Системный разведчик. Инфильтрация. Дилогия (СИ) - Юрич Валерий - Страница 78

Майя сделала небольшую паузу, а потом продолжила:

– Атакующие возможности монстра также весьма обширны: острые и прочные клыки с когтями, ядовитое жало на хвосте, парализующие иглы на шее. Причем четыре из них могут отстреливаться, нанося нервнопаралитический урон, смертельный для обычного человека или зверя. Стоит отметить, что траектория игл направлена либо вбок, либо назад, либо вверх. Стрелять перед собой Хамус не может. И пользуется он этой возможностью только в случае смертельной опасности. Так что, если монстр повернулся к тебе боком или ты напал на него со спины и как‑то сумел избежать удара ядовитым хвостом, то тебе спокойно может прилететь полуметровая игла, пробивающая тело обычного человека насквозь. Если она засядет внутри, извлечь ее без хирургического вмешательства будет очень проблематично. Да и незачем. Такую атаку ты вряд ли переживешь. Без усиления кровеносной системы, парализующей нейротоксины, шансы на это практически нулевые.

Искин немного подождала моего решения. Но сейчас мне было не до усилений. Я берег зэн для воскрешения. Поняв, что ответа она не дождется, Майя вернулась к брифингу:

– Отличительной особенностью Хамуса является наличие двух сердец и систем кровообращения: основных и резервных. В случае поражения основной, она изолируется и в дело вступает резервная, продолжая полностью обеспечивать жизнедеятельность организма. Причем защищена она гораздо лучше, чем основная. Сердце этой системы находится внутри двойного костного каркаса в средней части грудной клетки. По этой причине для успешного поражения Хамуса большинство сталкеров использует один и тот же метод: одновременный выстрел двух стрелков. Один поражает менее защищенное основное сердце, а второй бьет в небольшой участок в районе шеи в надежде пробить сонную артерию резервной системы. Причем сделать это нужно до того, как монстр активирует энергоброню и невидимость. Если атака проходит успешно, то Хамус мгновенно погибает. Но вероятность такого исхода чрезвычайно мала. А раненный монстр весьма опасен. Охотник мигом превращается в жертву, и практически никто не переживает ответной атаки. Именно поэтому мало кто отваживается охотиться на этого зверя. Теперь ты понимаешь, Аид, почему мутаген Хамуса настолько редок и дорог.

Майя внезапно замолчала. У меня возникло ощущение, что она набирается смелости, чтобы продолжить. Наконец, она заговорила:

– Ты уж прости, Аид, но мне кажется, ты сильно продешевил, согласившись добыть мутаген Хамуса за шестьдесят тысяч фунтов. Думаю, он стоит, как минимум, в пять раз дороже.

Здесь я был полностью согласен с Майей. Искин сразу это почувствовала, но тактично не показала вида и быстро продолжила:

– Но, как бы то ни было, мутаген надо добыть. Иначе из сложившейся ситуации трудно будет выпутаться. И вот что я тебе скажу, Аид: я знаю еще один способ, как прищучить эту зверюгу. Возможно, он тебе поможет. Его открыли все те же ученые эпохи Искажений, когда экспериментировали с отловленной особью. В архивах Теоса сохранились записи об этом. И там есть один очень интересный момент. В общем, слушай…

Глава 15

Раннее утро выдалось туманным и прохладным. Мы с Матвеичем оперативно собрались и загрузились в вездеход. Выглядел он вполне обычно для таких мероприятий: огромные прочные колеса, небольшая кабина на двух человек и вместительный, обшитый металлом, кузов с прорезями бойниц, который при желании мог служить вполне сносным местом для ночлега.

– До места высадки часа два‑два с половиной, – расслабленно проговорил Матвеич, подавая мне автомат. – Твоя задача – отстреливать мелких тварей, типа артусов, если попадутся по пути. Для крупных есть более надежные поражающие средства. – Он указал на кейс с гаусс‑винтовкой Прокофьева, а также на подсумок с гранатами. – Но, надеюсь, до этого не дойдет. Да, кстати, я думаю, самое время вызвать Снега. Как раз должен успеть к нашему прибытию.

