Любовь против измены (СИ) - Амурская Алёна - Страница 31

- Всё нормально? - напрягается Зорин, уставившись на мой живот. - Давай мягкое подложу, чтобы было удобнее...

Он сует под мою ноющую спину диванную подушечку, и я слегка наклоняюсь в его сторону, меняя положение.

- Спасибо, - улыбаюсь с благодарностью. - Ты такой заботливый! Что бы я без тебя делала?

- То же самое, что и без него, - цедит от входной двери вибрирующий от неприкрытой злобы голос невесть откуда взявшегося Плохишева. - Слышь, ты, Зорро недоделанный! Встал и вышел отсюда, - жестко бросает он, переводя на меня пронзительный взгляд без тени привычной насмешки. - Нам с женой надо побыть наедине...

И только потом впивается расширенными глазами в мой беременный живот. Вид у моего мужа такой, будто его дубиной по голове ахнули. Ничего не ответив на грубое обращение, Зорин оглядывает застывшую в дверном проеме фигуру незваного гостя с ног до головы и поворачивается ко мне.

- Мне уйти или остаться, Мань? Одно твое слово.

- Убирайся уже, ну! - хрипит Плохишев, с силой оттягивая свой шелковый галстук на воротнике, как будто ему нечем дышать. И по-прежнему не отрывает потрясенный взгляд от самой выдающейся части моей фигуры. - Или я тебя сам выведу!

- А ты попытайся, - равнодушно отзывается Зорин и встает с дивана.

Градус мужской агрессии в офисе ощутимо повышается. Даже сам воздух словно сгущается, начиная вибрировать между мужчинами невидимым напряжением. Только этого мне еще не хватало!

- Всё в порядке, Володь, - вмешиваюсь торопливо. – Иди, за меня не беспокойся.

Но Зорин всё еще колеблется, не доверяя Плохишеву. И, кстати, не без оснований, потому что тот выглядит откровенно страшно. Как маньяк, готовый вот-вот сорваться и всех вокруг покрошить на куски. А на виске у него пульсирует туго вздувшаяся жилка.

- Уверена, что это безопасно?

- Блядь, ты глухой, что ли?! Двигай давай отсюда! - Плохишев угрожающе надвигается на неподвижного Зорина, пока не натыкается на него грудью. И всё равно, не обращая внимания на препятствие, продолжает его таранить.

Не знаю, чем бы всё это закончилось, если бы я не поймала взгляд Зорина и не кивнула ему. Только тогда он поддался агрессивному напору моего мужа, молча покинув офис.

Тихо выдыхаю, поглаживая свой живот. Но напряжение так и не исчезает. Особенно когда я чувствую легкое дуновение от стремительно приблизившегося Плохишева. Медленно поднимаю на него глаза.

- Марат, ты ненормальный? Взял и наехал ни с того, ни с сего на человека.

- Ребёнок, - жестко произносит муж. - Чей он - мой или этого твоего... Зорро?

Глава 36. Развода не будет

Маня

Я мужественно борюсь с желанием закатить глаза. Блин, и этот туда же - как и Князев, сразу подозревает ни в чем не повинного Зорина. В этом, конечно, есть и доля моей вины, но я-то думала, что Плохишев знает меня достаточно хорошо, чтобы быть уверенным в моих жизненных принципах. Сам ведь столько раз самоуверенно заявлял, что я и измена – понятия несовместимые. Потому и отпустил так легко работать вдали от него. А теперь вдруг рычит, требуя дать ответ, кто отец. Где же теперь его всезнающая самоуверенность?

Не дождавшись от меня ответа, Плохишев с грохотом пододвигает стальной офисный стул и садится передо мной, уперевшись руками в колени. Сверлит исподлобья таким жгучим острым взглядом, что у меня мурашки ползут по спине. Такое ощущение, что я вдруг оказалась под допросом в полицейском участке. Только направленной в глаза ослепляющей лампы для устрашения не хватает.

- Ты меня плохо расслышала? - отрывисто спрашивает он. - Просто скажи, кто. Это он?

Теперь я тоже начинаю злиться. По-настоящему. Нет, я даже больше, чем злюсь. Я испытываю настоящую ненависть из-за того, что он вдруг решил судить меня по собственным меркам. Какая на хрен разница, что я держала его в неведении? Он уже для себя решил, что в моем животе растет чужое дитя!

- А что, если это он? - едко выплевываю я на волне тихого бешенства. - Что тогда ты сделаешь? Разведешься со мной?.. Ха! Испугал ежа голой жопой!

