Кастильмо. Город сгоревшей магии - Сана Эванс - Страница 6

– Да, гореть заживо, возможно, и входит в романтику этого города, – произнес парень с ухмылкой, – но, поверь, быть затоптанной под ногами толпы твоему очаровательному личику тоже не особо понравится. – Его слова прозвучали одновременно и насмешливо, и заботливо, как будто он на самом деле переживал, но не мог не подшутить. – Доверься мне.

Тихий голос парня каким-то странным образом звучал громче, чем ревущая пожарная сигнализация. Было в нем что-то мощное и неуловимое, что лишало меня сил сопротивляться. Сердце забилось так быстро, словно капли дождя об асфальт в ливень. Я почувствовала, как тело наполняется жаром, который обжег щеки. То ли от близости парня, то ли от происходящего вокруг хаоса. Все вокруг казалось каким-то нереальным, как будто мир сжался до этой узкой стены, и в нем остались только я и он. Только его дыхание, опаляющее мое лицо, и тело рядом казались настоящим и реальным.

Я попыталась поймать его взгляд, но парень вдруг убрал ладонь с моих губ и потянул в толпу. В тот момент, когда между учениками образовалось свободное пространство. Я не возразила, когда мы вслед за остальными двинулись к пожарному выходу на задний двор школы.

– Не знала, что рыцари еще существуют, – сказала я в спину парню, за широкими шагами которого еле успевала.

– Надеюсь, простишь, что коня забыл дома? – бросил он мне, не оборачиваясь.

Благодаря странному незнакомцу мы выбрались на улицу. Я увидела сбившихся в кучу учеников и учителей, собирающих их в одном месте. Подняв взгляд чуть выше, я заметила очаг пожара. С крыши пристройки в небо валили клубы дыма. Подойдя поближе, я смогла разглядеть, что дым шел из трубы. Но не это привлекло мое внимание, а высокий парень, стоявший у края крыши. Его пышные кудри цвета осени трепал сильный ветер. Предплечья и руки, которые не закрывала широкая черная футболка, испещряли татуировки. Кто ему вообще разрешил ходить в таком виде в школу?

– Вот же придурок, – прерывая мои мысли, раздался рядом недовольный мужской голос.

Я перевела взгляд на своего спасителя. На улице его шрам был лучше виден, но я по-прежнему не понимала, стояла ли за его появлением трагичная история или это всего лишь следствие глупого стечения обстоятельств. Но одно можно было сказать точно: шрам и раненый глаз не то что не уродовали парня, наоборот, они подчеркивали его милую, невинную красоту.

Заметив мой пристальный взгляд, парень повернулся. Маска невинности мгновенно слетела. Угловатая ухмылка, украсившая его лицо, красноречивее любых слов говорила о том, что он знает о своей привлекательности и готов завоевать ею все ближайшие континенты.

Я отвернулась, чтобы он не принял мою заинтересованность за наглое любопытство.

– Он собирается прыгнуть? – спросила я, указывая на парня на крыше.

– Конечно нет, – усмехнулся незнакомец. – Он слишком сильно себя любит, чтобы пойти на такое.

Позади послышалась громкая тирада. Сеньора Альенде мчалась к нам со свитой учителей. Ученики шарахались от нее, словно от ударов молний.

– Мануэль Паласио Франко! – выкрикнула она, всматриваясь в крышу. – Что ты там устроил?

– Небольшой казус, сеньора Альенде, – показал тот в сторону дыма.

– Опять курил в школе?! – гневно прокричала сеньора Альенде, и я испугалась, что еще немного, и из нее самой повалит дым куда сильнее, чем из трубы.

Мануэль присел на самом краю и свесил ноги.

– Твои выходки срывают учебный процесс! Что на этот раз? Решил поджечь школу?!

Даже с такого расстояния можно было заметить, как закатились глаза Мануэля на последних словах, будто он много раз пытался, но эта идея уже давно потеряла для него актуальность.

– Ну конечно, родителям вы так и скажете, что я не только школу подпалил, но и вашу собаку в придачу, – сказал он.

Сеньора Альенде возмущенно охнула на последних словах. Но заметив, что дым за Мануэлем уже почти развеялся, процедила сквозь зубы:

– Спускайся вниз. И живо в мой кабинет.

