Кембрийский период (Часть 1 — полностью, часть 2 — главы 1–5) - Коваленко (Кузнецов) Владимир Эдуардович - Страница 190

Никакой помощи от бывших владений короля Мейрига ждать не приходилось. Слабая родня попряталась по городам и клановым крепостям. Сильный Артуис — прислал монаха. Видимо, опасался, что иному посланцу и рыло начистят. Хотя — положение нового короля Гвента настолько же хуже губернаторского, насколько король выше. И посол в рясе, бедняга, оказался принужден говорить неприятное в лицо нескольким тысячам человек. Причём не больно добрых да умиротворённых — торопливо собирались, шагали или ехали — иные и по пять римских миль, не самый ближний свет. Покидали семьи — причём знали, что скоро доведётся это сделать надолго. Кое-кому и навсегда. А им говорят это:

— …может удерживать города ополчением. Какое-то время. Но — столица осаду бы не выдержала. Ополчение осталось в поле… На стенах женщины и дети. Саксы требовали только свободного прохода! У короля не было выбора. Ему пришлось их пропустить. Тем более, что там были уэссексцы. Эти — христиане. Можно взять клятву.

— Сестре Пенды их король тоже давал клятву, — крикнула Этайн, — так что я бы не верила!

И гордо посмотрела на Немайн. Мол, знай ирландцев. Пришлось в ответ слегка кивнуть. Мол, слышала.

— Нам нужно время, — сказал посланец Артуиса, — Нужно вывести людей из Кер-Вента. Хотя бы в крепости кланов на холмах. Потом…

Всё решится гораздо раньше этого «потом»: или саксы захватят Дивед, или будут разбиты. Тогда королю Артуису придётся думать — как жить. Либо зажатым с двух сторон саксами — история учит, что в таких условиях жизнь кельтского королевства недолга — либо получив в соседи короля Британии, попробовавшего вкус победы… И не испытывающего особой благодарности к стране, пропустившей врагов. Впрочем, сейчас король Эргинга и, уже очевидно, Гвента, западным соседям ничем не обязан, а потому — сможет загладить. Если будет перед кем.

Хорошо, хоть подробности прислал. Не сражения — тут он знал меньше Немайн — общего положения. Хотя наверняка описал его более бедственным, а саксов — более грозными, чем на самом деле. Что плохо — гленцы сочувствовали своим и рвались на помощь. Стоять против этой силы было глупо. Оставалось — возглавить.

— Значит, война и поход?

— Война и поход!

Орут, кажется, единогласно. Можно понять. Странно другое — они, вроде, рады. Да, давно Дивед не воевал… Опаску же перед саксами — никак не страх, но вбитое горечью поражений уважение к варварам, как военной силе — сняло присутствие богини войны. Да, великая и ужасная! Вот только враг — совсем не дуболомы. А гленцы… Гленцы смотрят в рот и ждут истины. Скажи им, что у богини в одном широком рукаве припасена маленькая бутылочка вина, а в другом — кубок, решат, что так и надо. Верно, надо. Теперь уже видно, что надо…

— Хорошо. Договор помните? Так вот. Раз мне доведётся вести вас в бой, слушайте. И если кто скажет, что не слышал, живо станет короче на голову, будь он простой воин, вождь или рыцарь. Первое и главное — полная власть главнокомандующему. То есть — мне. Как скажу — делайте. Спрашивать: "Зачем?" — можно. Пока приказ не отдан. После — исполнять. Не успели спросить до — зададите вопрос после того, как выполните. Ясно? Второе. Я жду от кланов не только бойцов, но и запасов. Или денег на их приобретение, хотя лучше — самих запасов. Воины, знаете ли, денег не едят. Война может продлиться больше установленного срока в шесть недель. Дальше. Крепость нужно отстроить. По договору. Она реку защищает. Так что в поход пойдут не все. От кланов я прошу: сто двадцать копейщиков. Девяносто лучников. Всех — снабжённых наилучшим образом. Ещё две сотни человек для квартирмейстерской службы. Всех — с лошадьми. Что ещё? Ах, да — я завтра выезжаю в Кер-Мирддин. Договариваться о совместных действиях. Как раз дромон наверх пойдёт… За меня — командовать остающимся ополчением и поддерживать правду и порядок в республике будет человек, уже показавший себя достойным. Ему же продолжать строительство, пока я буду в походе. Сэр Эгиль, подойди!

Викинг стоял тут же, рядом с трибуной. Подходить не надо — скорее уж, повернуться. И смотреть, как льётся красная струйка в чашу. Красная, как волосы богини. Кровь лозы, кровь христианского Бога, кровь власти.

— Я, Немайн Шайло верх Дэффид, сейчас назначаю моего рыцаря сэра Эгиля Создателя Машин, комесом Южного Берега и Города. В свидетели чего беру всех свободных воинов Республики Глентуи. Принимаешь ли ты это назначение?

Викинг ухмыльнулся.

— Я бы лучше подрался, конечно, — заявил он во всеуслышание, — но драться и знать, что кто-то запортит мою да твою работу… Этак можно и мечом себе по ноге попасть! Принимаю, Хранительница.

Осушил кубок — одним глотком. Недоумевающе оглянулся. Бутылка исчезла в широком рукаве, будто и не было. Студенческий навык Клирика служил новой хозяйке честно.

— Маловато? — спросил Харальд, — Ох, боюсь, нашего конунга прозовут: "Неметона, Щедрая на Золото и Скупая на Выпивку".

— После похода доберёте, — утешила норманнов Немайн, — Пивные дни никто не отменял…

Многие улыбнулись. Хранительница выговаривала своим рыцарям, как хозяйка домашним. Это было забавно и правильно разом. Дружина — семья, а у справной хозяйки не забалуешь. Улыбалась и Немайн. Хотя и чувствовала, что до утра ей — глаз не сомкнуть. А отсыпаться на дромоне…

Больше шести часов проспать так и не вышло. Явилась Нарин. Мол, маленького пора кормить. Сама велела. Потом сын уснул — Немайн же проснулась окончательно. Сперва дела делала — грамоту выписывала. Ленный договор на владение землёй. Когда Немайн весело спросила Эгиля, что он предпочтёт принять в оплату новых трудов — сокращение срока службы или звонкое золото, викинг вдруг отчаянно махнул рукой и попросил землю.

— Хмм, — сказала тогда Немайн, — а тут проблемы. Ты что, сам пахать будешь? Рабов у нас нет. Им, понимаешь, оружия не дашь.

— Дашь, — парировал норманн, — ещё как! Только вот рабами они от этого быть перестают.

И был прав. Вручение оружия — самая простая из церемоний освобождения раба.

— Тогда как?

— Я думал, — сообщил Эгиль, — Работников можно ведь и нанять. Но — я привык возиться не с землёй и скотом, а с деревом. Да и земли пахотные не твои, а кланов. И пастбища. Но вот кусок речного берега я бы взял. И лес. Под сведение. Я вот на дромон смотрю: хлипкая посудина, но ходкая. А как достигнуто, уже понял.