Перерождение (СИ) - Билик Дмитрий - Страница 60

Гриша принялся пунцоветь еще на моменте установления его виновности, а на сравнении с птицей стал цвета спелого томата. Моего любимого «Бычьего сердца».

— Среди наших братьев довольно однозначное наказание за воровство — отсечение руки, — отчеканил чур. — Однако учитывая степень вовлеченности беса в победу над нежизнью, наши головы решили помиловать Григория. И даже оставить ему эти артефакты. Они не имеют высокой ценности.

На мгновение показалось, что где-то рядом резко спустило шину. Но нет, выяснилось, что это бес просто выдохнул.

— Хорошо все, что хорошо кончается, — махнул он. Правда, чемодан не отпустил. — Ладно, Митя, мы с тобой заживем не хуже, чем эти рубежники. Есть у меня один шикарный план!

— Нет, дядя Гриша, — смущенно улыбнулся лесной черт. — Простите, но я вам не составлю компанию. Если дяденька Матвей отпускает, то я хочу немного… попутешествовать.

— И куда ты собрался, черная твоя морда?

— Есть одно место, — загадочно улыбнулся Митя и поглядел на меня.

— Идите сюда, черти, — протянул руки я. — В смысле, и бесы. Ну же, чего стоите, как не родные.

Мы обнялись, причем весьма необычно. Гриша из-за своего крохотного роста схватился за ногу, его пришлось прижать за голову, а Митя повис на шее. А я стоял, пытаясь сдержать слезы.

Я нащупал толстенный незримый канат, связывающий нас с Гришей и не без труда рванул его. Бес качнулся, но выстоял. А я понял, что теперь уже точно все. В горле встал странный ком, который мешал дышать. Я обрел семью и снова ее терял.

— Ну ладно, будет, долгие проводы — лишние слезы, — стал быстро моргать бес. — Фу, ну и пыльно тут, глаза слезятся. Давай, чур, вытаскивай нас отсюда. Меня в выборгское Подворье. А этого путешественника… тебя куда?

— Меня можно туда же, — легко согласился лесной черт.

— Былобыслав, — окликнул я чура. — После приходи к Источнику со стороны Прави. Я отдам тебе ключ.

Как только моя родная нечисть убралась, я тяжело вздохнул. На душе было муторно, пусто даже. Вместе с тем появилось ощущение, что я все делаю правильно. Пусть болезненно для себя, но правильно.

Раздался громкий клекот и сразу три тени пронеслись над головой: две массивные и последняя крохотная. Куся сделала круг надо мной, не переставая голосить, а после взяла курс на восток. А я еще какое-то время стоял, махая пернатой семье рукой.

— Матвей, что ты сс… задумал? — спросил Юния.

— Иногда лучше просто показать, — ответил я, доставая со Слова ключ.

Нам пришлось немного спуститься, чтобы добраться до одного из выложенных камнями кругов. Я взял Юнию за руку, и яркий, уже залитый солнцем мир Прави сменился темными сводами пещеры. Отдаленные звуки строительства поменялись на утробную капель. А в носу засвербило от влажности.

— Где мы? — так испугалась лихо, что даже забыла, как заикаться.

— Рядом с Источником. Со стороны Стралана, в смысле Земли. Ты слышала об Источнике?

Юния коротко кивнула.

— Хорошо, теперь доверься мне. Тебе надо проплыть вон туда, к водопаду. А после ты встретишь милую старушку. Спросишь у нее самое важное, что хочешь узнать, а потом вернешься. Я обещаю, все будет хорошо, ты мне веришь?

Редко когда лихо выглядела испуганно. Сейчас она предстала словно бы даже затравленной, словно должно вот-вот случиться нечто страшное. Хотя, может, в ее сознании так и было.

Но все же Юния опять кивнула.

— Тогда давай, я тебя буду ждать.

Лихо медленно вошла в воду, то и дело оборачиваясь, но все же оттолкнулась ногами от дна и поплыла.

Я проводил ее взглядом, пока та не скрылась под водопадом и не исчезла окончательно, после чего мгновенно достал ключ и ломанулся к каменной арке. Что тут скажешь, да, я обманул Юнию. От этого на душе стало мерзко, все нутро буквально переворачивалось. Она была последним существом, которое заслуживало подобного. Но я боялся, что если скажу ей правду, благородная лихо откажется от моей жертвы. Поэтому только ложь могла заставить ее оказаться в Источнике.

