Разбей мое сердце - Дашкова Ольга - Страница 7

– Вера, это ты? – голос отца из кабинета.

– Да, пап!

Захожу в просторную гостиную, бросаю сумку на диван. На стенах – картины современных художников, на книжных полках – научные труды на разных языках, большинство с автографами авторов.

Из кабинета выходит отец – высокий, подтянутый, с аккуратной седеющей бородой. Профессор Андрей Валентинович Климов, заведующий кафедрой клинической психологии.

– Как прошла смена? – спрашивает он, обнимая меня.

– Продуктивно. Новые наблюдения для эксперимента.

– И как? – в голосе отца слышится легкое беспокойство.

– Да. И, кажется, я нащупала болевую точку.

– Вера, я понимаю твой научный энтузиазм, но не забывай об этической стороне вопроса,– отец качает головой.

– Я не причиняю ему вреда, – возражаю. – Наоборот, помогаю лучше понять себя.

– Без его согласия на терапию?

– У нас договор. Он согласился на эксперимент.

– Но знает ли он истинные условия?

Это наш давний спор. Отец, несмотря на свою страсть к науке, всегда ставит этику выше результатов. Я… не всегда с ним согласна.

– Знает достаточно, – уклончиво отвечаю. – Мы заключили пари.

– Пари? – брови отца приподнимаются. – Какое пари?

– Что я смогу влюбить его в себя за три месяца.

Отец молчит несколько секунд, затем тяжело вздыхает.

– Вера, это не просто неэтично. Это опасно. Для вас обеих.

– Почему? Это всего лишь эксперимент.

– Потому что чувства не так легко контролировать, как ты думаешь. Даже тем, кто уверен, что держит все под контролем.

В его словах слышится что-то личное, но я решаю не углубляться в эту тему. Не сейчас.

– Я знаю, что делаю, пап. Доверься мне.

Он долго смотрит на меня.

– Я доверяю тебе, Вера. Но боюсь, ты недооцениваешь силу того, с чем играешь.

– Вера? Ты вернулась? Иди ужинать!– из кухни доносится мамин голос.

Надежда Игоревна Климова, профессор нейробиологии, специалист по эмоциональному интеллекту. Мои родители – идеальная научная пара. Познакомились на конференции в Стокгольме, поженились через три месяца. Вместе уже тридцать лет – и в жизни, и в науке.

Иногда я завидую их связи. Тому, как они понимают друг друга с полуслова, как дополняют сильные стороны друг друга, как уважают различия.

Интересно, способен ли Данил на такую связь? Или его травма слишком глубока?

– Кстати, звонила Наташа Соколова, – говорит мама, накладывая мне салат. – Спрашивала, почему ты не приехала на день рождения Родика.

Наташа – мамина подруга, профессор химии. Ее сын Рудольф учится на физтехе, мы знакомы с детства. Родители всегда надеялись, что между нами что-то будет, но… он слишком предсказуем. Слишком правильный. Скучный.

– У меня была смена в кафе, – отвечаю, не вдаваясь в подробности.

– Ты могла бы предупредить заранее, – мягко упрекает мама. – Родик расстроился.

– Извини, я забыла.

Мама вздыхает. Она не понимает моего отношения к социальным связям. Не понимает, почему у меня практически нет друзей, кроме пары девчонок из университета. Не понимает, почему я предпочитаю наблюдать за людьми, а не взаимодействовать с ними.

Но я не могу объяснить ей, что для меня большинство социальных взаимодействий слишком просты и предсказуемы. Что мне скучно среди людей, которые говорят и действуют по шаблону, даже не осознавая этого.

После ужина иду в свою комнату – просторное помещение с большим панорамным окном, письменным столом и книжными полками. На стенах – картины абстракционистов и фотографии нейронных связей мозга. Два мира, которые меня увлекают, – искусство и наука.

Сажусь за компьютер, открываю файл с заметками о Даниле. Добавляю сегодняшние наблюдения, анализирую реакции.

Его демонстративный поцелуй был попыткой вывести меня из равновесия. Значит, ему важно чувствовать контроль над ситуацией. Над моими эмоциями. Типичная защитная стратегия – контролировать, чтобы не быть контролируемым.

