Дело о девушке с календаря - Гарднер Эрл Стенли - Страница 37

Судья безуспешно старался спрятать улыбку.

– Джентльмены, – он поднял руку, – давайте обойдемся без личных выпадов. Что же касается возражения, выдвинутого защитой, мистер окружной прокурор, суд принимает его в части, касающейся показаний о разговоре жены и мужа в то время, когда они были женаты, и в особенности показаний, которые относятся к моменту, когда Дон Меннинг находилась в комнате, где позже был найден труп.

– Но, с разрешения суда, – запротестовал Бергер, – это вырывает напрочь всю сердцевину из нашей системы доказательств. Мы просто не сможем допрашивать следующих свидетелей, если не будем основываться на показаниях Ферни…

– Минутку, – остановил Бергера судья. – Разрешите мне пояснить, мистер окружной прокурор, что в данном заседании вам и не требуется доказывать неоспоримую вину обвиняемой. Тот факт, что убийство совершено, вы уже доказали. Теперь ваша задача доказать, что есть резонные основания считать обвиняемую виновной в убийстве. Вы уже доказали, что она имела возможность владеть орудием убийства. Осталось только доказать присутствие обвиняемой в доме убитого в момент совершения убийства. Вот и все, что от вас требуется.

Гамильтон Бергер обдумывал предложение.

– Следует ли понимать это так, – спросил Мейсон, – что суд уже заранее сомневается в своем решении?

Эрвуд нахмурился:

– Суд не мешает защите выставлять любые доказательства, какие она сочтет нужными, если вы это имеете в виду. И если доказательства покажут, что обвиняемая не виновна, она будет освобождена. Однако суд заявляет, что обвиняемая имела возможность владеть орудием убийства и что в то время, когда оно произошло, она находилась именно в месте убийства. При наличии доказательств суд сочтет это вполне достаточным для вывода о причастности обвиняемой к данному преступлению.

– Отлично. – Лицо Гамильтона Бергера просветлело. – Мистер Ферни, мы просим вас покинуть свидетельское место и вызываем Лоретту Харпер.

Лоретта Харпер рассказала, что в тот вечер, восьмого числа, к ней пришли гости, ее старые друзья Джексон и Миллисент Кенделл и Франк Ферни. Около девяти часов она вышла из дому, чтобы купить сигарет. Когда она переходила улицу, к ней подъехал «Кадиллак», за рулем которого сидела обвиняемая Дон Меннинг. Она сначала стала упрекать Лоретту в том, что та крутит голову ее мужу и в то же время не дает ему получить развод, а затем под угрозой пистолета заставила Лоретту сесть в машину. Они поехали к Меридиту Бордену. Обвиняемая вела машину одной рукой. На влажной дороге при повороте машина пошла юзом и перевернулась. Да, она признает, что после аварии оттащила бесчувственную Дон Меннинг в сторону по траве, а сама заняла ее место, чтобы ее имя не появлялось в газетах. По этой же причине она неправильно назвала Анслею свое имя и адрес, то есть сказала, что ее зовут Беатрис Корнелл, и попросила отвезти ее в Анкордиа аппартментс. Там она взяла такси и вернулась домой. Тут она вдруг вспомнила, что ее жених, Франк Ферни, должен ехать на встречу с доктором Коллисон. Она разбудила его, и он уехал.

– Можете допрашивать, – разрешил Гамильтон Бергер Мейсону.

– Вы занимаете квартиру в доходном доме Дорман? – начал тот.

– Да.

– Каков номер вашей квартиры?

– Четыреста девять.

– Вы хорошо помните, что во время автомобильной катастрофы обвиняемая держала в руке пистолет?

– Да.

– Вы видели этот пистолет после катастрофы?

– Не видела.

– Вы посмотрели на ее руки после катастрофы, чтобы узнать, держит ли она еще пистолет?

– Нет, но не думаю, чтобы пистолет был у нее в руках. Скорее всего, он выпал и лежал где-нибудь в траве.

– Больше вопросов нет, – сказал Мейсон.

Некоторое время Гамильтон Бергер размышлял, а потом изрек:

– С разрешения суда, дело выиграли мы.

