Кровь не вода 2 (СИ) - Седой Василий - Страница 24

Все дальнейшее меня удивило, поразило и показало, что мне ещё учиться и учиться.

Святозар, внимательно отслеживающий поведение догоняющих, действовал очень хладнокровно, и я бы сказал, на грани фола.

Для начала он, казалось, вообще не реагировал на то, что преследователи ускорились и начали нас довольно быстро догонять. Как командовал до этого, когда идти шагом, а когда нужно перейти на рысь, так и продолжал.

Говоря другими словами, мы продолжили идти темпом, взятым изначально, не обращая внимания на этих преследователей.

Не могу сказать, каким образом Святозар подгадал, но, когда преследователи приблизились где-то на полкилометра, мы в это время шли шагом. Лошади у нас успели отдохнуть после довольно длительного передвижения рысью.

В общем, переиграл Святозар ногаев. Оказавшись на означенном расстоянии, они вдруг ринулись вперёд галопом, и мы в точности повторили их маневр. Только, в отличие от растянувшихся в длинную цепочку преследователей, мы так и продолжили свое движение компактной группой.

Долго скакать не пришлось, минут через двадцать ногаи перешли на шаг, и мы тут же повторили их маневр. Только вот дальше все пошло совершенно не по плану степняков.

Я так думаю, потому что после короткого отдыха для лошадок мы вновь вернулись к своему привычном ритму передвижения, и ногаи начали потихоньку отставать.

Нет, они ещё два раза пытались приблизиться стремительным рывком, но безрезультатно. И после второго раза Святозар заметил:

— Все, выдохлись поганые, запалили коней.

Ногаи правда стали отставать, сначала незначительно, потом все больше и больше.

К нашему уже родному кургану мы подошли в сумерках. Первым делом Святозар отправил двух казаков зажечь сигнальный костёр, что те и сделали уже через каких-то десяток минут.

Можно сказать, что главное мы сделали, предупредили об опасности набега. Теперь можно, расслабившись, продолжить уходить от погони, возвращаясь домой победителями. Но Святозар так не думал.

Как только, двигаясь по проложенной ещё ногаями тропе, мы завернули за курган, он остановил десяток, оглядел нас каким-то шалым взглядом и спросил:

— А что, казаки, не гульнуть ли нам напоследок, чтобы степняки в следующий раз думали, за кем стоит гнаться, а за кем лучше не надо?

По правде говоря, не я один удивился такому вопросу. Воины Нечая точно не ждали ничего подобного, судя по тому, как начали между собой переглядываться.

— Ещё как стоит, — вдруг прогудело со спины, — заждались мы вас уже, все целы? — Спросил Мишаня, непонятно, каким образом незаметно подъехавший к нам.

Он с Мраком, оказывается, будто чувствуя, что мы вот-вот вернёмся, караулил нас, находясь на кургане, и не прогадал.

— Есть один раненый, и его нужно кому-то отсюда увозить. Хорошо, что вы здесь, помощь лишней не будет. — Произнес Святозар, не дожидаясь ответа казаков, и продолжил командовать:

— Ногаи к кургану не пойдут, боясь засады, остановятся для отдыха в пределах его видимости. Можно попробовать по-тихому пробежаться пешком к их лагерю и показать, кто тут хозяин. Тайная тропа для этого есть, и все должно получиться, если, конечно, мы сможем подобраться незамеченными.

— Если идти к ним не по своим следам, то тогда, правда, все может получиться. — Отметил Нечай, и все остальные воины дружно кивнули.

— Значит, так и сделаем. Сейчас пока отдыхаем, я подниму, когда надо будет отправляться, — распорядился Святозар, и повернувшись к Нечаю, добавил, обращаясь уже конкретно к нему.

— Отправь одного из своих с раненым. Пусть уходят к лагерю, а там с обозниками дальше в поселение.

— Может Семена? — Кивая на меня, уточнил Нечай.

— Нет, Семен останется. — Даже как-то резко ответил Святозар, и как бы показывая, что разговор окончен, переключил свое внимание на Мишаню, спросив:

— Я надеюсь, что ты наших лошадей с добром сюда привёз, или без присмотра оставил?

Мишаня слегка смутился и прогудел:

— Оставил на месте, но там присмотрят.