Если честно, я его уже вызвал. Но вот ответ меня несколько озадачил. Возникло ощущение, что Снег попал в какую‑то переделку, из которой всеми силами пытается выпутаться. И это был весьма хреновый расклад. Утаивать это от Матвеича было бы преступной халатностью.

– Тут такое дело, Степан. У Снега что‑то намечается. И я не могу гарантировать, что он подоспеет вовремя.

Матвеич уставился на меня так, словно увидел привидение.

– И когда ты об этом узнал? – взяв себя в руки, хмуро спросил он.

– Пять минут назад. Вчера вечером все было нормально. Снег был готов рано утром выдвигаться мне навстречу, но что‑то пошло не по плану.

– Вот дерьмо! Ты в курсе, что там у него? И надолго ли?

– Как я понял, он с кем‑то закусился. С кем‑то очень серьезным. Видимо, у них схватка намечается или что‑то типа того. Я, если честно, половины не понял. Все было как‑то сумбурно, а потом вообще связь прервалась.

– Твою ж мать! – Степан с силой саданул по рулю вездехода.

В кабине повисла гнетущая тишина. Похоже, Матвеич взвешивал все «за» и «против». И, как по мне, следовало его немного подтолкнуть к верному решению.

– Слушай, Степан, кончай хандрить. Надо ехать. Если сегодня не подфартит, попробуем завтра. – Было видно, что мои слова не слишком‑то убедили Матвеича. Пришлось давить дальше: – Да хотя бы обстановку на месте оценим. А если подвернется удачный момент? Вдруг Хамус сам подставит уязвимые места? Нельзя упускать такую возможность.

Последний аргумент вроде бы подействовал. Матвеич угрюмо матюгнулся, завел движок, и мы на малом ходу выехали со двора. В зеркале заднего вида промелькнула мрачная физиономия Василия, готовившегося закрывать за нами ворота. Я хорошо понимал, что отсутствие сына на охоте развяжет Матвеичу руки. Во мне крепла уверенность, что две предыдущие провальные вылазки на Хамуса закончились ничем лишь по причине излишней осторожности Степана. Один неверный выстрел, малейший промах – и Мари в одночасье осталась бы круглой сиротой. Сейчас такого весомого ограничителя у Степана не было. А значит он выложится на все сто и спокойно пойдет на оправданный риск. Это‑то мне и было нужно. Иначе нужного результата не добиться.

Где‑то через час пути Матвеич указал на автомат и произнес:

– Приготовься. Сейчас будем пересекать ручей. Там часто артусы трутся. Если увидишь, не подпускай их близко со своей стороны. Один мутант нам не страшен. А вот целая стая может сильно усложнить жизнь и оставить без средства передвижения.

Намек я понял. Схватив оружие, поставил предохранитель на одиночные, открыл окно и начал внимательно сканировать окрестности. Долго выискивать этих тварей не пришлось. На подъезде к ручью, я заметил на ближайшем склоне пару особей, которые тут же скрылись в густой растительности. Похоже, это был передовой дозорный отряд. После битвы с Ловчей в тактических способностях артусов я особо не сомневался. Организованность и дисциплина внутри их стаи была на довольно высоком уровне. Сильные особи шли во фронте, наиболее резвые – по флангам, а вся остальная группа поддержки составляла центральную массу.

Я знаком показал Матвеичу направление, в котором скрылись артусы. Тот понимающе кивнул, немного изменил направление движения и слегка ускорился.

В этот самый момент они полезли. Причем сделали это двумя группами: одна шла нам на перерез с моего фланга, а вторая огибала с тыла. Соревноваться с ними в скорости смысла не было. Поэтому Степан быстро заглушил движок, открыл дверь в кузов и крикнул:

– Закрывай окно и быстро внутрь!

Похоже, он решил отстреливаться из этого гроба на колесах с весьма ограниченным обзором. А в это время упоротые крысы будут рвать на части колеса и начинку вездехода. Хреновое решение, как по мне.

– Матвеич, работай по тылу из кузова. Я на крышу, – не терпящим возражения тоном ответил я, открыл дверь и быстро вскарабкался наверх.

Пора было размять затекшие мышцы и в очередной раз применить на практике полученные от Системы улучшения. Ну и от такого количества бегущей прямо в руки зет‑энергии, тоже грех отказываться.