Красный Корпус III (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 43

— Государь спрашивал о тебе, — выбил меня из мыслей голос отца, курящего в открытое окно. — Магия Крови его, конечно, заинтересовала, но не столь сильно. Редкий случай, но не слишком уж уникальный. Если поскрести по сусекам нашей империи, то найти можно ещё десяток, а то и два похожих случаев. Да, твоих талантов у них не будет, — прямо сказал он, намекая на то, что если не знает всё, то очень многое из последних событий с моим участием. — Но сути это не меняет. А вот твой дар, который из нейтрального под воздействием энергии Хаоса перестроился в то… в общем… перестроился, его сильно заинтересовал.

— Что-то конкретное он сказал? — подобрался я, раскладывая в голове каждое его слово.

— Сначала тебя хотели забрать из Корпуса, отдав приказ о завершении твоей службы постфактум, — удивил он меня. Не только тем, что поднял эту тему, а как она складно легла на слова СБ-шника Николая Николаевича. Он ведь тоже об этом говорил. — Вижу по твоему лицу, сын, что нечто такое ты уже слышал, — обернулся Виктор через плечо и усмехнулся. — Нулевой Отдел?

— Вроде того, — повёл я плечом и стал слегка массировать его пальцами.

— Болит? — заметил мои действия отец, а в голосе его зазвучала… не тревога, нет, а лёгкое беспокойство. — Позвать целителя?

— Нет, отец, не нужно, — улыбнулся я. — Иногда ноет и всё. Так что там с императором?

На такую резкую смену темы он хмыкнул, продолжил дымить и говорить.

— От этого вариант государь в конечном итоге отказался. Возвращение в Москву могло похерить весь твой потенциал. А ведь ты — настоящее чудо, сын, — усмехнулся он. — Маг, который в сражениях с Хаосом становится лишь сильнее. Думаю, твои анализы и медицинские данные уже на самом верху…

— Да, скорее всего, — припомнил я кабинет и целителей в Кремле.

— … Угу, значит так и есть, — кивнул он вслед моим словам. — Так что, никто из Корпуса тебя не заберёт, пока сам не захочешь. Пусть службу служит, развивается, учится и силушки набирается, для империи всё польза будет от такого мага, — с несколько измёнённым тоном процитировал отец, но несколько тише. — А теперь мне интересно послушать твои мысли по этому поводу, Костя.

Я нахмурился, а Виктор не отвлекал. Затушив в пепельнице на подоконнике бычок, он достал новую ядовитую палочку и прикурил.

— То, что интерес императора есть это понятно, как и его желание в дальнейшем меня использовать, — рассудительно ответил я. — Вот только скрыть это не получится, я слишком сильно наследил. Дело не только в Магии Крови или Нулевом Отделе, верно?

— Боярская Дума, — скривился отец, будто от зубной боли и не сдерживался в словах: — Старые маразматики трясутся за своё положение и власть. Среди них есть, конечно, достойные люди, но в большинстве своём там сплошь ядовитые гады, которым только дай волю или прояви слабость, как тебя тут же сожрут. Государь держит всю эту клоаку в стальном кулаке, но должен считаться с их мнением. Хотя бы выслушивать его и оставаться в какой-то мере непредвзятым в определённых моментах. Как бы Боярская Дума не отравляла своим существованием империю, польза от неё всё равно есть. Проблема в том, что радеют они за общее дело только тогда, когда к ногтю прижмут, а пятки начнут жечь каленым железом. В обычное же время там каждый за себя интригует и старается урвать кусок побольше с государева стола. Появление молодого, перспективного мага, дар которого прогрессирует убойными темпами в сражениях с тварями Хаоса, да ещё и маг этот из приближенного и преданного императору рода… Когда о тебе узнали, когда всё стало понятно и ясно, вой поднялся до небес, — весело хохотнул он. — Апраксин аж слюной изошёлся от зависти и злобы. До прямых оскорблений дело не дошло, но намёков было сказано вдоволь. У него же род уже шестое столетие существует, а потенциал потомков всё такой же жидкий, как дерьмо в сточной канаве. Митрофанов, Аскеров и Измайлов тоже не были рады такой новости, не хотят они укрепления и усиления нашего рода.

— Про Апраксина понятно, ты с ним давно на ножах, — рассудил я. — Но эти трое тут причём?

