Отморозок 6 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович - Страница 24

Раннее утро. Прохладно и еще темно, а мы уже бежим на свою обычную утреннюю пробежку, растянувшись на несколько метров друг от друга. Ведущий группы майор Иванов, за ним бухает ботинками по пыльной грунтовке вся наша четверка в полной экипировке: броники, подсумки, автоматы и т.д. Всего более тридцати килограмм дополнительного веса на каждого.

У нас уже установился четкий распорядок ежедневных занятий. Каждое утро подъем в пять тридцать, оправка, гигиенические процедуры и полуторачасовая зарядка, начинающаяся с пятерочки кросса в полном обмундировании. Потом суставная гимнастика, силовая зарядка, растяжка и приемы рукопашного боя. После душ и завтрак в офицерской столовой.

Мы всегда держимся своей плотной компанией, не смешиваясь ни с кем. Наша группа полностью избавлена от всех караулов и хозяйственных обязанностей по части. Для нас есть только занятия и тренировки. Все занятия у нас проходят отдельно от других. Это и понятно. Основная масса местных военнослужащих — это новобранцы, которых готовят к дальнейшему прохождению службы в ДРА. В группе кандидатов все кроме меня кадровые офицеры, прошедшие уже вдоль и поперек то, чему здесь учат солдат. Поэтому, у нас своя, более продвинутая и интенсивная, программа занятий.

После завтрака у нас есть два часа на изучение языка пушту и обычаев пуштунских племен. Потом занятия по топографии, далее отработка приемов стрельбы в огромном стрелковом комплексе. Потом обед и снова занятия по топографии, минно-взрывному, или радио делу. Ежедневно мы проходим здешнюю «тропу разведчика». Пока мы работаем не на время, а можно сказать, «в ознакомительном варианте», но скоро будет зачет, и всем нам придется уже выложиться на полную, в одиночном и групповом прохождении тропы. Вечером до ужина еще одна тренировка по работе с подручными предметами включающими в себя палку, нож, малую армейскую лопатку и другие безобидные с виду предметы. После ужина дается два часа на самоподготовку: по языкам дари и пушту, разбор тактики групп НАТО, и изучение полевых дневников разведгрупп. Потом короткая вечерняя прогулка и отбой.

К моменту отбоя выматываюсь настолько, что буквально мечтаю доползти до своей койки и рухнуть на нее без сил. Хорошо еще, что мой молодой организм очень быстро восстанавливается, но для этого приходится еще, как минимум час, выполнять упражнения даосской йоги, расслабляя тело и прогоняя ци по меридианам. Но иногда я, едва начав циркуляцию «ци» по малому или большому «небесному кругу», просто вырубаюсь и засыпаю без сил.

Мне пока приходится тяжелее чем остальным кандидатам. Физически я готов не хуже, а даже лучше большинства из них, но кроме чисто физической силы и выносливости, есть еще специальные знания, и техника выполнения тех или иных заданий и упражнений.

Даже обычный бег в полной экипировке, в первые дни, был для меня целым испытанием. Пробежать с утра пятерочку или десятку, вообще не проблема. Проблема в том, что нужно ее пробежать нагруженным: броником, автоматом, лифчиком с запасными магазинами и еще кучей спец оборудования, которое все вместе весит больше тридцатки. К тому же, во всем этом обвесе без привычки бежать очень неудобно. Это вам совсем не то, что бежать в легких кроссовках и удобном спорткостюме по стадиону, или дорожке в парке. В учебке стройбата, и в самом стройбате, нас никто так плотно не гонял. Ну так стройбатовцам это и не нужно, там подобные пробежки это наказание, а не обычное дело. В прошлой жизни, мне не раз приходилось бегать марш-броски в полной экипировке, но это было давно, а мое здешнее тело такой подготовки вообще не проходило. Поэтому, мне сейчас приходится учиться всему заново.

Заново приходится учиться обращаться с АК, с М-16 и другим трофейным оружием. Теоретические знания у меня неплохие, и инструктора здесь хорошие, да и парни из нашей группы помогают и подсказывают, когда я туплю. Но все эти теоретические знания нужно многочисленными тренировками вбить прямо себе в подкорку и заставить тело выполнять это не задумываясь, а буквально мышечной памятью, когда каждая часть тела сама знает, что ей делать и ими не нужно управлять сознательно.

