Девятое Правило Волшебника или Огненная Цепь - Гудкайнд Терри - Страница 160

У Никки голова шла кругом.

— Не верю, Тови! Наверняка все намного сложнее, чем ты изображаешь.

— Ну, в наш план входит и кое-что еще. Мы обнаружили катакомбы под Дворцом Пророков…

Никки понятия не имела о существовании катакомб — но хотела услышать всю историю и потому не стала перебивать.

— С этого все началось. У нас появилась идея. Понимаешь, мы скитались повсюду, изыскивая способы удовлетворить Владетеля… — Тови впилась в руку Никки, оцарапав ее ногтями. — Он проникает в наши сны. Ты сама это знаешь. Ведь он приходит и к тебе тоже. Он приходит и мучает нас, заставляя исполнить его требования, работать, чтобы освободить его.

Никки разжала ее пальцы, похожие на когти, и высвободила руку.

— Катакомбы?

— Да. Катакомбы. Мы нашли древнее подземелье и в нем много книг. Одна из них называлась «Огненная Цепь».

Мурашки пробежали по телу Никки.

— Что значит «Огненная Цепь»? Это заклинание?

— О, это намного больше и сложнее, чем просто заклинание. Это изобретение древних времен. В те годы волшебники создали новую теорию об изменении памяти. Согласно этой теории, реальные события можно изменить при помощи Магии Ущерба — причем так, чтобы все разорванные связи и остатки воспоминаний мгновенно перестроились независимо друг от друга, образовав новую и непротиворечивую вязь. Соответственно, можно сделать, чтобы человек как бы исчез для окружающих — все забудут о его существовании в их прошлом. Более того, его будут забывать даже те, кто минуту назад видел его. Но волшебники, придумавшие все это, проявили нерешительность, побоялись испробовать свое изобретение — не только из-за того, что подобное воздействие причинило бы невосполнимый ущерб личности пострадавшего, но и потому, что они не научились управлять действием этих чар. Один раз запущенные в ход, дальше они развиваются и поддерживаются самостоятельно.

— Что же это означает? Как оно действует?

— Оно стирает у всех людей память об одном определенном человеке — но дальше события нарастают каскадом, направление и масштабы которого нельзя ни предсказать, ни изменить. Огненная Цепь расползается во все стороны по связям одного события с другими, смежными, ну и так далее. В итоге часть действительности неисправимо искажается. Однако для наших целей это несущественно, потому что жизнь как таковая нас не интересует. Боясь, как бы кто не выследил нас, мы уничтожили и книгу, и катакомбы.

— Но чего ради вам стирать память о ком-то?

— Не о ком-то, а о вполне определенном человеке. Нам нужно было обеспечить забвение женщины, ради которой Ричард Рал согласился на союз с нами. Это Кэлен Амнелл, его возлюбленная. Мы пустили в ход Огненную Цепь, и теперь об этой женщине никто не помнит!

— Не понимаю, какой вам толк от этого?

— Весьма немалый: шкатулки Одена. Мы использовали ее для похищения шкатулок, и вскоре сможем освободить Владетеля. Обладая шкатулками, мы можем предоставить Ричарду вечную жизнь — и при этом оказать услугу Владетелю!

Скривившись от боли, женщина перевела дух и продолжила:

— Владетель нашептал нам во сне, что Ричард знает секрет, как открывать шкатулки. Эти знания хранятся в его памяти — и более нигде. Об этом поведал Владетелю Даркен Рал. Ричард знает, как получить доступ к тайнам Одена — но на этот раз мы не попадемся на ту уловку, которая погубила Даркена Рала. В той книге, которую он заучил наизусть, говорится, что шкатулки может открыть только Исповедница. И теперь в нашем распоряжении есть Исповедница, которую никто не помнит — а значит, и беспокоиться о ней некому!

— А как насчет исчезновения пророчеств? Это связано с Огненной Цепью?

— Да, это одно из последствий его применения. Об этом тоже было написано в той книге. В своей начальной стадии Огненная Цепь сжигает пророчества точно так же, как и память людей — потому что вместо подлинной памяти создается новая, ложная, и пророчества теряют прежний смысл. В тех местах, где на развилках имеются пустые места, оставленные пророками на случай, если в будущем кто-то пожелает дополнить предсказание, появляется соответствующий текст с вплетенной в него формулой Огненной Цепи. Так он поджигает и уничтожает все пророчества целой ветви, смежные по смыслу и времени. В данном случае мы одновременно устранили и реальную женщину, Кэлен, и все связанные с нею пророчества.

— Похоже, вы все основательно продумали, — сказала Никки.

Тови ухмыльнулась, несмотря на боль.

— Все еще лучше, чем ты думаешь.

— Лучше? По-моему, и так уже все весьма изящно завязано!

— Есть средство противодействия Огненной Цепи, — злорадно хихикнула Тови.

— Противодействие? То есть все-таки существует риск, что Ричард найдет способ восстановить разрушенное вами, и тогда весь замысел потерпит крах?

Тови попыталась сдержать хихиканье, но оно вырывалось наружу само. Хотя ей от этого становилось больно, ей слишком нравилось говорить на эту тему.

— Здесь кроется самая тонкая часть замысла! Древние чародеи, разработавшие идею Огненной Цепи, понимали, насколько это опасная штука. Поэтому они создали некий противовес, на случай, если Огненная Цепь вдруг будет кем-то применена.

Никки стиснула зубы.

— Что это за противовес?

— Шкатулки Одена.

Глаза Никки округлились от изумления.

— Шкатулки Одена были созданы в противовес Огненной Цепи?

— Именно так. Правда, прелестно? Более того, мы занялись и шкатулками тоже.

Никки глубоко вздохнула.

— Да, вы, несомненно, обо всем позаботились.

Тови скривилась.

— Ну… почти обо всем. Но есть одна небольшая загвоздка.

— А именно?

— Понимаешь, глупая сучка принесла только одну шкатулку, когда мы послали ее. Мы не могли допустить, чтобы шкатулки кто-то увидел — потому что, в отличие от зазнобы Ричарда, люди не забыли бы, что видели шкатулки Одена. А у Кэлен, видите ли, не хватило места в мешке. Сестра Улиция разъярилась и основательно избила девчонку — тебе бы понравилось это, сестра Никки, — а потом велела ей вынуть, если понадобится, вещи из мешка, чтобы поместились туда остальные две шкатулки.

Тови зажмурилось от накатившей боли.

— Но мы боялись ждать ее там. Сестра Улиция отправила меня и сказала, что догонит позже… — Тови застонала от нового приступа. — Первая шкатулка была у меня. Но Искатель — ну, во всяком случае, человек с Мечом Истины — напал на меня, ранил и отобрал шкатулку. Поскольку Кэлен забрала оставшиеся две, сестра Улиция, думая, что третья у меня, прежде чем покинуть дворец, пустила в ход магию Одена.

Никки, пошатываясь, поднялась на ноги. Ее подташнивало. Она с трудом верила своим ушам. Но сомневаться в правдивости умирающей не приходилось. Значит, Ричард прав во всем. Основываясь на крупицах сведений и на своем чувстве, он сумел разглядеть суть событий. И никто не желал прислушаться к нему… никто во всем мире, который сейчас незаметно погибал от ничем не сдерживаемой Огненной Цепи.