Княжна Тобольская 3 (СИ) - Смышляева Ольга - Страница 65

— Не вопрос!

Кое-какой опыт осознанных воспоминаний у меня уже есть — не раз проваливалась в видения из жизни Василисы. Сумею сохранить холодный разум вне зависимости от ситуации.

— Начинай, когда будешь готова.

Он вывел на свои ладони эссенцию воздуха, и мои пальцы окутало приятной прохладой.

— Погоди, шустрый, — я перевела озадаченный взгляд со своих рук на лицо Надира. — В книге случайно не написано, как мне замкнуть псионику с твоей стихией?

— Нет, но разве практики разума не умеют делать такое по умолчанию?

— Этот не умеет... Ладно, разберусь, не впервой.

Глубоко вздохнула и медленно выдохнула через нос. Ничего сложного, да? Все техники были кем-то придуманы, они не свалились откровением свыше, как однажды сказал блондинка.

— Ты так и будешь на меня смотреть?

— Якорю нельзя отвлекаться и думать о постороннем, — Надир ни капли не смутился, наоборот: в его глазах зажглись озорные искорки. — Иначе ты рискуешь заблудиться. Жена Сяо Дина, например, рисовала красный крестик на его лбу, чтобы не потерять концентрацию. Хочешь такой?

— Если нужно, рисуй, — кивнула в ответ. — Это тебе смотреть на моё лицо не меньше получаса в лучшем случае.

— Стражам не привыкать к трудностям.

Усилием воли я сдержала смешок. Во время медитации разум должен быть спокоен и безмятежен...

Вдох, выдох, поехали!

Глава 34

Точно так же, как делала с клинком, вывела эссенцию на пальцы, создав подобие линзы. При соприкосновении с эссенцией Надира, псионика образовала между нашими ладонями некое поле, похожее на то, что возникает при попытке соединить два магнита с одинаковыми полюсами — они отталкиваются. По идее, чтобы замкнуть обе эссенции, я должна как-то поменять полярность у псионики. Проще сказать, конечно...

Понятия не имею, сколько времени мы с Надиром просидели двумя статуэтками. Пять минут или час. В какой-то момент прохлада стихии воздуха исчезла, будто растворилась в моей собственной эссенции. Сознание охватило знакомое чувство подъёма, как в кузнице мастера Фонга из Пагоды Пяти Стихий. Буду считать — оно.

В глубокую медитацию провалилась почти сразу. Ещё один стук сердца, и туфельки с хрустальным декором перестали быть воспоминанием.

~

Звуки «Императорского вальса» Штрауса ворвались в сознание. Перед глазами засверкала великолепная зала с огромной Рождественской ёлкой в миллионе разноцветных гирлянд и нарядные гости в карнавальных платьях и масках кто во что горазд. Счастливые, беззаботные, до одури богатые. Вся знать Великого Княжества Российского пила, веселилась и танцевала будто в первый и последний раз.

Василиса — я — стояла возле фруктового столика с ледяным ангелом и, нахмурив носик, смотрела в экран дорогого телефона в розовом чехле. На дисплее горела дата: двадцать пятое декабря 2035 года. Насколько знаю, к этому времени Великий Князь Олег уже ошарашил мир грядущим отречением от престола, а помолвка между Василисой и Ярославом будет объявлена только через шесть дней — первого января 2036 года. Пока ещё свободная и довольная жизнью Вася напропалую флиртовала с Павлом Вологодским, а Яр на диванчике под можжевеловыми венками ворковал с какой-то девушкой в маске павлина. Что ж, могли себе позволить.

Пальчики княжны настрочили короткое сообщение возлюбленному:

Ты где? Никак не могу найти тебя.

Ответ пришёл сразу:

Иди к винному фонтану, я там.

Василиса улыбнулась и... потянулась за персиком. Юная кокетка хотела, чтобы кавалер её немножко подождал.

Сладкий сок брызнул во все стороны, оркестр грянул новую мелодию ещё веселее предыдущей:

Смешала полночь краски, и в этот волшебный час

Мы все наденем маски, никто не узнает нас!..

