Преддверие (СИ) - Романов Герман Иванович - Страница 14

— Надо ползти к «Кельну», Фридрих, — негромко произнес Бей, искоса посмотрев на командира линкора. — Можно выброситься на берег, если повезет дойти до северного острова и радировать на субмарины. Если американцы подойдут, парни Деница получат шанс их торпедировать, а потом уйдут. Хоть так мы послужим еще рейху, став «приманкой» для врага. А там остается только сооружать аэродром, если будет для него пригодная площадка. Может быть, удастся вывезти хоть часть экипажа, оставшиеся останутся на зимовку, если люфтваффе сподобится туда летать. Но такое возможно только при невероятном везении…

Всю войну линейный корабль «Айдахо» стрелял по японцам, засевших гарнизонами на тропических островах — других целей у тихоходных старых линкоров US NAVY не имелось. Сражение, подобное Ютландскому так и не состоялось, был только бой в проливе Суригао, вшестером против одного — на вражеский линкор обрушили такой град снарядов, что потопили за несколько минут…

Глава 16

— Мнение Нагумо меня не интересует, на «журавлях» еще имеется запас бензина и бомб, слишком большими оказались потери в самолетах в первые два дня операции. А потому Дзасибуро Одзава не имеет права выходить из сражения, он должен воевать до конца. Без его ударных авианосцев мы не сможем победить врага в решающей битве!

Ямамото прошелся по циновке — главнокомандующий «Объединенным Флотом» на своем флагманском «Ямато» жил в спартанских условиях, какие только мог себе позволить. В боевой обстановке прославленный адмирал чурался комфорта, во время стажировки на кораблях Ройял Нэви он имел возможность сравнить условия обитания офицеров и матросов. А потому занимаясь строительством огромного океанского флота, японские кораблестроители сознательно шли на ухудшение условий обитания команды, но за счет этого удешевляя постройку и всячески усиливая боевые возможности. Это коснулось и флагманских кораблей — адмиралы несли все тяготы службы наравне со всеми, и каких-либо персональных удобств им отдельно не полагалось, да и никто их не требовал, линкоры и крейсера не пассажирские лайнеры, у них совсем другое предназначение. А в условиях страшной войны с двумя сильнейшими противниками тем более, а потому на всех авианосцах в ходе наспех проводимых модернизаций всячески старались ужать жилые помещения, но принять больше авиабензина, бомб и торпед, боеприпасов к авиационным пушкам и пулеметам. Но все это стало прелюдией к главному — большие потери в авиагруппах заставили изыскивать всяческие возможности к размещению дополнительных самолетов, особенно ударных. Пикировщики и торпедоносцы несли жуткие потери в каждом боевом вылете. Зенитно-артиллерийский огонь американских кораблей с получением радиовзрывателей многократно усилился, атакующие японские самолеты встречал шквал огня, продраться через который было невозможно. А до атаки навстречу вылетали десятки истребителей «воздушного патруля», наводящихся по данным радаров. Среди них появились новые «коты», ни в чем не уступавшие «рейсенам», но превосходившие их в воздушных боях за счет вертикального маневра, а отнюдь не горизонтального, где у «зеро» имелось неоспоримое превосходство. Да и американские ударные самолеты представляли страшную опасность, которую требовалось учитывать предельно серьезно — гибель четырех авианосцев 2-го «мобильного флота» потрясла Ямамото, как и все командование ВМС — такого исхода никто и представить не мог. И одна из причин была видна сразу — переделанные в авианосцы лайнеры, плавбазы, быстроходные транспорты и носители гидросамолетов имеют низкую боевую живучесть. Их вышибают быстро, а повреждения, какие спокойно перенесли «журавли» и «Акаги», или те же погибшие после долгой борьбы и агонии «Кага» с «Сорю», таковы, что эти импровизированные авианосцы просто не выживают в бою. И обречены на скорую и неизбежную гибель от торпедных и бомбовых попаданий. Потому, что не имеют нормальной, заранее предусмотренной проектом защиты.

