Станция "Глизе" (СИ) - Лунёва Мария - Страница 35

— Да я только за, — выдохнул он.

Судя по блеску в его глазах, меньше всего его сейчас волновал мой гардероб.

— Эль, если уж на то пошло, то я могу вынести тебя отсюда и вовсе в одном одеяле, — его когти скользили по моей груди, царапая и оставляя легкие следы. — Была бы моя воля, я бы тебя вообще из этой кровати не выпускал, и была бы ты на ней голенькая.

Он зарычал низко, глухо. Отчего живот сжало горячим узлом.

— Как прилетим, отвезу тебя на родной корабль и так и сделаю.

— Вряд ли, — провокационно усмехнулась я. — Кто-то же должен будет тебе готовить и вести домашний быт.

— Потерпит, — коготь прошелся вокруг моего соска. — Все подождет.

Его пальцы разжались, когти едва коснулись кожи у моего ребра — не царапая, нет, просто очерчивая, будто рисуя карту.

— Я готов сам готовить тебе, Эль, баловать. Любой твой каприз…

— Какая жалость, что я не принцесса.

— Принцесса. Для меня именно она и есть. Нежная, стойкая, способная дать отпор. Ненавижу истеричек, тех, кто сидит и размазывает сопли по щекам. Мать моих будущих детей должна, в случае чего, не меня ждать, а сама кому надо открутить яйца. Ты мое совершенство, Эль…

Его хвост, гибкий и сильный, обвил мою ногу. Мягкий пушистый кончик заскользил по внутренней стороне бедра, провоцируя на действия. Прикусив нижнюю губу, я простонала, впиваясь пальцами в его плечи. Зейн ответил более глухим стоном — его губы были у моего уха, зубы сжимали мочку. А голос вызывал сладкую истому.

— Ты так сладко пахнешь… Твой ротик… — он отстранился. — Он такой аппетитный.

Приподнявшись, он сел. Одним резким движением стянул через голову футболку и потянулся к ремню. Во рту резко пересохло. Наверное, что-то отобразилось на моем лице, потому что этот наглый кот и вовсе встал с кровати. Несколько движений, и я покраснела. Вот это… хвостищи… И спереди, и сзади.

Кажется, теперь он впечатлил меня везде.

— Эль… — проказливо улыбнулся.

— Ты главное, не убей меня, ладно, — прошептала хрипло.

— Не волнуйся, ты уже со мной бывалая, — шутку он оценил.

Глава 46

Не ответила. Наблюдала, как вопреки игривому тону темнеют его зрачки, как вздрагивают немного острые кончики ушей. Он склонился, прижался горячим ртом к моей груди, и я выгнулась, чувствуя, как его язык выписывает медленные круги. Как когти впиваются в простыни рядом — он сдерживался. Не выпускал свой дикий нрав.

Но как же хотелось спровоцировать его, заставить потерять контроль…

— Зейн… — я словила верхнюю часть его хвоста и провела рукой по мягкой шерсти. Сжала пальцами кончик — и мужчина вздрогнул всем телом.

— Ты… — он поднял голову, глаза горели, — играешь с огнём, малышка.

Но я уже тянула его к себе, целуя и чувствуя, как его тело прижимается, как между нами уже нет преград.

— Хочу тебя, — выдохнула в его губы.

— Ты не представляешь, как эти признания сносят мне крышу…

Но вопреки словам он вошёл медленно, будто играя. Провоцируя. Меня мелко трясло в нетерпении. Я стонала в ответ, кусая его плечо:

— Не… не тяни… Зейн.

— Ш-ш-ш… — он прикрыл мои губы своими, заглушая стоны, — я хочу насладиться каждой секундой…

И начал двигаться.

Его хвост обвил мою талию, прижимая ещё ближе, а когти скользили по бёдрам, то слегка впиваясь, то лаская.

Я тонула в нём, в его шёпоте, в том, как он повторял моё имя, будто молитву. В том, как его тело дрожало, когда я проводила ногтями по его спине.

— Я… я не могу… — он зарычал, низко, по-звериному, и вдруг перевернул меня, прижав к матрасу. Его руки сомкнулись на моих запястьях, вытягивая руки вперед, а губы прильнули к шее.

— Зейн, — прошептала я.

— Ты сводишь меня с ума, девочка.

Вторая его рука пробралась под мой живот и потянула вверх, вынуждая встать на колени.

