Любовь против измены (СИ) - Амурская Алёна - Страница 19

«Отремонтировать дорогу от Гадюкино до райцентра, - значилось там. - Организовать переговоры по выкупу Гадюкинского магазина и нанять бригаду для его реорганизации и оптимизации. Организовать совещание с местной администрацией для согласования общественно-значимой деятельности.»

И это всё можно выполнить по-настоящему качественно всего за три дня?!

Когда я спросила об этом Князева, он только скупо улыбнулся.

- Это возможно, если подойти к работе ответственно и не игнорировать свой потенциал. Привыкай, - сказал он и в тот же день укатил в деревню Гадюкино, велев круглосуточно быть с ним на связи.

И вот теперь уже два дня я кручусь-верчусь, как белка в колесе. С бытовой частью организации работы нашего офиса я уже разобралась, а вот с пунктами из списка Князева возилась до сих пор. И всё из-за того, что местная администрация никак не могла поверить, что мой начальник ни с того ни с сего решил за свой счёт отремонтировать такой огромный участок дороги. Пришлось беседовать целых три часа с самыми разными ее представителями. Сначала с секретарём, который долго пытал меня расспросами и в конце концов растерянно переключил на помощника... потом этот помощник мурыжил меня ещё полчаса с нескрываемым подозрением в голосе, явно пытаясь нащупать подводные камни в этой инициативе. Так ничего не добившись, он переключил меня на заместителя Главы, который к тому времени уже выяснил странность моего дела у секретарши и проблеял, что одобрить такое может только сам Глава. Словом, к последнему часу этой утомительной болтовни у меня уже горло пересохло, и я практически без сил полулежала в кресле, отхлёбывая воду из стакана.

К счастью, глава администрации оказался предприимчивым и конкретным человеком. С ходу определил, что никаких подробностей от такой пешки, как я, не добьётся и деловито уточнил, как связаться с моим начальством напрямую. Я с облегчением выдохнула и скинула ему номер Князева. После этого дела пошли гораздо быстрее. И всё-таки перенервничала я знатно. Страшно представить, как на моем месте другие справляются, будучи помощницами директоров не в таком малонаселённом месте, а в городе, где деловая жизнь сулит гораздо больше проблем и препятствий...

Задумавшись об этом в обеденной передышке, я стою у окна с чашкой мятного чая и смотрю на улицу. Кроме меня, в офисе больше никого нет, а на улице не видать ни одного прохожего. Даже машины не ездят. Из-за этого кажется, что я нахожусь на каком-то необитаемом острове.

- Маня Робинзоновна Крузо, - тихо хмыкаю под нос, вслушиваясь в одинокие ноты собственного голоса. - Эх, только Пятницы не хватает...

Лёгкое движение на противоположном конце улицы непроизвольно притягивает мой взгляд. Там идёт какой-то мужчина... нет, скорее парень, высокий и плечистый. Своей фигурой он неуловимо напоминает мне Князева, но между ними есть разница из-за походки. Парень двигается так, как будто не вполне уверенно владеет своим телом. Плохо питается и нет сил, что ли?

Пока я рассеянно рассматриваю его, оживает мобильный телефон в кармане.

- Маня, - говорит Князев. - Сегодня к тебе должен будет подойти человек. Зовут Владимир Зорин. Наш новый сотрудник для мелких поручений, полностью в твоём распоряжении. Только сильно не нагружай его физически.

- Почему? - слегка удивляюсь я.

Действительно это предостережение звучит как-то странно в исполнении Князева. С какой стати он вообще делает это, если речь идёт о сотруднике-мужчине, который по умолчанию гораздо крепче меня самой?

- У него с этим проблемы, - лаконично роняет тот. - Сама увидишь. И кстати... с речью у него тоже проблемы, так что тебе придется наладить коммуникацию с ним как-то иначе. Ну, в общем, сама разберешься. Пока.

Когда связь обрывается, я некоторое время озадаченно смотрю на трубку. Из этого ступора меня выводит негромкий стук в дверь. Ага, наверное, это и есть тот самый загадочный Владимир Зорин... Я заинтригованно подхожу ко входу и щелкаю замком. На пороге стоит высокий плечистый парень. Тот самый, за которым я недавно наблюдала из окна. В низко надвинутой кепке и потрепанном чёрном плаще, напоминающем старомодный макинтош из непромокаемой прорезиненной ткани, точь-в-точь как у Шерлока Холмса в чёрно-белых фильмах прошлого века. Лица у него не разглядеть совсем, потому что его закрывает антибактериальная чёрная маска. Одни только глаза и видны. Светлые, в обрамлении длинных, как у девушки, тёмных ресниц. И их взгляд наполнен настороженным недоверием, как будто парень ждет от меня какого-то предательского подвоха.

