Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2 (СИ) - Коган Данил - Страница 11

Впрочем, я не обеднел. Когда я увидел счет, то еще раз наглядно осознал разницу между четвертым и третьим уровнем. За ужин с сестрой в «Уставе соколиной охоты» я отвалил почти втрое больше денег, чем за эти посиделки с сослуживцами. А мы с сестрой там практически ничего не заказывали.

В общем, выходной прошел хорошо. По крайней мере, я был доволен. В этом умиротворенном состоянии я прибыл домой, рассчитывая покопаться в том, что Кай нарыл за день.

Глава 31

Странный разговор

Игорь встретил меня ужином, и новостью о том, что заказал бригаду ремонтников для левого крыла дома. Нашел, мол, хороших специалистов и крайне дешево. Я, скрипя зубами, расстался с «небольшой» по меркам башни суммой. А кубышку мою выпотрошило практически под ноль. Впрочем, я не особо расстроился. С добычей денег нужно было что-то решать так или иначе. Только мыслей по этому поводу не было пока что практически никаких.

Разве что поручить нейро поиграть на бирже. Это, конечно, было запрещено, и подобные вещи отслеживались и карались штрафами, отлучениями от торговых площадок, а с определенной суммы и тюремным заключением, но меня удерживало не это. Много так все равно не заработаешь. К тому же нейро, как и человек, может выбрать неверную стратегию и потерять кучу денег. Единственное его преимущество — отслеживание графиков 24/7 и быстрая реакция на изменения рыночных трендов. Ладно, подумаю об этом после «синицы».

Ничего интересного Кай по учебе отца не нарыл. Ожидаемо в сети почти ничего не нашлось. Но даже того, что накопал нейро было достаточно, чтобы понять: к учебе отца странная фотография не имеет никакого отношения.

« Кай. Закажи мне одежду подходящих размеров. И оплати заказ. Ценовой сегмент — средний. Мне нужно пару комплектов для свиданий и деловых встреч. Один парадный комплект. И шесть комплектов повседневной одежды».

«Смотрите, какой модник у нас нарисовался. Могу я использовать изображения твоего текущего гардероба из сети безопасности дома?».

«Конечно».

«Сделаю. Будешь самым модным парнем в среднем ценовом сегменте».

«Кай. Так лучше. Стиль общения формируй в том же ключе».

«Принято».

* * *

С утра я обнаружил в гостиной распакованные и аккуратно разложенные на диване два «комплекта на выход». Первый — темно-серые базовые брюки прошитые ярко-синей светящейся нитью, черный пиджак с серебристым переливом, белая рубашка с воротником-стойкой. Во втором черные брюки с трендовым русским узором на поясе, черная рубашка с таким же узором на воротнике и асимметричный темно-лиловый пиджак. Я выбрал второй. Никакой тебе символики наших или зарубежных рок-групп. Такое " в русском стиле' сейчас в моде среди «дворянской молодежи». Для визита к барону вполне сгодится. Да и на свидание тоже.

После очередного урока с Геллером я отправился по третьему кольцу к дому, где проживал барон Пустовалов.

Элитная семиэтажка, с отдельно стоящим четырехэтажным гаражом для транспорта жильцов стояла в ряду таких же типовых строений. Вместе они образовывали периметр вокруг небольшого парка. Сам дом находился на охраняемой территории. Всюду камеры и датчики. На проходной — бдительный охранник.

В единственном подъезде меня тормознула консьержка. Подозрительно оценив мой внешний вид, внимательно изучив мой дворянский паспорт, она нарочито медленно сверилась с какими-то списками на своем компьютере, после чего неохотно, как будто даже разочарованно сказала:

— Вы есть в списках. — Едва удержался, чтобы невинно не бросить: «Надеюсь, не в проскрипционных». — Следуйте за мной. Я провожу вас до лифта.

Учитывая, что двери лифта находились в пяти шагах от ее остекленного наблюдательного поста, в прямой видимости, выглядело ее «сопровождение» до крайности нелепо.

