"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Скабер Артемий - Страница 48

Оглядел избитого мужика. Обычный тип лет тридцати, с длинными тёмными волосами, слипшимися от крови и пота. Лицо опухло, один глаз заплыл. Губы превратились в кровавое месиво, а на полу валялось несколько выбитых зубов.

Очередной удар пришёлся по многострадальному паху пленника. «Да она же его просто забьёт, и этот концы отдаст от болевого шока», — промелькнуло у меня в голове.

— Успокойся! — я положил руку на плечо Елизаветы, останавливая её.

Девушка резко обернулась, занося кулак для удара, но, узнав меня, замерла.

— Павел Александрович, — выдохнула она сдавленно.

Елизавета вся взмокла. Её дыхание было сбито, а костяшки пальцев покрылись ссадинами.

— Иди пока подыши свежим воздухом, а я поговорю, — бросил ей.

— Раньше нужно было думать, а не по городам ездить, — огрызнулась она.

Я пропустил её слова мимо ушей. Сейчас не время собачиться.

— Нужно защищать свой род! — заявила девушка с вызовом.

Резко развернулся. В моей руке блеснула игла, которую молниеносно всадил ей в шею, рядом с веной. Чуть надавил, чтобы не дёргалась. Глаза Елизаветы тут же расширились.

— Лизонька… — улыбнулся я, глядя на неё пристально. — Ты, похоже, деточка, немного запуталась и забыла о своём месте. То, что ты ублажаешь старика, не делает тебя хозяйкой. В следующий раз, если не будешь следить за словами… То будет очень больно, и я остановлюсь, только когда ты поймёшь. А теперь моргни.

Охранники у входа вбежали в комнату и замерли, уставившись на нас. По игле, воткнутой в шею Елизаветы, медленно стекала кровь, капая мне на пальцы.

— Уведите её и займитесь чем-нибудь полезным, — бросил я им и вытащил своё оружие из шеи девушки.

«Дерзкая дамочка», — подумал я. Ещё не решил, оставлять ли её в особняке или заменить кем-то более вменяемым. А вообще, дед, похоже, совсем из ума выжил, если спит с главой охраны.

Когда меня оставили одного, я снял пиджак и повесил его на гвоздик рядом. Закатал рукава рубашки. Пленник напротив, кажется, перестал скулить. Но, судя по луже под ним, от боли даже обмочился.

Я положил рядом с собой десять игл. Взял стул и сел напротив мужика.

— Привет, — сказал ему. — Я Магинский Павел Александрович.

— Не фскажу… — промямлил он и сплюнул кровь. — Хоть у-бывайте. П-евать!

Распухший язык мешал ему говорить. Да уж… С таким много не наболтаешься.

— Дружок, — произнёс я, всаживая первую иглу ему в ляжку.

— А-а-а! — заверещал пленник и тут же отключился.

— Быстро… — покачал я головой. — И как мне из тебя правду-то доставать?

Я выдохнул и вынул иглу. Вот же женщина, довела мужика до исступления. Не знает, когда нужно остановиться!

Глянул на бессознательное тело передо мной. Теперь придётся ждать, пока он придёт в себя, чтобы продолжить допрос.

Прошло минут десять, прежде чем напавший на мой род очнулся. За это время я успел заняться своими иглами, насыщая их ядом. Попытался сделать ещё парочку таких, как получилось у Смирнова, но безуспешно. При очередной попытке насыщения магией материал портился, рассыпался в руках.

«Жаль… Больно уж хорошо она себя показала», — подумал я с досадой. Вспомнил, как эффективно сработала игла на Димке.

Перевёл взгляд на мужика. Его опухшие веки с трудом открылись. Он уставился на меня настороженным, затравленным взглядом.

— И снова привет, — сказал я, вытирая со лба выступивший пот. — Давай я немного объясню, чем мы с тобой сейчас будем заниматься. Ты не против?

— Убьютки! — попытался выругаться он, но из-за распухшего языка получилось лишь невнятное бульканье.

— Будем считать, что да, — кивнул я и быстрым движением всадил ему сначала одну иглу, а потом вторую. Мужик застыл, словно его окатили кипятком. Глаза — единственное, что теперь двигалось — расширились от ужаса.

— Это подарочек от иглокрота, — пояснил я, наблюдая за его реакцией. — Твоё тело не двигается, но боль ты чувствовать можешь. Каждый нерв, каждую клеточку.

