Пожиратель Тьмы (ЛП) - Сент Кроу Никки - Страница 18

— Я говорю тебе сейчас.

Он фыркает и возвращается к своей Дарлинг. Но я знаю: на этом разговор не закончится.

Мы идём дальше. Вейн сказал, что шляпа на складе. Склад у нас только один. Он прячется в конце узкого переулка, сразу за «Вэгэриз энд Уилкокс» на северо-западной окраине Амбриджа. Пешком мы должны добраться туда минут за двадцать.

Мы идём молча.

Наконец мы выходим на Уилкокс-авеню, где «Wilcox & Sons» занимает весь угол квартала, и весь фасад у него стеклянный. Уилкокс известны безупречным кроем и привозными костюмами. У меня их семь на данный момент. Когда мы с Вейном правили Амбриджем, мы могли в любое время дня и ночи зайти в Уилкокс и взять всё, что захотим.

Мы сворачиваем в переулок, где снаружи Уилкокс сложены пустые ящики, а поверх деревянных планок намалёван ярко-зелёный логотип.

— Ты точно помнишь, где шляпа? — спрашиваю я Вейна, когда переулок выводит нас на разгрузочную площадку перед воротами склада.

— В шкафу, если угадывать, — говорит он.

Рядом с воротами есть неприметная дверь для людей, и на толстом железном ремне на ней установлен огромный навесной замок. Замок кодовый, колёсики внутри размечены языком Общества Костей, языком чудовищ.

Я поднимаю замок. Металл холодит ладонь, изъеден ржавчиной, но колёсики поворачиваются без сопротивления.

Колёсиков семь, на каждом по двадцать семь глифов. Я кручу циферблаты, легко вспоминая комбинацию. Когда она набрана, я дёргаю скобу вниз, и замок с щелчком раскрывается.

— Как давно ты здесь не был? — спрашивает Вейн.

— Годы, как минимум.

— «Коллекция Вариантов» всё ещё здесь?

— Да.

— Осторожнее с тем, к чему прикасаешься, — он поворачивается к Уинни Дарлинг.

— Что за «Коллекция Вариантов»? — спрашивает меня капитан.

— Коллекция шляп, — я улыбаюсь ему. Он не убеждён.

Венди выглядит слегка заинтригованной всем этим. Эша едва ли не слюной исходит. Она слышала о «Коллекции Вариантов». Я вижу.

Уинни Дарлинг берёт Вейна за руку и сжимает.

Я толкаю дверь внутрь.

Сквозь зарешёченные окна вдоль задней стены вливается рассеянный серебряный свет. Вдоль кирпичных стен тянутся ряды и ряды ящиков и сундуков, стеллажи забиты под завязку.

В воздухе кружит пыль.

Я бросаю взгляд на пол и останавливаюсь.

В слое пыли заметна цепочка следов, уходящая вниз по проходу между ящиками.

Надо было знать, что кто-то другой нас опередит.

Сразу же как мы оказываемся внутри склада, я понимаю, что мы тут не одни. После стольких лет я отточила шестое чувство, позволяющее знать, когда на меня смотрят.

Из самого дальнего ряда ящиков выходит мужчина. Я сначала изучаю его лицо, потом одежду. На нём чёрная шерстяная куртка, без опознавательных знаков. На правом предплечье угадывается контур кинжала, закреплённого ремнями. Значит, он левша. Другого оружия нет. Ни мечей, ни пистолетов.

Брюки сидят в обтяжку, чёрные ботинки начищены до блеска. Вспышка серебра у горла выдаёт цепочку, но кулон на конце спрятан под чёрной рубашкой на пуговицах.

На левом безымянном пальце татуировка: две переплетённые буквы «М».

Мифотворец.

У него оливковая кожа, рыжевато-каштановые волосы и широкий аристократический нос основательской линии Мифотворцов, семьи дель Койр.

— Малакай, — говорит Рок.

Мужчина улыбается.

— Слишком давно, Крокодил.

Я перебираю в голове всё, что знаю о Мифотворцах. Если я правильно помню, Малакай третьего ранга Мифотворцев, значит, не в Совете, но, если в нём есть кровь дель Койр, рано или поздно он станет править, при условии, что сумеет найти дорогу назад в Лостленд.