Обычному спецназовцу в день нужно отстрелять из разных положений около 200 патронов. Для нашей группы норматив в несколько раз выше. К тому же, в отличие от обычных спецназовцев, нам и позволено больше, но и требования по скорости и точности стрельбы гораздо выше. Пока, я стреляю весьма неплохо для обычного спецназовца срочника, но на фоне остальных кандидатов, слабовато. Этот досадный пробел нужно срочно подтягивать, как и пробелы по топографии, минно-взрывному делу, тактике организаций засад, радио делу и еще и еще и еще. Поэтому, сцепив зубы, я повторяю и повторяю каждое движение, добиваясь полного автоматизма действий.

Быть отстающим мне совсем не нравится, это очень сильно задевает самолюбие. Внутри себя, конечно, понимаю, что это естественно. Мои товарищи — это кадровые офицеры с хорошим опытом службы, а я, хоть и служил в спецуре в первую Чеченскую, но был там простым сержантом, и много из того, что они знают, просто не проходил. К тому же, это было в другой жизни и в другой реальности и с другим телом. Но все равно, я рву все жилы, чтобы догнать своих конкурентов по показателям и обязательно догоню и превзойду.

Уже светает, а мы все также, растянувшись, в хорошем темпе бежим за майором, который невозмутимо пылит спереди. По времени, вроде, уже пора поворачивать на базу чтобы успеть закончить к завтраку, а он команды на возврат не дает. Мои мысли прерывает громкий крик майора.

— Засада противника справа!

В нашей группе все роли уже давно отработаны. Бес, Шерхан и Горец, мгновенно плюхаются на землю, занимая в указанном направлении удобные позиции для стрельбы лежа, прячась в неглубоких ложбинках и за камнями, каждый беря под прицел свой сектор. Я, разворачиваясь на 180 градусов, падаю и прячусь за небольшим бугорком. Это необходимо чтобы контролировать заднюю полусферу и не дать зайти к группе с тыла. Лежим, ожидая дальнейших команд майора. Они не заставляет себя долго ждать.

— Слушать вводную! Группа выполняет рейд по маршруту из точки А в точку Б. На пути, в районе валуна «конская голова», обнаружена засада противника. Требуется нейтрализовать угрозу для продолжения выполнения основной задачи.

Горец поджигает и кидает вперед дымовую шашку.

— Группа штурм! Горец, Шерхан — прикрытие! Огонь на подавление по валуну! Непрерывно! Бес — рывок по левому флангу, укрытие камни! Отморозок —тыл! Шерхан — рывок по правому флангу за Бесом! Работаем перекатом!

Первым с места подхватывается Бес и устремляется чуть левее валуна с криком.

— Бес, пошел!

— Горец, держу!

— Шерхан, держу!

— Отморозок, держу!

Отзываемся хором, контролируя каждый свой сектор стрельбы. На мне так и лежит обязанность контролировать заднюю полусферу. В это время Бес, пробежав метров десять, принимает позицию для стрельбы, с колена, прячась за невысоким валуном.

— Бес, держу! — Громко кричит рыжий и бросает дымовые шашки перед собой и в сторону.

— Шерхан, пошел! — Срывается с места Шерхан, заходя правее указанной цели. Пробежав около двенадцати метров, он падает, занимая за бугорком позицию лежа, взяв на прицел свой сектор, и кричит — Шерхан, держу!

— Горец, пошел! — Срывается с места Эдик, и, пробежав отмеренное расстояние до следующего укрытия, разворачивается лицом ко мне и садится на одно колено, перехватывая контроль за моим сектором. — Горец держу!

— Отморозок, пошел! — Кричу во все горло, догоняя свою группу. Заняв позицию в небольшой ложбинке, снова разворачиваюсь и принимаю контроль за задней полусферой — Отморозок, держу!

Горец, передав мне контроль, разворачивается по направлению к валуну «конская голова», беря на прицел центральный сектор, а Бес снова срывается с места, чтобы преодолеть очередной десяток метров.

— Горец, держу!

— Бес пошел!

Подобным образом мы, относительно быстро подбираемся метров на тридцать к валуну, и с этого расстояния, забрасываем противника учебными гранатами, после чего, имитируя голосом стрельбу из автоматов, осторожно обходя валун с флангов, штурмуем позицию. После штурма устало садимся прямо на землю, чтобы перевести дух.