"Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Арниева Юлия - Страница 130

— Не все Бельские — Мстиславичи. Только ветвь фон Бергенов, — отозвалась дама-кавалергард. — М-да… Александр — сын мага, и поэтому не может быть Святым и главой Церкви? Да, серьезная проблема. Но почему императору до сих пор на это прозрачно не намекнули?

— Доказательства слишком зыбкие. Вот если найдется живой Ульрих, да полыхнет пекельным огнем…

Отец Георгий отступил еще на шаг и спросил совершенно обычным голосом:

— Я ответил на ваши вопросы, сударыня? Можно высказывать просьбу? Впрочем, раз мы теперь подельники, как вы выразились… Две просьбы. И еще один маленький вопрос.

Бельская села за стол, взяла чашку с остывшим чаем и выпила одним глотком. Махнула рукой — давай.

— Ваш родственник, Виктор фон Берген, князь Бельский. Как он?

— Понятия не имею. Насколько мне известно, работает в Гнездовской страже и категорически отказывается вспоминать прошлое. Унижение паче гордыни, знакомая история.

— Он может претендовать на трон империи?

Бельская карикатурно изобразила удивление. Отец Георгий подождал ответа, но она молчала.

— Мне нужен контакт в гетском посольстве Гнездовска, — сказал епископ. — Такой, чтобы помог, не задавая вопросов. На всякий случай. А лучше — не только Гнездовска.

Бельская осторожно поставила чашку на стол и покачала головой.

— Оригинально. А вторая просьба?

— Присмотрите за котом. Он любит печенку, но и от мяса не откажется. Молоко лучше не давать.

Еще через час Бельская сидела на диване в кабинете Георга фон Рауха и грела в руках круглый бокал с золотисто-коричневой жидкостью.

— … Ушел телепортом, с моей кухни все дороги открыты. Говорит, добыл артефакт в хранилище улик Официума. Верю — там и не такое найти можно. Сложил Знак охранителя на стол — и нет его.

Георг фон Раух расхохотался.

— Его Преосвященство сейчас наверняка увешан магическими штучками, как рождественская ель — конфетами. Кто бы запретил Провинциал-Охранителю, — кавалергард он добавил в голос ехидства, — работать с уликами? — Он встал, прошелся по комнате и присел на угол стола. Восхищенно покачал головой: — Но как епископ нас сделал, а? Принц, говоришь? И контакт в посольстве? Заодно натравил Корпус на твоего бедного родственника? Да он просто молоде-ец… А я, дурак, считал его недалеким служакой, влюбленным в тебя по уши, несмотря на сан.

— Предположения твои… — фыркнула Бельская.

— Увы, — развел руками фон Раух, — я в нем ошибся. Хитрый поп показал высочайший класс агентурной работы. Изобразил душевные терзания, ты стала горячо уговаривать его на сотрудничество, а потом буквально впихнула информацию и помощь. Какой контакт он получил?

— Экстренный, — вздохнула Бельская. — И контакт, и пароль, в любой коронной администрации ему будут кланяться, хоть в Гнездовске, хоть где. С приставкой, означающей, что человек действует от моего имени. Не надо было?

— Почему не надо? — пожал плечами фон Раух. — Мы сейчас действительно одно дело делаем…. Думаешь, этот жук пришел к нам в расстроенных чувствах и с заботой о котике? Он все давно решил. Была бы чистая политика, замешанная на воровстве, хитрец продолжил бы изображать идиота, поливать тебя восторженными взглядами и работать в четком соответствии с указаниями Архиепископа. Но Владыка пошел по трупам — и от этого твой охранитель закусил удила… В любом случае — браво, Виктория, ты добыла ценнейший приз. Теперь наш ход.

На слове «твой» Виктория Бельская привычно поморщилась, но не стала возражать.

Глава 17. Зимний Гнездовск

Карета обогнула скальный выступ и выехала на плато перевала. Элиза невольно охнула — она смотрела с края обрыва на огромное облако. Над ним поднимались горные вершины, как скалистые островки в море белого сияния. Казалось, долина залита сахарным кремом. Он ослепительно сверкал на солнце, Элиза моргала, глаза слезились от блеска, но как не любоваться на жутковатую красоту?