Я под ее неустанным присмотром нажал на клавишу пентхауса и отправился наверх. Ну правда. Вдруг я решу самовольно на четвертый усвистать. А ей отвечать потом!

Лифт открывался сразу в прихожую пентхауса. Сам барон, видимо, предупрежденный о приходе гостя бдительным подъездным цербером, уже стоял в дверном проеме.

— Приветствую вас, господин Орлов, в моей скромной обители. — Он отстранился от дверей, пропуская меня вперед и открывая доступ в эту самую обитель.

М-да. Скромная обитель. Ну хорошо, не скит и не ашрам какой-нибудь. Моему взору предстало огромное помещение, занимавшее как минимум две трети этажа. Зонированное голографическими частично прозрачными панелями, оно делилось на что-то вроде большой гостиной, библиотеки и столовой. Огромные в пол панорамные окна, занимающие две внешних стены, были слегка поляризованы. До потолка три с половиной метра.

Интерьер и обстановка выполнены в стиле техно. Все очень просто, функционально, удобно. Хром и пластик. Стекло и натуральная кожа обивки.

Барон сделал приглашающий жест в сторону гостиной.

— Прошу, присядем там, пока нам накрывают незамысловатую трапезу.

Я прошел в гостиную и присел в предложенное кресло. Позади меня раскрылись двери еще одного лифта, видимо, для прислуги. Смутно видимая за голограммой фигура начала сервировать стол в «столовой».

Начало беседы не предвещало ничего серьезного. Светский треп о погоде и мировых новостях. Я ждал, пока барон выскажет то, зачем позвал меня. После этого я, в свою очередь, собирался задать ему вопрос про фотографию. Сказочкам о «безмерной благодарности» за возвращение потрепанного зонтика я не верил ни на секунду. К тому же следовало учитывать, что мой хозяин — опричник в отставке. А они врут, как дышат.

Видимо, он считал, что благовоспитанный хозяин должен сперва накормить гостя, а только потом приступить к делу. Так что мы перешли из гостиной в столовую, так и не сказав друг другу ничего существенного. Хотя разговор стал мне нравиться все меньше. Он все больше походил на косвенный допрос. Например, барон говорил:

— Этот союз с япошками еще дорого обойдется Империи. В конце концов, и они, и ордынцы — узкоглазые неруси. Чужинцы. Верить им нельзя, не так ли? — И смотрел на меня своими водянистыми глазами.

Или:

— Государь слишком распустил Боярскую Думу. Особенно нижнюю палату. В более простые и более честные времена, за то, что говорят некоторые ее представители вырывали языки, не глядя на чины и не взирая на происхождение.

Это прощупывание меня нервировало. Я совершенно не понимал его причины. У меня была пара версий, но, честно говоря, обе были дурацкие.

Впрочем, отвечал я то, что он хотел бы услышать. В основном поддакивал. Вступать в бессмысленные дискуссии или обнаруживать свои реальные взгляды на политику, я не собирался. Я вообще надеялся, что это наша первая и последняя встреча. И ее смысл до сих пор от меня ускользал.

Второй раз я испытал состояние, близкое к шоку, когда увидел, кто именно прислуживал нам за столом. Легкая, хрупкая девочка. Классическое, словно вылепленное из тончайшего фарфора личико. Тонкие запястья. И нелепая бесформенная одежда горничной, какую можно иногда увидеть в старых фильмах.

Девчонка была внучкой барона. За два года, прошедшие с момента ее «пропажи» из соцсетей она почти совсем не изменилась. Я даже предположить не мог, что означает этот нелепый спектакль. Видимо, что-то такое отразилось на моем лице, потому что Пустовалов впервые за все время взглянул на нее и резко махнул рукой, мол, убирайся. Когда за девушкой закрылись двери лифта для прислуги, барон неохотно произнес:

— Позор моей семьи. Рождена вне законного брака. Поскольку в ней есть моя кровь, я дал ей приют, после смерти моего сына. — Я заметил, что он вообще очень любит слово «мое». — Но даже для роли горничной она недостаточно хороша. Предлагаю отвлечься от неприятной темы и попробовать десерт. Мне кажется, бланманже сегодня особенно удалось.