Руса. Покоритель Вавилона (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 21

Разумеется, для этого надо составить журнал наблюдений за солнцем и Луной. Как там это называлось? Антикитерский механизм[7]? Интересно, их уже делают или мне придётся и его изобретать? И как его найти, если делают? Название-то придумано позже. А-а-а, прорвёмся! Не боги горшки обжигают!

* * *

Статы дополнились часами и метрономом.

* * *

Примечания и сноски к главе 9:

[1] К сожалению, нам почти ничего не известно даже об обычаях сарматов, о савроматах же известны только места их проживания и легенда о происхождении, изложенная Геродотом. Поэтому данный обычай скопирован автором у других народов.

[2] ГГ не помнит название рассказа и автора, но читателям сообщаем, что это рассказ Валентины Журавлевой «Даёшь хрононавтику!»

[3] Луддиты (англ. luddites) — участники стихийных протестов первой четверти XIX века против внедрения машин в ходе промышленной революции в Англии. С точки зрения луддитов, машины вытесняли из производства людей, что приводило к технологической безработице. Часто протест выражался в погромах и разрушении машин и оборудования.

[4] ГГ помнит не очень точно. Сидерический период обращения (т.е. относительно неподвижных звёзд) составляет ~ 27,3 суток, а синодический (то есть с точки зрения наблюдателей с Земли) ~ 29,5, то есть он помнит среднее значение этих периодов.

[5] Второй закон Кеплера гласит, что за любые равные промежутки времени радиус-вектор, соединяющий фокус орбиты и спутник, описывает собой равные площади. То есть угловая скорость тела на любой части орбиты обратно пропорциональна расстоянию до фокуса, в данном случае — до Земли.

[6] Это получится территория Италии. Но ГГ реально не очень точно помнит географию.

[7] Антикитерский механизм — механическое устройство, поднятое в 1901 году с античного судна, затонувшего недалеко от греческого острова Антикитера. Механизм датируется приблизительно второй половиной II века до нашей эры. Механизм содержал не менее 30 бронзовыхшестерней в прямоугольном деревянном корпусе, на бронзовых передней и задней панелях которого были размещены циферблаты со стрелками. Он использовался для расчёта движения небесных тел и позволял узнать дату 42 астрономических событий.

Глава 10

«Божий суд»

— Командир, собирайся, нас на пир зовут! — громко объявил Кесеф, вваливаясь в палатку к Волку. Разумеется, пираты могли остаться на кораблях, но там тесно и душно. Вот половина команды и перебрались на берег: командный состав по шестеро в палатке, рядовые — по дюжине.

— Кого именно — «нас»?

— Тебя, меня и ещё четверых по твоему выбору. Пир мужики из местного руководства затеяли, а у них двенадцать — священное число. Вот по полдюжины с каждой стороны.

— Погоди, ты же говорил, что в городе женщины правят?

— Так и есть! Всеми городскими делами бабы верховодят, а главная у них — Верховная жрица. Но у мужиков своё начальство имеется, управляет делами за городской стеной. Так они за стеной и собираются. Даже пир на пирсе будет. Короче, некогда рассусоливать, решай, кого берём! Нам одеться понаряднее надо да выпивку приличную захватить.

— Алкея-навигатора возьму, Боцмана, Рустама-Полуперса и Гоплита. А «выпивка поприличнее» для них это что?

— Пиво покрепче, настойки на травах и рябине… Короче, сладкое они мужским не считают, слабое — тоже.

— Наши люди! — одобрил Савлак. — Тогда прихватим бочонок с пивом, кувшин рябиновки и бутылочку настойки на травах.

— Стеклянную? — уточнил Кесеф.

— Ты с ума сошёл? Стеклянные — на продажу брали, керамикой обойдёмся!

— Не скажи, командир, не всё так однозначно! Главным гостем на пиру мой Пират будет, они его за воплощение бога считают.

— Какого именно?

— Это они и сами ещё не решили! — признался Йохан. — Но в его божественности и уме местные не сомневаются.

— В его уме и я не сомневаюсь! — проворчал Мгели. — Порой мне кажется, что этот паршивец умнее нас с тобой! Погоди-ка! Если они его считают божеством, то ты тогда кто? Жрец?

