Демон прет на TV (СИ) - Варава Алевтина Ивановна - Страница 7

— Вы променяли морду коня на замут с бывшей женой⁈ — опешил я.

— Люда, у нас съёмки по графику, — отрезал Лёха. — Пустые командировки смерти подобны. Надо было выкручиваться. А бывшая Генки их сына в погребе запирала, и он у неё в девять лет читать не умеет. Там нормальная история, крикливая: даже драка была в студии. У вас проблема зрелищная, но мы её на сорок минут в эфире не растянем. Нужна история.

— Меня тут собрались лечить физкультурой и чулками, — поделился я. — Чем не история?

— Не, на Минздрав мы не наезжаем, они знаете, как нам помогают с другими героями! Да и вы в курсе-то сами разве, как вас лечить надо? — парировал Лёха. — Вы же не врач.

— Они меня хотят домой выслать!

— Вот, — пафосно отметил продюсер. — А я с частной клиникой о реабилитации договорился, флеболога отличного нашёл. Зря вы отказались.

— Звоните флебологу. Я что-то придумаю сейчас, — расправил плечи я.

— Нет, Люда, — засопел в трубку Лёха. — Придумывать нельзя, у нас реальные истории.

Я закатил глаза скафандра.

— Сейчас что-нибудь вспомню обязательно, — послушно поправился ваш покорный. — И наберу, а вы звоните флебологу.

— Его уже другая бригада на свой мотор утащила, чаще раза в месяц одного и того же эксперта нельзя. Но я нового найду, не парьтесь. Была бы история. И это, — замялся Лёха, — подгадайте там, чтобы мы вас из Перми вывозили, пожалуйста. Без парома.

Глава 19

Реинкарнация Торквемады

Думать категорически помешала реинкарнация Торквемады, к которой Людочкины телеса свезли санитары. Нет, серьёзно, надо отправить запрос на проверку, не вылез ли старина Томас в очередь на перерождение каким хитроумным макаром. Если нет, то этот Сергей — потомок, каким-то ветром перемен занесло горячую испанскую кровь в Россию! Вот вам товарный знак конкурентов!

Маскировал Торквемада свою деятельность дверью со лживой табличкой «Лечебный массаж». Я не эскулап, потому по поводу слова «лечебный» спорить не буду, мало ли. Но «массаж» остро требовал какой-то замены.

«Лечебные пытки», «Лечебные экзекуции», «Лечебные превентивные покарания» — так стоило бы именовать, чтобы пациент мог морально подготовиться. Вообще, я привычный, всякое за пять сотен лет бывало. Но в столь несовершенном и сверхчувствительном скафандре не сдержался и орал матом, отнюдь не благим.

Короче, Сергей каким-то приспособлением вроде набора скалок на крепежах, зацепил Людочкины нервные окончания (антинаучно — да, но фактически так) и взялся гонять их вдоль проблемной зоны. А зона, не побоюсь напомнить, у Людочки о-го-го.

Сергей Томасович этот мне все мозги в кашу перемолол, хотя работал с ногами! Я после него не то что сочинять историю… Если это цикличные манипуляции, то надо мне какую брошюрку йогов затребовать, практиковаться отключать сознание.

А тут, наконец, и мамка Людочкина на перекладных добралась до Перми и заявилась проведывать, вся такая взволнованная.

Глава 20

Чудеса в решете

— Что-то ты, Люда, бледная.

— Можешь купить пособие по экстремальной йоге? — перебил я, вытирая лоб. Пот обильно выступал там уже полчаса, хотя процедура кончилась — видать, лишнюю жидкость Сергей Томасович очень странной дорогой решил выводить наружу. То-то и ощущение было, что жопу на глаз натягивают.

— И говоришь ерунду, — завздыхала мать. — Все сбережения наши ушли, чтобы к тебе приехать. Надолго это лечение?

Я прикинул, сколько такой грузовой кузов надо через поры на лбу выдавливать, и загрустил.

— Мне тут жить негде, и куры, опять же, некормленые. Ещё и сарай обнесут, как пить дать. Я вещей привезла и обратно поеду, уж не злись. На гостиницы не наоткладывала. Если что-то срочно понадобиться, так ты Димку проси, он же как раз в Пермь перебрался, помнишь?