Его хвост, щекоча мехом, спустился на моё бедро. Кончик скользнул вверх, к самым чувствительным местам, но… Я сглотнула потому как он намеренно не касался того, где уже пульсировала влажная, ждущая теплота.

Я застонала, пытаясь выгнуться сильнее, но рука Зейна на запястьях держала крепко, а вторая — та, что под животом — приподняла меня ещё выше, заставляя прочувствовать каждый мускул его тела, прижатого сзади.

— Зейн… пожалуйста…

— Вот так, — он мурлыкнул прямо в позвоночник, и вибрация этого звука разлилась под кожей, вызывая мурашки.

Он коснулся легким поцелуем затылка, а затем, немного сдвинувшись, впился губами в место на шее, где бешено бился пульс.

— Зейн… — умоляла я, прогибаясь всё сильнее.

И тогда его рука, наконец, опустилась ниже живота…

— А-а-а…

Нежные пальцы с опасными когтями скользнули между складочек, надавили… И мир мгновенно взорвался. Я опустилась на простыню, хватая ртом воздух. В голове творилось нечто невообразимое. Не могла думать. Только дышать. Прерывисто. Втягивая воздух.

Жарко.

Ещё одно движение его пальцев, и я стиснула бедра, моля о пощаде… Но Зейн не проникся. Он продолжал испытывать меня на прочность, играя и дразнясь…

— Пожалуйста, — простонала сильнее, прогибая спину. — Я не могу… Это… Зейн…

Его рука на моих запястьях разжалась, и я, тут же получив свободу, впилась пальцами в простыню, комкая ткань.

— Тише, — он прикусил мое плечо, но рука между моих бедер не останавливалась, — тише, моя девочка. Расскажи, как ты хочешь меня…

— Безумно хочу и врежу как следует, если не получу того, чего хочу, Зейн.

Он тихо засмеялся и снова вошел в меня, даря облегчение. Я замерла, чувствуя, как дрожат от напряжения бедра. Его рука опустилась на мой затылок и чуть сжала, вынуждая поднять голову.

Толчок. Он наполнял меня собой до предела. Мы замерли на несколько мгновений. Рывок, и он поставил меня на колени, обнял, прижав спиной к его груди. Рука скользнула на живот.

— Я только с тобой понял, что значит заниматься любовью, Эль. Это больше, чем простая физиология. Я хочу слышать твой шепот, стоны. Чтобы ты шептала мое имя. Хочу видеть, как тебя накрывает наслаждением, и знать, что его тебе подарил я. Это куда больше простого секса, Эль, это что-то намного больше.

Он повернул мою голову ладонью к себе и поцеловал так жарко и нежно.

— Люблю тебя, — прошептал, — люблю и никогда не дам в обиду.

Толчок. Я сжалась внутри, чувствуя, как его тело дрожит от сдерживания.

— Двигайся… — прошептала я, и он послушался.

Хвост снова обвился вокруг моей талии, прижимая ближе, а когти второй руки впились в бедро, оставляя крошечные отметины.

Толчок, еще один. Зейн больше не играл. Его ритм ускорялся, становясь просто бешеным. Я снова опустилась на простыню. Мне оставалось только дышать.

Перед глазами расплывались красные круги. Я стонала, понимая, что меня накрыло в очередной раз.

— Ты… ты чувствуешь, как это… как ты… — его голос сорвался, когда я намеренно сжала его внутри себя.

Я чувствовала. Всё. Каждую его дрожь, каждый вздох, каждый шёпот.

Он продолжал двигаться, вбиваясь в меня. И вдруг замер. Тихий стон, полный удовлетворения, и меня накрыло тяжелое тело моего ненасытного мужчины.

Он тяжело дышал, мягко вжимая меня в матрас.

— Эль… — шепнул, приходя в себя. — Эль, я сдохну, если ты не выйдешь за меня замуж.

— Это предложение? — пробормотала, неспособная даже пошевелиться.

— Это предупреждение. С "Феникса" ты сойдешь моей женой. Никогда не отпущу.

Его хвост лениво обвил мою лодыжку.

И я улыбнулась.

— И не отпускай, я только за, — пробормотала довольная. — Свадьбу не хочу…

— Нет уж… Все будет. Только выберемся отсюда, и все у нас будет, я тебе это обещаю. Мне только сестру спасти, и я снова встану на ноги. Вы никогда ни в чем не будете нуждаться. Никогда и ни в чем…

Жуткое шипение над нашими головами заставило его умолкнуть.

От этого звука у меня кровь заледенела. Я дернулась, но Зейн удержал.