Огляделся и заметил в углу комнаты старый ржавый нож. «Даже не знаю, что он тут делает. Вроде бы складское помещение», — мелькнуло в голове. Металл покрылся ржавчиной, но лезвие всё ещё выглядело острым.

Вернувшись, я сел на стул. Скрип старого дерева эхом разнёсся по комнате. Одним резким движением вонзил нож в ногу мужика. Лезвие вошло в плоть с противным чавканьем. Пленник не издал ни звука, но его глаза… Они кричали.

— Вот, — кивнул я, не вынимая нож. — Скажи, неприятно? Получается, я могу с тобой делать всё, что захочу, а ты будешь в сознании. Даже закричать не сможешь. Представь, какие у меня открываются возможности.

Его глаза расширились ещё больше, если это вообще было возможно. Я видел в них панику, смешанную с болью и отчаянием.

— Мне, честно, это не приносит никакого удовольствия, — пожал плечами, медленно проворачивая нож в ране. — Просто вы напали на мой род. И я бы хотел знать, кто вас послал. После обещаю убить тебя быстро. Без лишних мучений.

Ещё пару раз ударил ножом мужика, выбирая места, где боль была бы сильнее, но кровопотеря — минимальной. Затем вынул одну иголочку, позволяя ему немного пошевелиться.

— Так что скажешь? — спросил я, вытирая окровавленный нож о его рубашку. — Продолжать? У меня ещё много идей.

— Плевать! — выдавил он сквозь зубы. Его голос дрожал от боли и страха. — Я уже смертник. Сразу это понял. Главное, что господин будет доволен.

Внезапно лицо пленника изменилось. Он с удивлением обнаружил, что его язык начал хорошо работать, а слова правды сами срывались с губ. Именно этого эффекта я и добивался.

— Что происходит? — пробормотал мужик в замешательстве. Словно пытался понять, почему не может солгать.

— Знаешь, мне довелось посетить не один допрос, — сказал я, лениво покручивая иглу в пальцах. Она блеснула в тусклом свете комнаты. — Там это называлось чистосердечным признанием. Так кто тебя послал?

— Вячеслав Кириллович! — тут же выпалил он, словно не в силах сдержать слова. — Приказал убить как можно больше людей и навести шуму. Чтобы все знали, какие вы ничтожества и слабаки.

— Благодарю, — сказал я, вставая со стула. Дерево снова скрипнуло под моим весом. — Видишь, это было несложно. Всего лишь нужно сказать правду.

— Плевать! — улыбнулся мужик, и в глазах блеснуло что-то безумное. Улыбка исказила распухшее лицо, превратив его в жуткую маску. — Я не доживу, и вы ничего не докажете. А твой род потерял своих алхимиков.

— Что? — резко повернулся я к нему, чувствуя, как холодок пробежал по спине.

— Девка, блондинка, кичилась, что она служит роду Магинских, — прохрипел он с садистским удовольствием. — Теперь её заставят очень долго работать. В две смены… А тупой пацан мёртв. Скоро все Магинские сдохнут!

Я почувствовал, как внутри всё закипает от ярости. Во мне словно раскалённая лава поднималась из глубин, грозя вырваться наружу. Положил руки ему на лицо и выпустил магию.

Зелёный свет загорелся, окутывая голову сиянием. Кожа под моими руками начала плавиться, словно воск на огне. Мужик закричал — дикий, нечеловеческий вопль, полный боли и ужаса. Этот крик эхом отражался от стен, пока я продолжал растворять голову пленника. Потом он резко замолчал.

Я остановился, тяжело дыша. То, что осталось от головы, с глухим стуком упало на пол. Запах палёной плоти ударил в нос, вызывая тошноту.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. В комнату вбежали люди Елизаветы вместе с ней самой. Их глаза расширились от ужаса, когда они увидели то, что осталось от допрашиваемого. Одного охранника тут же вырвало.

Я поспешил на выход. Лампа… Ольга… Только не вздумайте!

— Что? Что он сказал? — крикнула мне в спину Елизавета дрожащим от напряжения голосом.

— За всем стоят Зубаровы! — бросил я, не останавливаясь. Слова застревали в горле. — Ещё мои алхимики…

Уже поднимался по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. В голове стучал пульс, заглушая все остальные звуки. Мысли лихорадочно метались. Я уже придумал, что сделаю в ответ, но сейчас главное — спасти Лампу и Ольгу, если это возможно. Терять их никак нельзя.