— Измайлов боится, что мы его давить начнём, — пожал плечами отец. — У него в Красноярске не слишком хорошо дела идут, а мы Екатеринбург развиваем, промышленность, предприятия. Из Фёдора Алексеевича управленец, как из говна пуля. Нажитое состояние рода он вполне успешно прожигает в казино и публичных домах, наведываясь к собственной жене в спальню лишь когда в дупель пьяный и каким-то образом перепутал двери. Четыре года у него нет наследника, да и других детей тоже, а совместить со всем вытекающим, особенно если знать, что жена его, по слухам, вполне фертильна… В общем, Измайлов скоро потеряет позиции в Боярской Думе, а следом и род постепенно захиреет. Митрофанов и Аскеров — два брата-акробата, один глину месит, а другой из этой глины кирпичи делает, — хмыкнул он на завуалированную шутку, пройдясь по верху приличий, но сейчас отцу было откровенно плевать. Мы говорили прямо, без экивоков и доверяя друг другу полностью. Это при женщинах или ком-то другом он себя сдерживал. — Сейчас у нас с ними холодные, нейтральные отношения, но два поколения назад они Демидовым хорошо кровь попили, вот теперь и боятся, вдруг в нашем роду и правда Архимаг появится. А вспомнит ли он прошлые обиды? А вдруг отец нашепчет сыну, что вот эти люди раньше его родню резали? И таких моментов, сынок, очень много, — его тяжкий вздох, наверное, был слышен даже к Кремле. — Пожалуй, из всей Боярской Думы, новостям по поводу тебя обрадовался, по-настоящему обрадовался, один лишь Суворов. Старый советник государя за нашего Олега дочку отдаёт, а тут ты вылез, как чёртик из табакерки! Ха-ха!

Я криво улыбнулся, не совсем разделяя его радости, а ещё подспудно чувствуя, что у этой темы есть двойное дно. И это дно мне не слишком понравится. И отец меня не «разочаровал».

— Приходил он ко мне до твоего приезда в столицу, намекал о том, что у него помимо Анастасии ещё две дочери есть, — хитро взглянул он на меня. — Что у тебя так лицо вытянулось, Костя? Подумаешь, женитьба! Это дело молодое! Любава хоть немного помладше тебя, на один год, а вот Наталья твоя ровесница. Первая уже вовсю в делах рода варится, хотя пигалица мелкая, но хватка стальная по словам Суворова. Вторая поступила в ИВА, по стопам отца пошла, боевым магом стать хочет. По сравнению с Олегом тебе даже выбрать можно, хоть сейчас Суворов отмашку ждёт и готов смотрины организовать.

— Это обязательно? — взял я эмоции под контроль, хоть новость была… неожиданной.

— А что, не хочешь? — продолжал веселиться отец, улыбаясь от уха до уха. — Или приметил уже кого?

Я вздохнул, покачал головой и решил не продолжать эту тему. Ясное дело, что он прощупывал почву, хоть и делал это с таким настроем, будто мы два каких-то обычных мужика, решивших пообсуждать девок из соседнего села. Вот только он верно заметил — по сравнению с Олегом у меня есть выбор. Я не наследник, сам могу жену выбирать и жениться тогда, когда решу. Давить это, конечно, никому не запрещает, как и плавно вести разговоры, но Виктор знал — заставлять меня бесполезно, рогом упрусь, но не прогнусь. Вот и поднял он эту тему, вроде как просто поделился весёлой новостью.

— Давай вернёмся к прошлой теме, — под его понимающую усмешку произнёс я. — Что в итоге с Боярской Думой и императором?

— А ничего, — налил он себе виски на два пальца, сел за стол и сделал глоток. — Пока что всё в подвешенном состоянии. Про тебя-то особо и не знали ничего, кроме того, что ты Демидов, кое-что смыслишь в оружейном деле и проекты иногда дельные придумываешь. Младший сын, не наследник, в свет не выходишь. Это я, конечно, утрирую, но суть не меняется. Ты уже вошёл в возраст и даже с таким досье считаешься завидным женихом, — вновь свернул он на эту тему, но по моему взгляду понял, что дальше лучше не продолжать. — Кгхм… Так вот, женихом, да, но в остальном — неизвестная переменная. Среди детей Демидовых только Варя и Олег крутятся в благородном обществе, но не ты. Но первая только-только вплывает в эту кухню, а твой брат уже давно крутится на всяких сборищах и балах, когда надо.