— Добро пожаловать в Гнездовск, — восторженно прошептала Настя. Она смотрела на облако с детской надеждой на чудо — как будто сейчас прилетит волшебник на ковре-самолете. Или Баба Яга в ступе, непременно мудрая и добрая, не чета злобным старухам из легенд и былей Тридевятого царства.

Элиза догадывалась о мечтах своей охранницы. В империи маги-медики еще не открыли косметические салоны, не так далеко шагнул прогресс. А здесь у Насти были все шансы поправить сломанный нос и снова стать Анастасией Прекрасной.

Ах, Заозерье! Колдовская земля! Сколько об этих местах слышала маленькая Элиза, какие ужасы рассказывала нянька об озерах и болотах за ним!

Как же хочется все увидеть своими глазами!

До Мстислава за сказками ездили на запад, туда, где сейчас раскинулась Империя. В наши времена все иначе — в Заозерье магия окончательно стала наукой, с университетами, студентами, профессорами, дипломами, диссертациями и научными публикациями в толстых журналах. Имперцы совсем недавно перестали отправлять колдунов на костер, хотя прекрасно помнят, от кого произошли и как их предки летали, оборачивались в зверей и говорили с русалками.

Но мало что может быть опаснее, чем оборотню оказаться окруженным мужиками с кольями, теми самыми, кто еще недавно приносил лесному хозяину в жертву младенцев. Мстислав дал людям Тридевятого царства право не платить кровавую дань, и бывшим живым идолам-людоедам стало очень неуютно. А после и любое колдовство стало запретным.

Магия бывает разной, не только на крови. Сейчас она понемногу возвращается на земли Тридевятого царства. Медленно и осторожно, так что за колдовством пока лучше ездить на восток от перевала.

Пост пограничной охраны был настолько обыкновенным, что Элизе даже стало чуточку обидно. А где маги? Где сказка? Где волшебные… Она так и не придумала, что такое волшебное может быть на имперском кордоне, но все равно огорчилась.

Деловитый пограничник с егерскими нашивками прочитал ее паспорт и документы охранников. Мельком глянул на вещмешки Эрика и Насти, не обратил никакого внимания на кошку, вежливо поклонился Элизе и махнул рукой, чтоб поднимали шлагбаум. Карета проехала около сотни метров, и все повторилось на гнездовском посту. Единственное отличие было в том, что гнездовский пограничник еще и прошелся вокруг их кареты с какой-то слабо поблескивающей ладанкой. Ладанка никак не изменилась, и это его полностью удовлетворило. Он доброжелательно улыбнулся, сказал «Добро пожаловать в Гнездовское княжество» и направился к следующему экипажу.

Багаж высшего дворянства не подлежал досмотру без особого распоряжения. Четыре одинаковых чемодана из благородно-коричневой кожи так и остались закрепленными на крыше кареты.

Элизу что-то смутило. Она не сразу вспомнила, что Эрик отчитался перед ней за три — значит, четвертый он купил за свои деньги, и вез в нем… нечто, что не стоит показывать бдительным стражникам. Во время спешного отъезда из Гетенхельма она не обратила внимания на количество багажа, а потом чемоданы примелькались…

«Ну и ладно, — мысленно улыбнулась Элиза, глядя на счастливо замершую у окна кареты Настю. — Пусть они хоть труп, хоть императорскую сокровищницу вывозят под видом моего багажа. Не самая большая плата за спасение жизни».

Они немного задержались в пути из-за непогоды в империи, и прибыли в столицу княжества в начале декабря. Никакие проклятия Элизу больше не беспокоили, все беды казались чем-то далеким, как будто прошло несколько лет. В душе поднималась искрящаяся радость, ожидание чуда и сказки. Она в Гнездовске! Что может быть волшебнее?!

Элиза даже не вспоминала мужа и кавалерист-девицу госпожу Орлову. Почти. Пару раз в день — не больше.

Она мысленно пожелала счастья в жизни девице, и желательно — подальше. И Пьеру — тоже счастья. Где бы он ни был.

Гнёздовск загодя готовился к зимним праздникам, и кое-где уже появлялись яркие украшения. Древний языческий обычай — отмечать середину зимы, самую долгую ночь в году, в Гнездовске мирно уживался с христианским рождеством.