Гулящий. Отдана брату мужа - Кальби Иман - Страница 4

– Старший брат мой всегда нравился?– выпустил клуб дыма прямо мне в лицо.

Я пожала плечами.

Смысл сейчас унижаться и рассказывать ему, как у нас все было? Что я ненавидела себя и дорого, очень дорого заплатила за свою нелюбовь к его брату… Если бы только можно было все отыграть назад… Я бы просто съела измену Батыра и пошла по жизни дальше. И никогда, никогда бы не видела их семейку.

– Почему у вас нет детей? Ты не в состоянии родить? Он?

– Мы предохранялись…– чувствую, как краснеют щеки. Эти вопросы слишком интимны.

– Не верю… Зная братца, он бы все равно заставил тебя зачать…

– Значит, не заставил,– вздергиваю подбородок,– я не хочу обсуждать такие вопросы, Батыр. Ты ведь обозначил условия моего пребывания тут. Разговоры о детях или про душу не входят в круг моих обязанностей…

Он снова делает глубокую затяжку и опять выдыхает мне в лицо бесцеремонно.

Смотрит мрачно.

– Он был помешан на тебе. Хоть и гулял безбожно. Знаешь? Он изменял тебе, Диана.

Пытается ужалить? Зря. Во-первых, я знала. Во-вторых, мне плевать…

– Видимо, род у вас такой… Гулящий…– усмехаюсь, пытаясь не подавиться дымом.

Смотрит потемневшим взглядом.

Тушит сигарету в пепельницу.

От нее теперь приторно- резкий, тяжелый запах.

Меня начинает подташнивать.

– Иди, Диана. Тебе завтра рано вставать. Я хочу, чтобы ты убралась в патио с утра. Там много листвы.

– Есть же садовник.

– Ты,– категорично режет он.

Я пожимаю плечами. Разворачиваюсь.

– Как у тебя с Джаннет и Миленой?– кидает в спину.

– Как с работодательницами,– сарказм в моем голосе очевиден. И в то же время, не придраться…

– Я знаю тебя… Гордая и высокомерная. Это все… притворство- эта кротость и скромность… Стерва в обличии овечки. Расчетливая и холодная… Одна жалоба на тебя- я сделаю твое пребывание тут нестерпимым. Не забывай, где они, а где ты…

– И где они?– не выдерживаю, разворачиваюсь. Батыр специально провоцирует…– то, что они в твоей постели, не дает им право считать, что я их подстилка… Это ваши отношения…

– Право считать тебя тем, кем я захочу, есть у меня. Ты сама мне его дала…

– Не было выбора…

Батыр чернеет. Видно, что его предохранители слетают.

Он преодолевает расстояние между нами в три шага.

– У тебя был выбор. Но ты сделала свой. Выбрала старшего, повелась на наследство и на бабло…

По мне током бьет. Он реально думает, что я выбрала Джалила по расчету?

На тот момент он и правда был старше, да и большая часть наследства, как и бизнес, в нашей традиции всегда достается старшему. А Батыр был молодым, ветреным, занимался сомнительными делами- днем спал, ночью участвовал в сомнительных затеях и сходил с ума на гонках без правил, вечно имея проблемы с законом…

Вот только это не мешало мне быть смертельно в него влюбленной…

– Старайся искренне, Диана… В этом доме ты ходишь по острию ножниц, которыми тебе угрожала Луиза. Чтобы я не передумал в отношении тебя…

По спине пробегает легкий холодок.

Но я все равно смотрю в его глаза.

Просто не могу не смотреть…

– Тоже пригрозишь мне тем, что отрежешь волосы?

Он усмехается.

Я чувствую запах табака, который смешивается с его парфюмом.

Внутри странные эмоции. Давно забытые. Давно спрятанные глубоко в чулан…

– Я найду способ тебя укротить, Ди… Просто не провоцируй…

Глава 5

Руки дрожат. Не от усталости, от ярости.

Полутра я сгребала охапками опадающие соцветия черемухи.

У меня и так на нее аллергия, а тут еще и такая концентрация…

Глаза щиплют, нос течет. Ужасное ощущение…

Наверное, я еще и похожа на распухшее чудовище…

Я вытирала пыль с каменного стола в патио, когда услышала их голоса. Эти два визгливых, нарочито-сладких перелива – Милена и Джаннет. У меня уже от них оскомина. Даже их имена звучат, как дешевый парфюм: броско, навязчиво, с привкусом приторной пошлости. Душечки.

