Ненужная. Рецепт для Дракона - Берг Александра - Страница 7

Я сделала шаг вниз, со ступеньки крыльца на холодную плитку дорожки. Потом ещё один. Я не оглядывалась, но спиной чувствовала взгляд – острый, как шило. Аромат пирога, такой родной, смешивался с запахом сырой земли и скошенной травы. Он лез в нос, навязчивый и душераздирающий.

Держаться. Только держаться.

Дойдя до ворот, я всё же не выдержала. Обернулась.

Марта стояла на крыльце как изваяние. Высокая, прямая, несмотря на годы. Лунный свет серебрил её седые пряди, выбившиеся из старого чепца. Она не махала рукой. Она просто стояла. Сторож у опустевшей крепости. Хранительница очага, из которого вымели последний уголёк.

Когда наши взгляды встретились, я поняла, что она не только со мной прощается. А со всей своей прежней жизнью. С мальчиком Корином, которого она нянчила. С его родителями, в чьём доме служила верой и правдой. С порядком, который блюла как святую заповедь. Теперь в доме появилась чужеродная Эльмира Дювейн с баронской спесью. И Марта, со всей своей преданностью, запросто могла оказаться такой же лишней, как и я…

Корин не уволит Марту.

Даже ради своей сияющей баронессы. Даже под её натиском, под ядовитыми шёпотами о “старомодности” или “непочтительности”. Корин привязан к Марте так же крепко, как и она к нему.

Вот только… В груди кольнуло. Я ведь думала о себе точно так же.

Я – его жена, его опора, его любовь. А оказалось… Оказалось, что место жены можно занять. Как вакансию. Как смену декораций.

Выбросил старую, потускневшую, привёз блестящую и более совершенную.

Но Марта? Её место – иное. Её не заменить молодой женой с титулом. Для Корина Марта – не слуга. Она – семья. Мать в самом глубоком, не по крови, а по духу, смысле. Он не сможет… Так я думала. Наверное, чтобы успокоить себя. Жаль, что я не провидица, и не могу предсказать будущее.

Тревожные мысли теснились в голове, но ноги несли меня вперёд. Наше поместье, Ясенев Двор, покоилось на тихом юге. Земли эти славились бескрайними садами и лавандовыми полями. Отсюда, прямо к королевскому столу, отправлялись особые сорта яблок, персики, а осенью – гроздья сочного красного винограда.

Мы поэтому с Корином и выбрали это место. Даже редкие лечебные травы не требовали целой армии магов для ухода – всё росло само собой. Благодаря этому наши лаборатории никогда не знали недостатка в нужных ингредиентах.

Наше поместье… Наши лаборатории…

Я упрямо цеплялась за мысль, что всё происходящее – лишь жестокая шутка, изощрённый розыгрыш, который вот-вот закончится. Мозг, точно загнанный в угол зверь, отчаянно сопротивлялся предательству. Наверное, такова наша природа – защищать себя от боли даже ценой самообмана.

Я горько усмехнулась и, резко встряхнув головой, ускорила шаг.

Городок показался через десять минут быстрого темпа, словно выплыл из-за поворота извилистой дороги. Небольшой, с узкими мощёными улочками, утопающими в изумрудной зелени, и двухэтажными домами, выкрашенными в нежные пастельные тона – от бледно-лимонного до приглушённого лавандового. Особенно выделялись терракотовые черепичные крыши.

Я бывала здесь два раза в неделю – ходила с Мартой, а порой и одна за покупками на рынок, заказывала у модистки платья и новые широкополые шляпки, чтобы уберечь лицо от яркого солнца.

Но сейчас… сейчас я смотрела на всё иными глазами – глазами человека, оставшегося без крова.

Вывеска “Серебряный Тополь” показалась спасительным маяком. Небольшая гостиница на углу рыночной площади, с бледно-голубыми ставнями и деревянным крыльцом, увитым плющом. Я знала это место – здесь останавливались приезжие торговцы и путешественники, которым не по карману были роскошные апартаменты.

Дверь скрипнула, впуская меня в полутёмную прихожую. За стойкой дремал пожилой мужчина с окладистой седой бородой. Звук колокольчика вырвал его из объятий сна.

– Доброй ночи, – пробормотал он, протирая глаза. – Чем могу служить?

– Мне нужен номер, – голос мой звучал хрипло от усталости. – На несколько дней.

