Я еще не бог. Книга XXXV (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 56

Петр медленно обошел стол. Каждый его шаг отдавался эхом в тишине кабинета.

— На кого ты работал? Кроме американцев?

Молчание.

— Я могу сделать твою смерть быстрой, — Петр остановился в шаге от него. — Или очень, очень медленной.

Воронцов сглотнул.

— Я не знаю имени. Только голос. Он связывался со мной через артефакт.

— Какой артефакт?

— В кармане. Левом.

Петр протянул руку. Воронцов достал небольшой черный камень и передал его царю.

— Интересно, — Петр повертел камень в пальцах. — Очень интересно.

Затем, без предупреждения, его рука прошла сквозь грудь Воронцова. Посол захрипел, его глаза расширились от боли и ужаса.

— Ты отработал свое, — холодно произнес Петр, — есть только одно наказание.

Тело Воронцова рухнуло на пол.

Петр вытер руку платком, затем посмотрел куда-то в угол комнаты. Туда, где в тени потолка примостилась крошечная деталька, практически невидимая для обычного глаза.

— Кузнецов, — произнес он негромко, но отчетливо. — Надеюсь, ты это видел. В следующий раз внимательнее следи за своими врагами. Их больше, чем ты думаешь.

Он улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли тепла.

— До встречи в Китае.

— Он знал, — выдохнула Лора. — Этот старый хрыч знал про детальку!

Я сидел неподвижно, переваривая увиденное. Граф Бердышев смотрел на меня с тревогой.

— Михаил? Что там произошло?

— Петр убил Воронцова.

— Блин… — выдохнул он.

— Своими руками. Прямо в кабинете. — продолжил я.

Граф медленно опустился в кресло.

— Он знал про шпионаж?

— Знал. И про американцев, и про третью сторону.

— Третью сторону? — удивился граф.

Я потер переносицу.

— Воронцов работал на кого-то еще. Не только на Петра и США. Кто-то третий дергал за ниточки.

— И этот кто-то…

— Достаточно могущественный, чтобы завербовать тройного агента прямо под носом у бессмертного царя и у посланника Хаоса.

Граф задумался.

— Если президентом США управляет хаос, как ты говорил… То третья сторона должна быть не менее влиятельной.

— Именно об этом я и думаю.

Лора нервно мерила шагами комнату. Точнее, парила над полом, но выглядело это так, будто она мерила шагами.

— Мне это не нравится, — сказала она. — Слишком много игроков. Слишком много неизвестных.

— Мне тоже.

Я встал.

— Ростислав Тихомирович, мне нужно вернуться на Сахалин. Вы справитесь?

— Конечно. Андреев уже приехал, да и моя охрана скоро прибудет.

Я кивнул и направился к выходу.

— Миша, — окликнул меня граф.

Я обернулся.

— Спасибо. За все.

— Не за что, — улыбнулся я. — Вы бы сделали то же самое.

Сахалин.

Поместье Кузнецовых.

Доехав с портала до дома, и открыв дверь, я столкнулся с Трофимом.

— О, вернулись, — он кивнул. — Приготовить чай? Или уже отобедать готовы?

— Не отказался бы. Жрать хочу, как волк!

Трофим улыбнулся и показал рукой на кухню.

— Маруся как раз приготовила жареную курицу с картошечкой.

У меня аж слюнки потекли.

Как только передо мной поставили огромную тарелку с ножкой и жареной картошкой с грибами, на связь вышел Булат с Любавкой.

Я подцепил на вилку румяную картошку.

— Ну, рассказывайте, — я отправил овощ в рот. — Что нашли?

Закрыв глаза, увидел перед собой образ коня, на спине которого сидела маленькая девочка.

Булат вздохнул.

— Портал, — сказал он. — Древний. Сломанный.

— Сломанный?

— Полностью. Кто-то уничтожил его много лет назад. Возможно, столетия.

Любавка подалась вперед.

— Но это не главное, Миша, — шепотом произнесла она, как будто нас могут услышать, — там были записи. На стенах пещеры. Мы с Булатом смогли их расшифровать.

— И что в них?

Она помолчала, словно собираясь с духом.

— Там говорится о вашем прадеде. Святославе Кузнецове.

Я откусил хрустящую кожу куриной ножки. Какая же она была сочная.

— Что именно?

— Он не погиб, — тихо сказала Любавка. — По крайней мере, записи утверждают, что он ушел, но как, неизвестно. И судя по всему… он до сих пор жив.

— Жив? — я не поверил своим ушам. — Это невозможно. Ему было бы…

— Больше двухсот лет, — кивнул Булат. — Впрочем, как и мне. Но там было еще кое-что. У него была способность, которой нет у других Кузнецовых.

— Какая?

— Он мог менять облик. Полностью. Становиться другим существом.

Я откинулся на спинку кресла.

— Подождите. Вы хотите сказать, что мой прадед, который предположительно живет уже два века, может выглядеть как угодно и быть где угодно?

— Именно, — подтвердил Булат.

Лора присвистнула.

— Ну и семейка эта Кузнецовская. Один круче другого.

— Записи указывают, где он может быть? — спросил я.

— Где-то в Империи, — ответила Любавка. — Но точного места нет. Только намеки.

Где-то со стороны послышался голос Богдана. Любавка не полностью изолировала свой слух.

— Там было еще послание. Личное. Для потомков.

— Какое? — спросил я.

Любавка спрыгнула и показала небольшой листок с каракулями

— «Когда хаос вернется, ищите меня там, где начинается рассвет. Я буду ждать.»

В комнате повисла тишина.

— Там, где начинается рассвет, — повторил я. — Восток. Дальний Восток.

— Или Сахалин, — добавила Лора. — Самая восточная точка Империи.

Я посмотрел на Булата.

— Ты думаешь о том же, о чем и я?

Конь медленно кивнул.

— Твой прадед может быть здесь. На острове. Прямо сейчас.

— И может выглядеть как угодно, — добавила Любавка. — Как любой из жителей.

Я встал и подошел к окну. За стеклом темнел зимний вечер. Где-то там, среди тысяч людей, мог скрываться человек, который знал ответы на многие вопросы.

— Лора, — тихо сказал я. — Начинай поиск. Проверь всех, кто появился на острове за последние годы. Ищи аномалии. Несоответствия в документах. Все, что покажется странным.

— Это займет время.

— У нас оно есть. Пока что.

Я повернулся к остальным.

— Спасибо. Вы отлично поработали. Отдыхайте.

Когда все разошлись, я еще долго стоял у окна. В голове крутились мысли.

Прадед, и возможно он жив. Третья сила, стоящая за Воронцовым. Встреча в Китае, и она уже скоро. Странности в КИИМе.

— Слишком много всего, — вздохнула Лора. — Тебе нужно поспать.

— Потом.

— Миша…

— Потом, Лора. Сначала нужно понять, во что мы вляпались.

Она помолчала.

— Знаешь, иногда мне кажется, что вселенная специально подкидывает тебе проблемы. Просто чтобы посмотреть, как ты будешь выкручиваться.

Я невольно улыбнулся.

— Может, ты и права.

За окном начал падать снег. Мягкий, пушистый, совершенно мирный. Как будто где-то там, наверху, кто-то решил напомнить, что не все в этом мире состоит из заговоров и сражений.

— Ладно, — я отвернулся от окна. — Пошли спать. Завтра будет тяжелый день.

— Как и все предыдущие, — хмыкнула Лора.

— Как и все предыдущие, — согласился я.