— Бери выше! — поднял палец к потолку Кесеф. — Раз я единственный его жрец, то получается, Верховный!

И рассмеялся. Присутствующие моряки присоединились.

— Только вы, мужики, перед местными на эту тему не шутите! — предупредил Йохан. — Они к этому очень серьёзно относятся. И нам это поможет, получается, мы серьёзные люди, с которыми торговать не зазорно!

* * *

— Предлагаю выпить за процветание вашего города! — поднял кружку с пивом Волк. — Богатое место, всё у вас есть. Земля для полей и огородов, леса, в которых полно дичи и ценных деревьев, поля, чтобы выпасать скот. И Великая река Ранха, дающая такую великолепную рыбу, достойную украшать столы царей.

— Да! — согласился Конан, главный среди местных вождей. — Осетры предназначены для стола великих вождей. Мой прадед, Конан-киммериец[1], был великим вождём, его знали все на многие десятки дней пути отсюда. И каждую луну он устраивал пир, на котором угощал всех этой рыбой!

Моряки молча согласились, балык из осетра прекрасно подходил и к пиву, и рябиновке, и к настойке на травах. Впрочем, настойку местные посоветовали закусывать икрой всё того же осетра. Команда поначалу остерегалась, больно уж вид у этого деликатеса был странный. Первым решился попробовать Рустам Полуперс, подбодривший себя заявлением:

— У гречневой каши «по-Русски» вид тоже был странный, а оказалась вкуснятина!

Закусил разок, потом второй. А с третьего раза присоединились остальные моряки и быстренько опустошили небольшую миску.

— Вы эту рыбу в Ранхе ловите? — поинтересовался Боцман.

— На икру — да, она сюда на нерест заходит, если знать где, можно брать голыми руками. Но её трудно долго хранить, требуется соль и ледник. Поэтому сейчас её мало! — поделился другой вождь по прозвищу Лепёшка. И не надо ржать! Он от такого моментально свирепеет и разбивает обидчику нос. В лепёшку. За этот любимый удар он и получил своё прозвище. — А сразу после нереста ей все объедаются, даже собак кормим!

— Нет, мужики это неправильно! — тут же посерьёзнел Длинный. — Соли мы вам привезём, сколько скажете. И лёд заготовить — не проблема. А эту икру надо целыми бочонками заготавливать, мы у вас её за серебро покупать будем.

— Сер-ребр-ро! — тут же оживился Пират. — Др-рахмы!

— Вот видите. И божественная птица говорит, что серебро лишним не бывает! — подхватил Кесеф. — А он в этом понимает, недаром же меня выбрал! Какая связь, спрашиваешь? Зовут меня Йохан Кесеф, а на языке моего народа Кесеф — это как раз и есть серебро! Понятно?

— А что нам толку с того серебра? — рассудительно спросил Конан. — Его не съешь, и не засолишь. А икру можно кушать. И даже обожраться ей. Это настоящий праздник для всего города, а ты предлагаешь от него отказаться?

— Еду мы вам другую привезём. Больше. А ещё инструменты и оружие из доброго железа. И яркую одежду. И крепкие сети.

Народ явно заинтересовался.

— А для праздника будут сладости и выпивка! Много! — добил их Длинный веским аргументом. — А царскую рыбу мы на свинину поменяем. Много свинины. И горох привезём, он хорошо хранится, долго. И сытный!

— Не пойдёт! — покрутил головой Лепёшка. — За осетром нам до моря спускаться приходится, его мало.

Длинный понимающе переглянулся с Волком и Полуперсом. Оказывается, у них дефицитный товар под самым носом имеется.

— Можем сома предложить. И щуки у нас тоже гигантские! — деловито предложил Конан.

— Возьмём! — согласился Йохан. — Но цена поменьше будет. Эта рыба уже не для царей и аристократии, а для купцов. И вообще, мужики, мы у вас рыбу охотно возьмём, даже самую простенькую, но за неё цена совсем небольшая будет. Мы её только для своих городов возьмём, а народа у нас немного.