Путь со стороны Скугги выглядел как обычно. Разве что на берегу меня уже ждал Былобыслав. Ну да, чего это я, тому и надо было всего лишь переместить нечисть.

— Держи, — я торопливо сунул ему артефакт.

Нет, понятно, что жест выглядел поспешным и совсем не соответствовал моменту. Такую штуку надо вручать под фанфары, да еще в торжественной обстановке, но времени не было катастрофически. По моим прикидкам, Юния уже на подходе.

Чур принял ключ дрожащими руками, глядя то на артефакт, то на меня с некоторым благоговением. Я же махнул ему рукой и с разбегу бухнулся в реку. Само собой не щучкой — много читал о случаях, когда молодые и горячие ребята ломали так себе шею. Подобная участь именно сейчас выглядела бы как издевка.

К Источнику я плыл так, словно от этого зависела моя жизнь. Хотя если быть точным, на кону была участь лихо. Когда вокруг потемнело, навалилась непонятная тяжесть, я стал нырять, каждый раз на поверхности оказываясь с некоторым сожалением. Пока наконец вдалеке не забрезжило что-то вроде слабого свечения. И это придало дополнительных сил.

К берегу я причалил словно катер на воздушной подушке, отплевываясь от воды и нетерпеливо глядя на прядущую Ягу. Та хитро посматривала то на меня, но на плоды своего труда, словно о чем-то раздумывая. При этом этот обман не укрылся от меня. От богини веяло невероятной мощью, которую она скрывала в прошлую встречу.

— Она еще ззз… здесь? — спросил я, мелко дрожа.

— Здесь, здесь. Только не торопись, оботрись, вон ведь, зуб на зуб не попадает.

Я сначала отмахнулся, а после до меня дошло.

— Мне не может быть здесь холодно.

— Сообразил, — как-то весело, задорно хохотнула Яга. Вот только от ее смеха меня пробрало почище, чем от псевдоледяной воды. Так кошка забавляется с пойманной мышкой.

— Мне нужно…

— Да знаю я, что тебе нужно, — отмахнулась она, — только ведь ты помнишь, что за себя просить нельзя!

Последние слова не прозвучали, прогремели. Я кивнул и торопливо добавил:

— Сделай Юнию человеком.

— Тот синий крон надоумил, так? — со вздохом протянула богиня. — Вот не люблю таких хитросделанных. С другой стороны, он свою цену заплатил. Больше всего в жизни он ценил рубежный хист, его и лишился. А ты на какую жертву готов?

— На любую, — скрипнул я зубами, — только не тяни время.

— Да уж не гоношись, никуда твоя зазноба не денется. И ведь просчитал все как, сделал, чтобы вместе вы в одно и то же время в Источнике оказались. Откуда узнал, что только здесь может произойти задуманное?

— Пораскинул, чем смог. Если бы у тебя была власть вне Источника, ты бы сама остановила неживых. Но раз ничего не сделала, значит, способна менять реальность только здесь.

— Верно, — легко согласилась Яга, вновь увлекшись пряжей. — Ладно, с этим разобрались, теперь н8адо определиться с платой.

Она замолчала, словно на мгновение забыв обо мне. Но и я молчал, понимая, что каждое неудачно произнесенное слово может сделать только хуже.

— Любой дар подразумевает, что человеку придется чем-то пожертвовать, — наконец продолжила она. — Когда человек становится рубежником, он думает, что промысел есть высшее благо. Да вот только дар может стать проклятием. Немногим удалось обуздать его, научиться жить в гармонии. Но что тебе этот хист — ты за него не держишься, ведь так?

Она с интересом поглядела на меня и от ее взгляда словно пробило электричеством от пяток до макушки. Только сейчас я окончательно понял, что нахожусь во власти невероятно могущественного существа, которое может в мгновение ока переломить меня, как сгоревшую спичку.

— Больше всего ты ценишь друзей, готов пожертвовать собой ради других. Вот только забрать твоих друзей не в моей власти. Их ты сюда не привел. Да и если бы привел, как раз опровергнул сказанное…

Она замолчала, внимательно рассматривая спицы, будто сбилась с вязания. Изучала их так долго, словно в пряже заключалась главная заковыка, а не в рубежнике, который оказался перед ней.