- Владимир Зорин? - неуверенно спрашиваю я.

Он медленно кивает, не сводя с меня своих красивых немигающих глаз, и я дружелюбно улыбаюсь:

- Тогда добро пожаловать!

Устроившись за столом, мы некоторое время просто смотрим друг на друга. Я открываю рот, чтобы задать вопрос, но тут же вспоминаю насчет загадочной «проблемы коммуникации».

- Меня зовут Маня. Владан Романович уже предупредил, что мы будем работать с тобой вместе, это отлично. Но мне не совсем понятно, как именно это делать. У тебя вроде бы есть какие-то... э-э... физические проблемы?

Зорин безмолвно и мрачно взирает на меня пару мгновений. Я уже начинаю гадать, нет ли у него и со слухом каких-то проблем, как вдруг он опускает глаза и одним движением стягивает с головы маску. Я вздрагиваю. У него землисто-серый цвет лица, как у некроманта из хэллоуинских страшилок. Очень симпатичное, благодаря потрясающе выразительным глазам... но с отталкивающе нездоровой асимметрией лицевых мышц в нижней его части. Эта пугающая дисфункция становится особенно заметной, когда Зорин поднимает на меня глаза, чтобы увидеть явно привычную для него реакцию. И жутковато-криво усмехается. Мелкий тремор лицевых мышц при этом создает особенно тягостное и печальное зрелище загубленной молодости этого человека. Ему бы жить да радоваться... если бы не вот эта злая и жестокая шутка, которую судьба сыграла с его прекрасной внешностью и превратила красавчика в мрачного франкенштейна.

Не выдержав, я отвожу взгляд в сторону. Почему-то мне становится ужасно стыдно, как будто именно я заставила беднягу снять маску против воли своим вопросом. Могу только представить, чего это ему стоило... Ведь если он и улыбается-то с трудом, то неудивительно, что у него и с речью большие проблемы. Тяжело вздохнув, я набираюсь мужества снова посмотреть в это изуродованно-красивое лицо. Но, к моему облегчению, Зорин уже спрятался за своей черной маской и быстро печатает что-то в своем телефоне. Потом разворачивает ко мне экран, давая прочесть.

«У меня контузия после военной службы, - написано там. – Повреждены голосовые связки, мимика и частично правая часть тела. Но не обращайте на это внимания. Я обещал оказывать вам любую посильную помощь в качестве курьера и консультанта по местным вопросам. И хорошо знаю, как тут работают местные власти, так что подскажу, как вам лучше действовать, чтобы не отвлекать Владана Романовича по пустякам.»

- Понятно, - поспешно киваю я. - Только предлагаю сразу перейти на «ты». Зачем нам официоз, если нас тут в офисе всего двое, верно?

В ответ на это робкое предложение вижу, как настороженные глаза Зорина слегка оттаивают. Радуюсь этому так, будто приз какой-то выиграла. Наверное, потому что слегка отступает неприятное ощущение досады за свою недавнюю испуганную реакцию на его травму. Реально ведь бедняга! Отлично понимаю, почему он везде в маске ходит. Задолбали его в край, наверное, жалостливые и брезгливые взгляды окружающих... Прямо как у меня сейчас. Я выскакиваю из-за стола с чуточку преувеличенным энтузиазмом.

- Ладно, прямо сейчас у меня в планах пойти в поликлинику и записаться на прием к главврачу. Никак дозвониться не могу. Пойдешь со мной?

Зорин молча поднимается и идет следом за мной на улицу. Я поначалу шагаю медленнее обычного, неуверенная в том, какой темп для моего помощника будет достаточно комфортным. Но он неожиданно даже обгоняет меня и вопросительно оглядывается. Ай, ну и ладно, буду идти как идется! Действительно, если подумать, то мои пляски вокруг могут только его гордость лишний раз задеть, так что лучше относиться к нему, как к нормальному парню. Он и без меня сыт чужой жалостью по горло.