Дверь распахнулась с грохотом, и он вошел между ними, как король между своими куртизанками. Джаннет – высокая, с волосами цвета воронова крыла и губами, набухшими от инъекций, – тут же прилипла к его плечу. Милена, аппетитная, но тоже не без помощи хирургов, крашенная блондинка с карими глазами и вечной ухмылкой, презрительно скользнула взглядом по мне и тут же фальшиво ахнула:

– Ой, а мы тебя случайно не разбудили?

Дебильная шутка.

А он рассмеялся.

Я опустила глаза, сжала тряпку в кулаке.

– Подай завтрак, – бросил небрежно, даже не глядя. Зато смачно шлепая одну из девиц. Кого, я не видела- не могла на них смотреть, – и смени эту тряпку, от тебя пахнет хлоркой, Диана.

Милена фыркнула.

– Что ты хочешь от прислуги, Батыр? Не «Амуажем» же ей душиться?

Боже… Кто-то еще пользуется «Амуажем»? Хуже только аромат эскортниц «Баккара Руж»…

Я ушла, но их голоса неслись за мной.

– Ммм, у меня все болит, Батыр! Ты был ненасытен, любимый! Когда ты вечером ворвался и прижал меня к этим… ах, как же они называются… да, к этим колоннам… – томно протянула Милена, явно повышая голос, чтобы я услышала,– я думала, что дух испущу…

– Ага, а потом еще у бассейна… – Джаннет захихикала, будто школьница, но в ее голосе была та же гнильца, что и во взгляде. Интересно, они соперничают между собой или у них демократия и равенство?

Мальвина Магомедовна встретила меня с уже подготовленным подносом.

– Шеф сегодня злой, будь осторожна,– сказала она тихо.

Что-то я не заметила.

Очень он довольный. Я бы даже сказала, удовлетворенный.

– Есть лишний комплект униформы, Мальвина Магомедовна? Господ смущает запах хлорки, которой от меня разит…

Та нахмурилась.

В принципе есть, но… не знаю, будешь ли ты это надевать…

Спустя пять минут я уже понимала, что ее смутило.

Хлоркой от меня больше и правда не воняло.

Но это платье…

– Оно точно служанки?

– Предыдущая девочка до тебя его носила, Диана. Короткое, да. И в облипку. Потому она отсюда так быстро и вылетела. Две наши медузы-горгоны ее изжили…

Черт… Почему я не озаботилась тем, чтобы предъявить ему и сказать, что мне нужна не одна форма? Как идиотка, молча через день стирала ее, сушила и гладила.

Чтобы теперь чувствовать себя шлюхой… Еще и перед кем…

Короткая юбка, оголенные коленки и даже декольте подчеркнуто. Хорошо хоть, что на ногах кеды. И все равно слишком откровенно, я так не хожу… Даже в обычной жизни. У меня длинные стройные ноги. Такая юбка- это провокация.

А я не хочу его провоцировать…

Не могу выйти к ним. Вот просто не могу…

И Мальвина, как назло, куда-то слилась… А то бы хоть ее отправила…

Ну, я ведь могла ногу сломать или сквозь землю провалиться, а барьям нужно есть…

Я разбила чашку.

Идиотка. В довесок ко всему…

Просто я не в себе.

Просто руки дрожат после нескольких часов монотонной работы.

И нос все еще чешется…

И нервы сдают.

Не специально. Просто пальцы сами разжались.

Он вошел на кухню, хмурый. По тону сразу почувствовал?

– Ты что, издеваешься?! Какого хрена, Диана?! Где еда?!

Я молчала.

И он замолчал.

Мы оба смотрели.

Только я на чашку, сгорая со стыда, а он…

«У тебя такие ноги, Диана, что при их виде у меня мозги выключаются… Ты самая красивая девочка, какую я видел… Ослепнуть можно…»

Неправильные воспоминания накрывают с горкой…

Я не хочу его вспоминать.

Не хочу о нем думать…

– Убери. И принеси новую,– говорит сухо и разворачивается,– побыстрее. У меня много дел. И скажешь Мальвине, чтобы заказала тебе несколько сменных комплектов формы…

Когда я вернулась с подносом, все-таки собравшись с силами, они уже вовсю разыгрывали спектакль. Джаннет, нарочито медленно, провожала пальцем по груди Батыра, а Милена, полулежа, щебетала что-то о его сильных руках.