Но в этой игре у меня есть преимущество. Я знаю правила. Я знаю, что за каждым его действием стоит страх – быть отвергнутым, быть уязвимым, быть зависимым.

Открываю мессенджер и начинаю печатать сообщение:

«Привет, Данил. Это Вера. Надеюсь, ты не против, что я нашла твой номер. Что касается нашего пари – предлагаю встретиться на нейтральной территории. Завтра, в 18:00, на Патриарших прудах».

Отправляю сообщение и жду. Ответ приходит через три минуты – именно столько нужно, чтобы создать впечатление, будто он не ждал сообщения с нетерпением.

«Привет. Как ты нашла мой номер?»

Улыбаюсь. Типичная реакция – не на предложение встретиться, а на нарушение границ. На то, что я сделала что-то неожиданное.

«У меня свои методы. Так ты придешь?»

Снова пауза. На этот раз пять минут.

«Хорошо. В 18:00 у входа в парк».

Закрываю мессенджер, чувствуя, как внутри разливается удовлетворение. Первый шаг сделан. Он согласился встретиться не в контексте нашей случайной встречи в университете или его визитов в кафе.

Он заинтересован. Заинтригован. Возможно, даже немного напуган моей настойчивостью.

Хорошо. Страх и любопытство – мощные мотиваторы. Они заставляют нас выходить за рамки привычного, исследовать новое. Именно это мне от него и нужно.

Смотрю на свое отражение в зеркале. Серо-голубые глаза, темные волосы, острые скулы. Я не красавица в классическом понимании этого слова, но и не дурнушка. Обычная девушка, которая умеет быть незаметной, когда нужно.

Интересно, что он видит, когда смотрит на меня? Угрозу? Потенциального партнера?

Неважно. К концу наших трехмесячных отношений он увидит во мне гораздо больше, чем может себе представить сейчас. Он увидит во мне необходимость.

И это будет моя победа. По поводу разбивание сердец, ну, даже не знаю, как-то это звучит слишком, я, конечно, погорячилась, сказав Даши, что буду мстить за подругу, но так проще объяснить мой интерес.

Ложусь в постель, закрываю глаза. Перед мысленным взором встает его лицо в тот момент, когда он целовал Диану, но смотрел на меня. В его глазах была наглость, но за ней скрывалось что-то еще. Что-то почти… отчаянное.

Глава 6

Смартфон тускло освещает комнату. Смотрю на экран, не веря своим глазам. Сообщение от Веры. Откуда у нее мой номер?

«Привет, Данил. Это Вера. Надеюсь, ты не против, что я нашла твой номер. Что касается нашего пари – предлагаю встретиться на нейтральной территории. Завтра, в 18:00, на Патриарших прудах».

Пальцы сами набирают ответ: «Привет. Как ты нашла мой номер?»

Медлю с отправкой, не хочу показывать, что сижу, уткнувшись в телефон. Жду ровно три минуты. Отправляю.

Она мгновенно отвечает: «У меня свои методы. Так ты придешь?»

Наглая. Самоуверенная. Непредсказуемая.

Черт, а ведь я до сих пор не могу выбросить ее из головы. После того как мы с Дианой вышли из кафе, я пытался сосредоточиться на планах, на предстоящей встрече с ее отцом. На поездке в Ниццу. Но вместо этого я думал о серо-голубых глазах.

Диана тогда спросила, почему я такой рассеянный. Я соврал что-то про курсовую.

Переворачиваюсь на другой бок, смотрю в стену. Дома пусто и тихо. Я привык к одиночеству, оно меня не пугает. Наоборот, только наедине с собой я чувствую себя… настоящим. Без масок. Без ролей.

Могу ли я позволить себе эту встречу?

Конечно, могу. Это всего лишь глупое пари. Игра, в которой я точно не проиграю. Любовь – это слабость, зависимость. А я давно научился ни от кого не зависеть.

Набираю ответ: «Хорошо. В 18:00 у входа в парк».

Отправляю сообщение и кладу телефон рядом. Нет смысла ждать ответа. Я и так знаю, что она довольна своей маленькой победой.

Пусть думает, что контролирует ситуацию. Это ненадолго.

Закрываю глаза, но сон не идет. Перед глазами всплывает ее лицо, когда она увидела, как я целую Диану. Ни тени ревности или смущения. Только любопытство.