Мужчина окинул меня скептическим взглядом, и я прекрасно понимала почему. Молодая женщина, появившаяся глубокой ночью, с саквояжем в руках, уставшая и растрёпанная – зрелище необычное. И пусть в королевстве положение женщины в обществе значительно расширилось за последние годы, в глухой провинции старые предрассудки умирали медленно.

– Номера есть, – перестав буравить меня взглядом, кивнул служащий.

Он достал из-под стойки потрёпанную книгу постояльцев.

– Второй этаж, с видом на площадь. Пять медяков в сутки, включая завтрак.

Я молча отсчитала монеты. Цена была справедливой, хотя ещё вчера я бы даже не задумалась о стоимости.

– Тильда! – крикнул хозяин, и из дверей, ведущих в глубину дома, показалась заспанная девушка в простом сером платье. – Проводи госпожу в седьмой номер!

Комната оказалась маленькой, но чистой. Узкая кровать с пологом из выцветшей синей ткани, комод с зеркалом, стол у окна и кресло с потёртой обивкой. После просторных покоев Ясенева Двора эта каморка казалась клеткой, но сейчас я была благодарна даже за это.

– Воду для умывания принести? – спросила служанка, стоя в дверях.

– Да, пожалуйста, – кивнула я, опускаясь в кресло. – И, если можно, свежих полотенец.

Когда дверь за Тильдой закрылась, я, наконец, позволила себе выдохнуть. Это была первая минута уединения за долгие часы. Первая возможность осознать произошедшее без чужих глаз.

Я расстегнула саквояж, достала завёрнутый пирог Марты и положила его на стол. Аромат всё ещё был умопомрачительным. В животе заурчало, напоминая, что с ужина у меня крошки во рту не было.

Тильда вернулась с кувшином воды и стопкой чистых полотенец. Я поблагодарила её и, когда дверь снова закрылась, принялась за пирог. Картофель с мясом, лук, специи – простая еда, но сейчас она казалась вкуснее любых изысканных блюд. Каждый кусочек напоминал о доме, о Марте, о жизни, которая осталась позади.

После еды я умылась холодной водой. Взглянув в зеркало, едва узнала себя – бледная женщина с кругами под глазами и спутанными тёмными волосами. Неужели это я?

Я расчесала волосы, заплела косу и легла на кровать. Усталость накрыла меня тяжёлым одеялом, и я провалилась в сон без сновидений.

Утро началось с перезвона храмовых колоколов. Я проснулась, не сразу поняв, где нахожусь. Солнечный луч пробивался сквозь тонкие шторы, рисуя золотистые полосы на полу. За окном гудел просыпающийся город – слышались голоса торговцев, стук колёс, детский смех.

Я умылась, переоделась в чистое платье и, собрав волосы в простой пучок, спустилась вниз. Завтрак в общей зале был скромным – свежий хлеб, сыр, яйца и травяной чай. Я ела молча, планируя свои дальнейшие действия.

Нотариус Герман Ренц – именно он занимался делами семьи. Его контора располагалась недалеко от рыночной площади, в трёхэтажном доме с зелёными ставнями. Мне нужно было попасть к нему. Я должна опередить Корина!

Глава 7

“Если он меня не опередил…” – кольнула мысль. Но сейчас я старалась о плохом не думать.

Успевший раскалится городской воздух, ударил в нос после прохладной тиши гостиничного номера.

Контора Германа Ренца выделялась среди пастельных фасадов строгой солидностью. Дом с тёмными дубовыми дверьми и теми самыми зелёными ставнями, которые я помнила. На бронзовой табличке чётко: “Г. Ренц, Адвокат и Юридический Советник”.

Я толкнула тяжёлую дверь.

За скромным столом в приёмной сидела юная секретарша с копной рыжих кудрей, уткнувшись носом в конторскую книгу.

Мой внешний вид, очевидно, выдавал состояние полнейшего бедствия, поскольку в момент, когда секретарша подняла на меня взгляд, её глаза мгновенно расширились, точно два распахнутых окна в мир неподдельного удивления.

– Госпожа Лаар! – воскликнула она. – Вы… так рано? Господин Ренц ещё…

– Мне необходимо его видеть!

Рыжеволосая заколебалась лишь на мгновение, потом кивнула с внезапной решимостью.