Видя, что Святозара его ответ не особо удовлетворил, он, малость поерзав в седле, пояснил:

— Там Игнат-обозник припасы привез на санях. Вот его и подрядил присмотреть, пока мы в дозоре будем.

Святозар как-то тяжело вздохнул, кивнул утвердительно и досадливо, негромко почти прошептал:

— Вот жежжж.

Святозар не ошибся. Степняки, правда, не стали идти к кургану и остановились в прямой видимости.

Они, похоже, решили, что мы продолжили драпать, потому что даже костром озаботились, набрав ветвей из кустарников в оврагах.

Вообще, похоже, их неслабо так вымотала эта погоня, потому что, не дожидаясь темноты, они, оставив пару человек для охраны, дружно попадали отдыхать.

Святозар, глядя на все это с вершины кургана, произнес:

— Смотри, Семен, и учись, как делать нельзя. Эти ногаи предсказуемы, а значит, уязвимы. Нельзя расслабляться рядом с противником.

— А как бы ты поступил на их месте? — Не постеснялся я задать вопрос.

Святозар хмыкнул и ответил:

— Ну уж точно не остался бы ночевать на виду. Не трудно ведь догадаться, что мы можем посмотреть на них с кургана.

Он весело на меня посмотрел и добавил:

— Я увёл бы людей с глаз долой в сторону и на следах оставил бы пару человек для наблюдения. Нельзя, чтобы враг знал, где ты отдыхаешь, как устроена охрана лагеря и сколько человек на этой охране. Если узнает, жди неприятностей.

Для отдыха Святозар выделил всего пару часов, и оставив с лошадьми и имуществом двух нечаевских воинов (чем Нечай был откровенно недоволен), остальных пешком повёл далеко в сторону от кургана.

Тайная тропа, о которой он говорил, находилась приблизительно в двух километрах, и я признаться по-честному, в жизни бы не рискнул идти по ней ночью в одиночку, даже зная, на что ориентироваться. Очень уж она была извилистая и узкая.

Проблема передвижения по ней была ещё и в том, что в некоторых местах она проходила через небольшие овражки, где приходилось идти по пояс в снегу.

То ещё путешествие выдалось, очень уж непростое и выматывающее. В какой-то момент я, можно сказать, потерялся во времени и пространстве, тупо переставляя ноги и глядя на спину Святозара, шагающего передо мной и поймавшего какое-то подобие транса.

Все это закончилось, по крайней мере, для меня, неожиданно. Святозар резко остановился, сделал шаг в сторону, и только тогда повернувшись, прошептал:

— Дошли.

После чего развёл руки в стороны и изобразил жест, будто сгреб кого-то невидимого в охапку. Благодаря тому, что ночь была относительно светлая (тут ещё и снег помогал), все этот его жест увидели и быстро собрались в тесный круг.

Святозар, уверившись, что все подошли, начал тихо, но так, чтобы слышали все, шептать:

— До лагеря ногаев саженей тридцать. По оврагу можно пройти ещё шагов двадцать, дальше уже покажемся на виду. Ближе тихо будет не подобраться, поэтому следует сейчас готовить луки к бою. Как выйдем на открытое пространство, сразу бейте, не дожидаясь команды. Нам сумятица, которая возникнет в их лагере, будет только на руку. Пока не выбьем хоть половину, в рубку лезть не следует. А лучше и вовсе обойтись без боя накоротке.

Высказав это, он оглядел всех собравшихся, и уже обращаясь ко мне лично, велел:

— Ты, Семен, в ближний бой не ходи. Постарайся достать тех, кто попытается сбежать. Понимаю, что вряд ли получится, но было бы хорошо оставить их всех здесь.

После этого короткого инструктажа мы отправились дальше, только меня теперь передвинули в хвост строя.

По дороге, практически на ощупь, я досыпал на полки пистолетов порох, после чего все также на ходу достал из-за спины винтовку и сделал то же самое, подготовившись таким образом к будущему бою. Во всяком случае, непонятное отупение, появившееся во время монотонного движения, пропало и меня даже начало слегка поколачивать, как это бывает перед боем.

Степняки нас явно не ждали, и наше появление для них получилось действительно неожиданным.