Кровь не вода 2 (СИ) - Седой Василий - Страница 6

Даже рассказывать не буду, как я выбирал остаток сети и потом буксировал это к берегу. Устал как проклятый и уже не рад был трофею, поняв для себя, что лучше ловить меньше по размеру, но обходиться без такого напряга.

Мой улов наделал немало шума в нашей части поселения. Бабушка, обеспокоенная моим долгим отсутствием, уже собиралась плыть на второй нашей лодке на поиски, и так получилось, что к моему прибытию она встретила меня на берегу. Когда же попросил её позвать кого-нибудь из наших казаков на помощь, она сделала это так, что помогать пришли и люди Нечая тоже.

Даже Мишаня, которого я чуть не прибил за то, что он собирался разрезать сеть, в одиночку не смог вытащить на берег пойманного мной монстра.

Не зря говорят, что общий труд объединяет.

Казалось бы, одна рыбина (дополнительно пойманная относительная мелочь не в счёт), а работы хватило всем. По крайней мере, выпутывали тушу из сети и вытаскивали её на берег толпой.

О разделе вовсе молчу, тут первую скрипку играл Степан, который даже заикаться слегка стал, когда я предложил, забрав икру, просто порубить тушу на куски.

Оказывается, шкуру осетра нужно аккуратно снимать, и чем старше и больше осетр, тем больше ценится его шкура.

Как выяснилось, её используют для обмотки рукояти холодного оружия. По словам Степана, именно правильно обработанная кожа осетра не скользит в руке, даже если её намочить.

В общем, разделка и переработка затянулась надолго, и естественно, что я не смог отказать себе в удовольствии заморочиться приготовлением шашлыка, тем более что сложного в этом ничего нет, особенно если это мясо осетра, которое сложно испортить.

Как-то народ так увлекся работой, что и небольшой дождик никто не замечал, все трудились с шутками-прибаутками, и работа спорилась. Какие-то минут сорок, может, час — и о монстре не осталось даже упоминания, если не считать бочек с засоленной рыбой и икрой, ну и отложенных на уху плавников с головой и горки мяса для шашлыков.

Из-за дождика и отсутствия в хозяйстве подходящего навеса шашлыки пришлось мутить и готовить в свежепоставленном шатре прибывших воинов Нечая.

Он у них оказался достаточно большим, чтобы там разместились все желающие, а благодаря тому, что несколько боковых стенок можно было поднять, получилось подобие того же навеса.

Неожиданно на всю эту поднятую суету потянулись и Мария с отцом. Подошли выяснить, что происходит, и попали на подобие праздника, потому что появились как раз, когда первая партия осетины была готова.

Купец, попробовав доставшийся ему кусок, смешно пожевал губами и произнес:

— Это надо мёдом запивать, сейчас распоряжусь, чтобы принесли.

Понятно, что собравшиеся изрядно возбудились при упоминании меда, и, когда люди купца принесли приличный по объёму бочонок, вечер плавно начал превращаться в праздник.

Хорошо, что готовить мне пришлось только первую партию мяса, а потом все в свои руки взял Мрак, как оказалось, любивший и умевший готовить, выполнявший в отряде Нечая обязанности штатного повара, иначе мне было бы не до праздника, и так устал как собака.

Правда, хлебнув малость меда, я ожил и повеселел, но все равно обрадовался, что нашлась добрая душа, взявшая на себя неподъемную ношу, готовить ведь пришлось реально много.

Как-то незаметно посиделки перешли от простого насыщения сначала к разговорам с рассказами интересных историй, а потом дошло и до песен.

Я, хлебнув несколько ковшей меда, изрядно забалдел и даже не заметил, когда у меня под боком оказалась Мария, которую я слегка приобнимал за плечи. А когда её обнаружил, то сначала напрягся, а потом, встретившись с её лучистым взглядом, подумал про себя: «Да пошло оно все», — и потянулся за очередным ковшом меда…

Глава 3

Утром, ещё затемно разбудила бабушка вопросом:

— Ну что, Сеня, все у вас теперь хорошо с Марией?

Соображалось не очень, и голова болела, поэтому ответил вопросом на вопрос:

— А почему у нас с ней должно быть плохо? Все, как всегда.

— Что, ничего не было? — Не унималась бабушка.