Мифотворцы на других островах любят изображать, будто они бездомные, а их остров потерян в морских туманах. Но я в это не верю. Думаю, они давным-давно зачаровали Лостленд так, чтобы враги не могли его найти. Они выставляют себя уязвимыми, без места, куда можно примкнуться, и при этом строят планы и проникают в чужие земли. Я узнала о Мифотворцах недостаточно, пока не уехала из дома, но иногда думаю, что если бы вернулась в свой дворец, то обнаружила бы на его стенах метку Мифотворца. Мой бывший муж не смог бы провернуть переворот без помощи.

— Будь добр, — говорит Рок, делая шаг вперёд, — объясни, почему ты вломился на мой склад.

Малакай отталкивается от штабеля ящиков и закладывает руки за спину. Он не такой высокий, как Рок, но плечи у него шире, под чёткими линиями куртки перекатываются мышцы. И всё же Мифотворец не настолько силён, как то, что представляет собой Рок, так что столкновения я не боюсь.

Вообще я редко боюсь грубой силы. Меня тревожат интеллект и секреты.

— Слышал, ты был занят в Эверленде, — Малакай улыбается.

Я смотрю на Венди и быстро киваю ей, жестом показывая отойти мне и Року за спину, на всякий случай.

Я знаю, что она умеет за себя постоять, но в зависимости от намерений Малакая Венди может стать целью, а её силы наступательные, не защитные.

Она замечает мой жест и делает шаг мне за спину.

— Я всегда занят, — отвечает Рок. — Ты же знаешь меня, праздные руки и всё такое.

— Да. А Марет?

Вот оно. Он уже знает, что Рок сожрал ведьму.

— Спрошу ещё раз, — Рок делает ещё шаг. — Зачем ты вломился на мой склад?

— Никогда бы не подумал, что ты такой нетерпеливый.

— У меня зуд, который надо почесать, а ты мешаешь мне его почесать.

— Шляпа.

По нам прокатывается волна тревоги.

Ничего из этого не случайность.

В голосе Рока не остаётся ни следа прежней лёгкости, когда он говорит:

— Где она?

— Не здесь.

Вокруг Уинни и Вейна вздымается тьма. Вейн крепче обхватывает её.

Я никогда не видел их тень в деле, но по тому, как у меня на затылке встают дыбом волосы, сказала бы, что с этой силой стоит считаться.

— А теперь все успокойтесь, — говорит Малакай. — У меня есть предложение.

— Я не в настроении заключать сделки, — отвечает Рок.

Малакай пожимает плечами.

— Ну, ты можешь меня убить. Но тогда никогда не найдёшь шляпу и вообще, какой в этом смысл?

Вейн наклоняется к Уинни и шепчет:

— Стой.

Потом отстраняется и выходит из-за брата, вставая лицом к Малакаю. Часть тьмы отступает, но её щупальца раскрашивают рассеянный свет.

— Какое предложение?

— Вейн, ты всегда был самым логичным, — он переводит взгляд с одного брата на другого. — Уверен, для вас не станет сюрпризом новость о том, что монархия Даркленда в полном развале. Единственная выжившая из семьи Ремальди — Джульетта, и сейчас Тайный совет пытается её пристроить. Но её право на трон в лучшем случае сомнительно. Всегда ходили слухи, что она бастард. Не ваш тип бастарда, конечно, — он подмигивает Року. — Как вы понимаете, хаосом Мифотворцы и питаются. Они уже на месте, чтобы свергнуть Даркленд. Я хочу помочь вам это остановить.

— Ты ждёшь, что мы в это поверим? — Вейн цокает языком.

— Я не останусь без собственной награды.

— Продолжай.

— Лостленд «потерян»14, разумеется, это ложь. Но не совсем без правды. Чем дольше мы вдали от дома, чем меньше Мифотворцов на земле, тем труднее найти его по возвращении. Если мы слишком размажемся, он действительно будет потерян. Навсегда. Они стали чертовски жадными, чертовски неряшливыми. Если хочешь знать мою философию, я считаю: у каждого острова есть правящий класс не просто так. Как и в Римской империи в смертном мире, чем больше ты поглощаешь, тем выше шанс, что ты рухнешь.

Он делает вдох и смотрит на Рока.

— Здесь есть ещё один Миф по имени Эманон. Один из Семерых. У этого Мифа есть сестра. Уверен, вы о ней слышали.

— Марет, — предполагает Рок.

Малакай кивает.

— Она знает, что ты сожрал её сестру. Она придёт за тобой, здесь или в Неверленде, или на любом другом острове. Так что, по правде говоря, какой у тебя выбор? Лучше быть в партнёрстве со мной.