И главнокомандующий «Объединенным Флотом» сделал выводы, главным из которых был один — обнаруживать вражеские соединения первыми, и немедленно наносить массированный удар, подняв в воздух максимально возможное количество самолетов в первой ударной волне. Тут четко выверенный расчет — наличие от ста до ста пятидесяти самолетов в воздухе позволит нанести удар по нескольким целям, дезорганизовав на короткое время отлаженную противовоздушную оборону. Только тогда удастся добиться определенного успеха, за который придется дорого расплатиться — от трети до половины самолетов будет потеряно.

Но выход есть — увеличить численность авиагрупп, распихав по ангарам и даже установив на верхней палубе, максимально допустимое количество самолетов. После первого же боевого вылета будут большие потери, это априори подразумевается, и численность «усиленной» авиагруппы станет «штатной», что позволит нормально обслуживать оставшиеся самолеты. Бензина и бомб с торпедами тоже брать с избытком, чтобы при необходимости усиливать эскадрильи на ударных авианосцах, и тем самым как можно дольше удерживать их в составе эскадры.

— Нагумо ничего не понял — его авианосцы в бою участвовать не будут, кроме «Мидзухо» — противник раздерет транспорты с установленными палубами в клочья. Его задача передать самолеты Одзаве, и убраться как можно быстрее, чтобы не отвлекать эсминцы для обороны в сражении. Только и всего — у нас не так много осталось ударных авианосцев, чтобы держать их во Внутреннем море, и ждать, когда будут подготовлены эскадрильи. Самолеты такой же «расходной материал», как подвешенные под них бомбы и торпеды. И эскадрильи на их палубах мы будем просто менять по мере надобности — американцы это давно делают, и мы должны воспользоваться их опытом — такой подход очень рациональный, тут есть чему поучиться.

Ямамото говорил спокойно, прекрасно зная, как сейчас его внимательно слушают офицеры штаба. Впервые нужно применить разработанный в Кидо Бутай прием — во время сражения передать истребители и пикировщики на ударные авианосцы, пока там есть запасы бензина и боеприпасов, и вновь задействовать в сражении лучшие корабли Одзавы. Авиатранспорты 3-го «мобильного флота» не более чем «аэродромы подскока», их задача передать самолеты, и убраться как можно скорее, чтобы не привлечь внимания американцев. Нет, вражеская авиация им ничего сделать не сможет, слишком далеко, но вот навести собственные субмарины, американское командование вполне сможет, а это чревато излишними потерями. Вот только Нагумо этого не понимает и рвется в бой, когда требуется соблюдать строгое радиомолчание, чтобы противник до самого последнего момента не ожидал перебазирования авиагрупп. И это станет неприятным сюрпризом — янки ведь умеют считать, и уже давно пришли к выводу, что в 1-м «мобильном флоте» не осталось самолетов, большая их часть погибла во время ожесточенного воздушного сражения над Атту.

— Передайте условный код Одзаве и Нагумо — пусть начинают переброску авиагрупп, завтра «журавлям» надлежит быть полностью готовыми к продолжению сражения, если позволит погода. «Чийоде» надлежит к нам возвратиться, приняв «рейсены» и «сюсеи» — для усиления противовоздушной обороны нужен второй легкий авианосец, повреждения на нем уже исправили. Мы продолжаем битву, и помогут нам боги…

Легкий авианосец «Рюдзе» («Сражающийся дракон») из состава Кидо Бутай стал единственным кораблем специализированной довоенной постройки, имеющим «двухэтажный» ангар, расположенных один над другим — отсюда очень высокий борт, который ухудшал такие важные характеристики как остойчивость и мореходность. На «этом драконе» как нигде среди кораблей «Объединенного Флота» проявилось стремление создателей буквально втиснуть в небольшое водоизмещение, для удешевления постройки, максимальную по количеству самолетов авиагруппу…