— Чего не было? — Не сразу сообразил я, а когда дошло, то только и промычал:

— Ба, да угомонись ты наконец, что ж ты такая шебутная стала?

— Значит, правда не было, ну дураак, — резюмировала бабушка, фыркнула, развернулась и исчезла, как будто её не было.

Я же прислушался к себе и понял, что спать уже не хочется, а хочется пить, притом со страшной силой, и голова ещё болит. Пришлось вставать и заниматься привычными утренними делами с содроганием думая о том, что впереди ещё занятия, которые никто не отменял.

Всё-таки перебрал я вчера как не крути, а это здоровья не добавляет, организм не привык к подобному.

Мысли плавно перешли на воспоминания о прошедшем дне, и улыбка сама по себе наползла на лицо.

Нет, на самом деле ничего у нас не было. У Марии, как выяснилось, женское недомогание случилось. Зато, наконец, объяснились, если это можно так назвать.

По крайней мере, нацеловались и затискал я её по путю.

Вообще здесь и сейчас веду себя, действительно, как будто все впервые. При этом испытываю странные эмоции, более яркие, чем это когда-то уже было.

Может, конечно, подзабылось уже за давностью лет, но вряд ли. Здесь все по-другому, и мне это нравится.

Когда подошло время будить братишку и отправляться на занятия, рядом нарисовался отец Марии и с порога, не говоря ни здрасте, ни до свиданья, со старта изобразив заинтересованное лицо, спросил:

— Ну что, сладилось у вас с Машей?

Я как раз пил воду и чуть нафиг не захлебнулся, закашлявшись напрочь. А когда немного пришёл в себя, только возмутился, сил злиться уже не было.

— Вы сговорились что ли? Это только наши дела, и не хрен к нам лезть с такими вопросами.

— Да как же ж…

Начал было что-то говорить купец, как я уже рявкнул:

— Я все сказал. Не нужно лезть туда, куда не следует.

Похоже, до купца дошло, что лучше меня пока не трогать. Да и почему-то невзлюбивший его Пират, подкравшийся и в очередной раз тяпнувший его за ногу, немного привел его в чувства, потому что после этого он испарился не хуже бабки.

На поляне, где проходят занятия, нас встретил почему-то не Святозар, как это обычно бывает, и не дядька Матвей (который хоть и числится наставником, но походу слегка на это забил и переложил свои обязанности на Святозара со Степаном), а Степан, который прищурившись, посмотрел на меня и спросил:

— Когда свадьбу гулять будем?

Я только и смог, что положить руку на больной лобешник и буркнуть:

— Достали.

После подозрительно посмотрел на Степана и спросил:

— Вот скажи мне, кто тебя надоумил задать такой вопрос?

— Никто не надоумил, просто видел, как вы вчера ворковали, вот и решил поинтересоваться.

Ответил он вроде почти безразлично. Только по тому, как вильнул его взгляд, я понял, что взялись за меня всерьез. Чувствую, что первую скрипку тут играет бабушка. Очень уж почерк знакомый, без неё здесь точно не обошлось.

— Ладно, хорошо, если так. Вы начинайте пока без меня, я пробегусь в селение и скоро вернусь.

Сказав это, не обращая внимания на удивлённые лица товарищей, я развернулся и правда побежал домой. Настало время поговорить с бабушкой всерьез, слишком уж с перебором она начала лезть в мои дела.

Очень вовремя я решил выяснить отношения. Действительно, как будто ворожит кто-то. Потому что на подходе к дому из-за того, что дверь была открыта, я невольно подслушал жаркий спор бабушки с купцом.

Многого, конечно, не услышал, но понять, о чем разговор, труда не составило. Особенно про упоминание купца о том, что он за дочерью, помимо прочего, ещё и имение готов дать, расположенное рядом с Тверью стоимостью…

Стоимость я не расслышал, потому что он, называя сумму, понизил голос чуть ли не до шепота.

Удивительная, надо сказать, сложилась ситуация, и, если бы дело касалось кого-нибудь другого, можно было назвать её забавной. А так у меня даже головная боль неожиданно прошла от злости. Вот уж, действительно, без меня меня женили. А я ведь терпеть ненавижу, когда на меня танком давят и пытаются мной манипулировать.