Впервые так близко вижу, как на красивом породистом лице Плохишева играют желваки. Слишком привыкла, что практически в любой неприятной для него ситуации он мигом натягивает на себя насмешливую маску циничного клоуна и максимум издевательски ухмыляется. А сейчас его не узнать. С таким лицом он больше похож на своего быколобого друга Князева, чем на себя самого.

- Значит, ты всё-таки хочешь развода? - Плохишев вдруг наклоняется ко мне почти нос к носу и хватает за подбородок. Я пытаюсь отвернуться, но он не дает.

- Да! - шиплю раздраженно. - Еще как хочу! А ты нет?..

Он смотрит на меня зверем. Скрупулёзно и властно изучает каждую мою черточку... и на какую-то долю секунды от этого пристального внимания мне становится не по себе. Потом я слышу тяжелое и странно-тихое:

- Нет. Развода не будет.

Жесткий поцелуй обжигает мои губы внезапной атакой, застав меня врасплох. Я изумленно приоткрываю рот, и Плохишев тут же пользуется этим, заставив меня разжать зубы и вторгаясь языком глубже. Мои слабые руки, беспомощно пытающиеся его оттолкнуть, он не то, чтобы сознательно не замечает, а скорее вообще не чувствует. Целиком погрузил и себя, и меня в этот дикий собственнический поцелуй, плотно зафиксировав рукой мой горящий от хватки подбородок. Невозможно отвернуться - только чувствовать, чувствовать и чувствовать яростные движения его языка, хозяйски завладевшего моим ртом.

У меня мелькает мысль укусить его и тут же растворяется в бешеной вспышке желания. Давно ничего подобного не чувствовала. Оно такое сильное, что от прилившей к лону крови нежную кожу начинает припекать жаром. Неужели это то, о чем шепчутся иногда на женском форуме? Обострившееся из-за беременности либидо? Если продолжать в таком духе, то от моей силы воли останутся одни клочья. Еле-еле пробуждаю в своей поплывшей от страсти голове остатки разума и наконец отталкиваю от себя мужа.

- Отстань! - выкрикиваю горько ему в лицо. - Если я беременна от другого, то самому-то не противно ко мне лезть?

Он дышит тяжело, как спринтер на стометровке, и смотрит всё так же подавляюще - зверем. Одержимым после долгого голода.

- А мне плевать, - его хриплый голос будоражит мои нервы так же сильно, как только что прерванный поцелуй. - Я не откажусь от тебя даже с чужим ребенком. Своим его признаю.

Я ошалело моргаю, не веря своим ушам.

- Ты точно ненормальный!..

- Как скажешь, дорогая. Зато ты - единственная женщина, которой я готов простить любую ошибку. Можешь наказывать меня сколько угодно, я приму это. Других женщин у меня больше не будет. Обещаю.

Глава 37. Детский вопрос

Плохиш

Жадно разглядываю застывшую передо мной жену. Возбуждение распирает меня до такой степени, что в паху становится больно. А ревнивая злоба клокочет в груди раскаленно-жгучим комом. Маня похорошела. Округлилась во всех местах, и цвет лица стал здоровее... Особенно губы и глаза. Они необыкновенно яркие и притягательные. Никогда не был любителем женской полноты, но при одном взгляде на Маню у меня дух захватывает. Так давно не видел ее. Так давно не обнимал... не целовал... Даже с животиком она кажется невероятно хорошенькой и соблазнительной. Черт, да градус Маниной милоты в беременном состоянии, кажется, пробил верхнюю отметку напрочь! Особенно когда она смотрит на меня с таким изумленно приоткрытым ротиком.

Ребенок в ее теле... Он должен быть моим. Должен. Я всё еще верю в это, хоть при виде чересчур фамильярной заботы того смазливого гаденыша о моей жене и сорвался внезапно. И всё-таки поганая мыслишка: “А что, если нет..?” так и подтачивает эту уверенность где-то внутри, как прожорливый яблоневый червячок. Что, если беременна от другого?

Вопрос, только что озвученный самой Маней, стал для меня той самой соломинкой, сломавшей спину верблюда. Потому что стоило только представить, что из-за этого ребенка она теперь навсегда станет чужой и недосягаемой, как в голове что-то щелкнуло. Чаша весов оказалась на ее стороне, причем с приличным перевесом. И я четко ощутил, что не готов ее потерять даже по такому поводу. Сейчас неважно, мой это ребёнок или нет. Главное - чтобы Маня осталась рядом. Она - мой приоритет. Вот только как ее убедить‚ что на этот раз я не играю, а настроен серьёзно?