Василиса стояла всего в паре метров от группы из шести импозантных мужчин. Среди них были князь Тобольский, князь Красноярский и печально известный немец Икс. Ту Васю решительно не интересовали ни их личности, ни их скучные разговоры на политическую тематику, но я навострила ушки по максимуму.

Они обсуждали вероятных кандидатов на трон с таким выражением, будто делали это не менее сотни раз. Возможно, так и было. Начало я пропустила, но даже то, что удалось подслушать, вызывало определённый интерес.

— ...далёкая дата, чтобы строить прогнозы, но если бы голосование в Парламенте состоялось сейчас, его высочество Любомир набрал бы сорок один процент голосов, — брюзжащим голосом объявил мужчина во фраке цвета спелой сливы.

— Вы правы, — пророкотал джентльмен с моноклем и роскошными усами. — Впереди два с лишним года! Солидный срок, чтобы чаши весов покачнулись в сторону других братьев. Их высочества Василий и Артемий ничуть не менее достойные кандидаты.

— Не беспокойтесь, князь Казанский, — со смешком ответил ему мой отец, — его высочество Любомир получит ещё больше поддержки. Семья Тобольских активно работает в этом направлении.

— Княжество устало от бесконечной череды военных конфликтов, — подтвердил Лев Красноярский, отсалютовав бокалом Тобольскому. — Программа князя Любомира придётся по душе многим сомневающимся губерниям. Мы все устали от бесконечных конфликтов с Германской Империей, пора заключать мир.

— Мир заключают проигравшие, — буркнул Казанский. — У нас хватает солдат...

— Скажите это тем, кто на границе, — поморщился «сливовый фрак». — Смею напомнить, ваш сын носа не кажет из столицы, когда как я потерял на фронте двоих сыновей и единственную дочь, довольно! Как хотите, но я никогда не поддержу ни его высочество Артемия, ни любого другого ястреба. Хватит орошать землю русскую кровью её детей! Его высочество Любомир обещал продолжить путь Князя Олега на мир и пусть сдержит слово.

Приятный мужчина лет тридцати с тёмными волосами, убранными в хвост на затылке, демонстративно откашлялся. Икс — убийца Ирэн. При одном только взгляде на него кровь в моих метафорических жилах вскипела от лютой ненависти. Дичь пресвятая, с какой силой мне захотелось подойти к нему и всадить расколотый бокал из-под шампанского в шею, но Вася как ела персик, так и продолжила.

Умница, девочка, никуда не уходи; твой Паша подождёт.

— Мира не будет, — провозгласил Икс с заметным немецким акцентом, — пока великая Германия продолжает своё существование. Вы ведь понимаете это, господа? Нет и нет! Единственный путь к миру лежит через большую войну! Да, это непопулярное мнение, это кровь, боль и слёзы, но дети наших детей скажут нам «спасибо» за проявленное мужество.

Князья Тобольский, Красноярский и «сливовый фрак» заметно скривились, другие два господина остались спокойны.

— Правильно, — кивнул седовласый мужчина с пивным брюшком. — Германия сейчас ослаблена колониальными войнами на африканском континенте. Лучшего времени для удара сложно придумать.

Икс благодарно ему кивнул:

— Вы мудры, ваше высокородие. Продолжать политику Князя Олега — преступление против будущего, поэтому я считаю, что во главе Княжества Российского должен встать его высочество Артемий. Ни Василий, ни тем более Любомир не годятся повести страну по правильному курсу.

— Правильному для вас, герр фон Фюрстенберг? — поинтересовался Красноярский подчёркнуто жёстким тоном человека, с которым не спорят. Если закрыть глаза, запросто спутаю его с Ярославом.

— Что вы, Лев Дмитриевич, — холодно улыбнулся Икс той самой улыбкой, что вогнала Ирэн в дрожь ещё до того, как он вогнал нож ей в сердце. — Не для меня, но исключительно для нашей родины! Его высочество Артемий единственный, кто не побоится объявить войну Германии. Полноценную, официальную, на уничтожение, а по её итогам заключить мир на выгодных нам условиях.

— А мы выиграем? — Тобольский пытливо вгляделся в немца, будто не доверяет ни единому его слову.