– Ну, – ответил судья, – нельзя сказать, что это такое уж ясное дело, хотя, с другой стороны, суд понимает, что только формальность не дает вам возможности квалифицировать его как бесспорное, в частности, то, что факты по этому делу уже второй раз рассматриваются судом. У защиты есть какие-либо доказательства, мистер Мейсон?

– Да, ваша честь.

– Отлично, предъявляйте все, что у вас есть. – Тон Эрвуда ясно давал понять, что никакие доказательства уже не изменят его мнение.

– Мой первый свидетель – Беатрис Корнелл, – начал Мейсон.

Беатрис Корнелл заняла свидетельское место, принесла присягу, назвала свое имя, адрес и занятие.

– Была ли обвиняемая Дон Меннинг зарегистрирована в списках натурщиц, которых вы направляли на работу с фотографами? – спросил ее Мейсон.

– Была.

– Восьмого числа ваши списки не изменились?

– Нет.

– Девятого числа этого месяца просил вас кто-нибудь прислать на работу Дон Меннинг?

– Да.

– Вы имели возможность в тот день видеть тело Дон Меннинг, в частности, ее левое бедро?

– Имела.

– Можете ли вы описать состояние бедра?

– Начиная сверху, от таза, вниз до самого колена вся нога была исцарапана. Кое-где были просто сильные царапины с синяками и ссадинами, а в двух или трех местах кожа была содрана полностью.

– Царапины были с кровоподтеками?

– Да.

– Кто-нибудь фотографировал ее утром девятого числа?

– Да.

– Посмотрите эти цветные фотографии. Что вы скажете о них?

– Да, это снимки с Дон Меннинг, сделанные девятого числа. На них видно состояние ее левой ноги.

– Можете спрашивать, – обратился Мейсон к Бергеру.

Окружной прокурор улыбнулся:

– Другими словами, мисс Корнелл, ваши показания подтверждают показания свидетеля обвинения Лоретты Харпер о том, что накануне вечером обвиняемая попала в автомобильную катастрофу?

– Да.

– Спасибо, это все. – Бергер улыбнулся и, повернувшись к Мейсону, с ироническим поклоном добавил: – И вам спасибо, мистер Мейсон.

– Не за что, – ответил адвокат. – Мой следующий свидетель – Морли Эдмонд.

Морли Эдмонд оказался крупным знатоком фотографии, членом нескольких фотографических обществ, непременным участником фотовыставок, обладателем бесчисленных призов, постоянным сотрудником различных фотожурналов.

– Посмотрите эти фотографии обвиняемой, представленные здесь обвинением в качестве вещественных доказательств, – и Мейсон протянул Эдмонду те фотографии Дон Меннинг, на которых она была запечатлена обнаженной, – и скажите, знакомы ли вы с ними.

– Знаком.

– Вы видели их раньше?

– Я их тщательно изучал.

– Скажите, вы знакомы с системой фотокамеры, которая находилась в фотостудии Меридита Бордена?

– Знаком.

– Можно ли сделать эти снимки с помощью такой камеры?

– Одну минутку, – запротестовал Бергер. – Свидетель, не отвечайте на этот вопрос, так как я заявляю возражение. Помимо того, что ответ на этот вопрос будет являться умозаключением свидетеля, здесь уже сам факт говорит за себя. Конечно, эти фотографии сделаны с помощью именно той камеры, ведь одна фотопластинка находилась в ней.

– Против чего вы возражаете? – спросил Эрвуд.

– У вопроса нет должного обоснования, а пункт, по которому свидетелю предлагается дать показания, должен быть подтвержден экспертизой.

Судья вопросительно взглянул на Мейсона.

Адвокат улыбнулся:

– Мы намерены доказать суду, что фотопластинка с изображением обвиняемой была в фотокамеру подложена, что она не могла быть снята этой камерой.

– Но каким же образом вы сможете доказать это?

– Сейчас узнаете.

– Я разрешаю вопрос, – сказал Эрвуд, с любопытством наклонившись вперед. – Но учтите, что доводы эксперта должны быть очень убедительными, иначе возражение будет принято и показания вычеркнуты из протокола.

– Хорошо. Отвечайте на вопрос, мистер Эдмонд. По вашему мнению, фотопластинки, с которых отпечатаны эти фотографии, не могли быть сняты данной камерой?

– Нет.

– И на каком основании вы можете это утверждать?

– Исходя из размера изображения.

– Объясните, что вы имеете в виду.