя на такой немалый ствол.

– Кузькина мать в натуральном виде. В обнаженном, можно сказать. – усмехнулся я. – Снайперка крупнокалиберная, гномьей работы.

Дальше я взялся за сооружение баррикады, и через минуту уже пристраивался за целой кучей мебели, расположив тяжеленную «секиру» на сошках стволом к окну.

– Маша, аккуратненько, издалека, приоткрой занавески, пожалуйста. Несильно, только в середке.

– Издалека так издалека. – пожала та плечами и занавески немного раздвинулись посередине самопроизвольно. Это потребовало от нее столь ничтожных усилий, что я даже не почувствовал течения Силы. Почти не почувствовал.

Я достал из сумки наушники, подогнал их по размеру и пристроил на голову. Такая пушка, да еще с дульным тормозом, да еще в замкнутом пространстве… Кого угодно слуха лишит.

В кругу восьмикратного прицела, расчерченном волосяными линиями в перекрестье и дальномерную шкалу, показалась стена трактира «Отставной К. барабанщик». Затем окно. Одно, другое. Люди там были, но не слишком много. За нами следили всего несколько человек, я засек их, выглядывающих из-за перевернутых столов и из-за подоконников. Остальные расположились в глубине помещений и выглядели расслабленно. Ждут чего-то? Странно. Если это ограбление города, то следует действовать энергичней, и уже удирать. Если захват, то все равно нужна активность. Странно.