— Какой Димка? — ловя градины пота наволочкой, уточнил я.

— Ну так муж твой, Люда! Он же прабабку как схоронил, тут как раз и живёт. Уж привезёт, что надо, если попросить вежливо.

Я воззрился на мамку широко распахнутыми в этот удивительный мир людей очами и начал приоткрывать рот, но солёная завеса пота перекрыла смутную видимость.

Глава 21

Муж Димка

— Ты почему… про мужа продюсеру не сказала? — отплёвываясь солёным, выдохнул я (ну точно надо вейп покупать, вообще без дыма не те ощущения).

— Так вы ж уже не живёте сколько! — удивилась мать Людочки. — Он тут при чём?

— А Гена-квартирант при чём⁈ — попытался сесть я, но в морду коня мигом отдалось каким-то спазмом: больно Томасович оказался рукастым экзекутором. Опыт!

— Так и Генка не при чём, я ж про то втолковать не могла никому, ни тебе, ни Алёше, не девочке этой, которая звонила!

Я прижал лапы к тому месту, где по умолчанию должны быть рога.

— Оставь мне его номер, — устало прозвучало из Людочки, — телефон это… глюканул… контакты слетели.

Потом собрал волю в когти. Следовало по-хитрому что-нибудь прояснить заблаговременно.

— Мам, мы почему вообще с ним разбежались-то? Я вот по сей день не понимаю.

— Так ну ноги у тебя пухнуть стали, — поразилась мать Людочки.

Ну всё. Если бы нас не разделяла баррикадой морда коня, урыл бы тётку под паркет, вот вам товарный знак конкурентов!

— То есть я развелась с мужем, потому что заболела этим лимфо-тазом, он от жены-калеки сбежал в квартиру своей прабабушки в краевой центр, а мы продюсерам про шашни с квартирантом, который имени моего не помнил, рассказывали?

— Так а зачем ты Гену того приплела, я так и в толк не возьму! — не углядела своей вины матушка.

Всё. Уберите её из палаты. А то я ща лечебную физкультуру от злости сам освою.

Глава 22

Крот

Было чертовски неловко признаваться Лёхе в наличие мужа. Я в целом гордился тем, что он занёс мой скафандр в список понимающих личностей. А тут клинический идиотизм. Лёха мне доверять перестанет. Эх.

Но продюсер не ругался, он, напротив, возликовал — словно я звонил с уведомлением о выигрыше в лотерее, а не сообщить об утаённых важных сведеньях и ещё разок предложить свои бренные мощи запредельного веса к попыткам подобрать под них транспорт. Лёха затребовал номер подпольного супруга немедленно и даже попросил меня не звонить самому, что было крайне кстати — там, поди, даже если трубку случайно возьмёт какой Димонов друган, я и не разберу.

Я потирал лапы.

У продюсера, похоже, опять ЧП, раз с таким энтузиазмом взялся за проблемы с транспортировкой меня по просторам России, на чём уже огрёб нехило так недавно. Возможно, не так много народу жаждет оказаться в студии «Это запредельно» нужным составом. Немудрено.

Ну так мне этот дефицит только в плюс.

Лёха становился стабильно вовлечённее и сговорчивее с приближением «дней моторов» — среды и четверга. Был готов преодолеть любые сложности. Появилось подозрение, что проблемы у них там вообще регулярные. И что никуда на той неделе меня чудом не протащили в очереди, и очереди нет вовсе. Надо же. Такая огромная страна — и так мало подходящей по параметрам жести…

Муж Людочки позвонил сам, оказалось, его номер уже имелся в телефонной книжке, забитым почему-то с подписью «Крот». Он был не против помочь чинить скафандр, но ехать хотел со мной, а не отдельно, как настаивал Лёха.

— Ну Люда, так же оно удобнее, — неловко цедил из себя слова Димон. — Я же слепой. Вона пачпорт ему целый час фотографировал…

Глава 23

История любви (короткая)

Вот всё-таки люди не перестают меня удивлять. С другой стороны, учитывая параметры скафандра, оно так даже как-то логичнее.

Оказалось, что Людочка с Димоном познакомились как раз в Обществе слепых, куда та, до капитального опухания, каталась два раза в неделю по два часа в одну сторону общественным транспортом, чтобы заниматься ручным трудом и общаться.