Мануэль встал и сделал шаг вперед, становясь почти на самом краю. Все испуганно вскрикнули, и Мануэль замер.

– Что ты творишь?! – гневно возопила сеньора Альенде.

– Вы же сами велели спуститься.

– Мальчишка, ты у меня сейчас…

– Давайте разведем всех по классам, сеньора Альенде, – предложил директрисе один из учителей, разрывая ее громогласную тираду, – я приведу к вам Мануэля.

Пока нас разгоняли обратно, я заметила, как Мануэль исчез с крыши, а уже через пару секунд показался во дворе. К нему вместе с учителем подошел парень, который меня спас, и начал его с серьезным видом отчитывать. Мануэль все это время стоял с безразличным выражением лица, но вдруг резко нахмурился и, повернув голову, посмотрел прямо на меня. Он тут же перевел взгляд на своего собеседника и, что-то сказав ему, ухмыльнулся. Теперь ко мне повернулся парень со шрамом. Я уже открыла рот, но кто-то из учителей велел идти ко входу, и я слилась с толпой.

Когда я добралась до класса, учитель истории уже начал урок. Он давал наставления о том, что не нужно паниковать в экстренных ситуациях и как правильно эвакуироваться. С его лица все еще не сошел бледный оттенок.

Я попыталась незаметно юркнуть на задний ряд, как меня громко окликнул учитель:

– У нас новая ученица. Не хочешь представиться классу?

Все как по команде обернулись в мою сторону. Мне пришлось пройти к доске. Окинув взглядом класс, я проговорила заученную фразу:

– Всем привет, я Эстела Идальго. Я приехала из Мадрида.

Все сидели с заинтересованными лицами, изучая меня, словно диковинку. Эти взгляды я встречала еще у входа, но значения им не придала.

– Меня зовут Диего Росарио, и я веду историю, – сказал учитель. – Как тебе новая школа?

– Супер, – показала я большой палец. – Не каждая школа может похвастаться пожаром вместо первого урока.

– Уверен, в Мадриде такой насыщенной жизни у тебя не было, – улыбнулся моей шутке сеньор Росарио.

– В последний раз наша школа была так взбудоражена, когда в столовой закончились бургеры.

Пока все смеялись, я дошла до последнего стола, где заметила единственное свободное место. Моя соседка кинула на меня беглый взгляд и снова уткнулась в тетрадь. Она рисовала какие-то странные фигуры, вновь и вновь перечеркивая их карандашом.

– Классно у вас здесь, – тихо сказала я, когда сеньор Росарио начал писать на доске.

Девушка подняла на меня серые глаза, удивляясь, что я с ней заговорила. Словно привидение, для которого открылось, что его кто-то может видеть, она окинула взглядом класс.

– Кастильмо часто будет радовать тебя, не переживай, – ответила она шепотом.

– А я-то думала, здесь можно умереть со скуки, – усмехнулась я.

– От скуки уж точно нет, – пробурчала она себе под нос.

– Как тебя зовут?

– Карла.

– А я…

– Эстела, – перебила она меня. – Мы в курсе.

Я захлопнула рот. Карла явно не настроена на новые знакомства, и было непонятно, то ли дело во мне, то ли она всегда такая замкнутая.

Решив больше не тревожить свою не склонную к беседе одноклассницу, я погрузилась в лекцию.

Уроки пролетели незаметно. Записаться в какой-либо кружок мне сегодня не удалось, и я решила пойти домой. Но я успела пообщаться с еще тремя ребятами и неплохо поболтала с Хуаной – главой оргкомитета, которая обещала мне завтра показать все кружки и расписания к ним.

Выйдя во двор, я заметила русую короткостриженую голову, мелькающую впереди. После истории мы с Карлой больше не встречались.

– Карла! – окликнула я свою новую знакомую.

Я побежала за ней по лестнице, когда поняла, что она меня не услышит, поскольку на ней были огромные серые наушники. Девушка быстро шла, ссутулившись под грузом тяжелого рюкзака и спрятав руки в карманах мешковатого черного худи, в котором могла бы поместиться еще пара Карл.

Когда я подбежала к однокласснице и коснулась ее плеча, она вздрогнула и, стаскивая с головы наушники, резко развернулась ко мне.