Генеральный попаданец 6 (СИ) - Коруд Ал - Страница 16

— Альфа-2, говорит Альфа-1, вы слышите меня? Прием?

В ответ раздалось неясное хрипение, и тут же в разговор вклинилась база: — Альфа-2, говорит база, вы слышите меня? Прием?

— База, говорит Альфа-1. Не влезайте в канал, у Альфы-2 разбито радио, я пытаюсь установить связь, свяжусь с вами, как все выясню. Альфа-2, не пытайтесь говорить, просто щелкайте тангентой или давайте знать как-нибудь еще. Один щелчок — да, два щелка — нет. Как поняли?

— Щелк.

— Отлично, вас понял. У вас было боестолкновение?

— Щелк.

— Вас понял. У вас есть раненые?

— Щелк.

— Вас понял. Ваше радио повреждено?

— Щелк.

— Вас понял. Вы продолжаете бой?

— Щелк. Щелк.

— Вас понял.

Маккалион быстро оценил ситуацию — после выброски они прошли примерно десять километров, группа Луиса двигалась в северном направлении.

— Альфа-2, из точки выброски вы шли на север?

— Щелк.

— Понял вас. Вы прошли более 10 км?

— Щелк. Щелк.

— Альфа-2, вас понял. Оставайтесь на связи, я организую эвакуацию. База, говорит Альфа-1. У Альфы-2 есть потери, необходима немедленная эвакуация. Они находятся менее чем в 10 км от точки выброски к северу.

— Альфа-1, это База, вас понял, вертолеты уже вышли. Передайте Альфе-2, пусть сигналят красным дымом, как заслышат чопперы. Прием.

— База, вас понял, отключаюсь. Альфа-2, говорит Альфа-1, при подлете пташек дайте красную дымовую шашку. Как поняли?

— Щелк.

— Понял вас Альфа-2. Остаюсь на связи до того момента, как вас подберут.

Когда Маккалион наконец закончил переговоры, сдвинул наушники и вытер обильный пот со лба, то Дэнни посмотрел на него, пожевал губами и сказал: — Джок, это было очень хорошо сделано.

Как позже вспоминал Маккалион, для него такая длиннющая речь Дэнни была потрясением.

Группу Луиса забрали только через четыре часа. Оказалось, что на них наткнулся большой отряд «фредов». Спецназовцы подорвали выставленные по периметру «клейморы» и открыли огонь, с ходу уничтожив пять или шесть врагов. Ответным огнем был ранен радиооператор и выведена из строя рация. Спецназ начал отход — под сильным пулеметным огнем, патроны противник не жалел. На отход они потратили почти все «клейморы». С Маккалионом Луис общался, сводя и разводя два куска провода. Позже за эту операцию он был награжден Honoris Crux, высшей военной наградой Южной Африки.

Глава 5

11 апреля 1972 года. Москва. Кремль. Глубинные

Сейчас передо мной за столом в рабочем кабинете сидит группа самых информированных людей в Советском Союзе. Руководители разведки и контрразведки и моей личной спецслужбы. Уже несколько лет не приходится ее скрывать, но только от посвященных. Раздробление всемогущего КГБ пошло всем на пользу. Люди занимаются своим делом, понемногу пообтерлись, избавились от непрофильных отделов. Даже обменялись некоторыми службами. Например, зачем МГБ валютный контроль, когда в «Березках» можно приобрести товар за купленные официально за рубли или валюту чеки? Да, товары там дороже, чем в обычных магазинах, выгоду получает лишь тот, кто покупает чеки за заработанную валюту. Но торговля именно за иностранную валюту в стране с 1969 года запрещена.

Таким образом, мы выводим доллары, франки, марки за контур нашей денежной системы. Наша экономика должна быть изолирована, чтобы оставаться успешной. И перепродажей официального импорта или дефицита мы снижаем давление на потребительском рынке. Уже есть люди, имеющие официально неплохие заработки. И сейчас они могут без переплаты спекулянтам и поиска «блата» на законных основаниях купить мебель, бытовую технику или одежду. Так что область действия валютчиков и фарцовщиков резко сужена. И поэтому работу с ними отдали МВД.

Спецслужбы и разведка должны заниматься более важными для страны делами, а не бегать за мошенниками, ворами и диссидентами. Для работы с последними у нас есть Информбюро. И офицер КВР, МГБ или ГРУ обязан иметь блестящее образование, лучшую в стране подготовку, и соответствующую зарплату. Так что бездельники, придумывающие дела, нам там точно не нужны. Слишком дорого обходятся. В моем мире КГБ практически все свое существование боролось с диссидентами и оппозицией, но успеха не добилось и функцию щита для страны не выполнило. Так что те подразделения мы перенесли на борьбу с националистическим подпольем.

— Что у нас по Армении, Семён Кузьмич?

Цвигун докладывает с места. Обстановка рабочая. Генералы в гражданских костюмах, разве что машины охраны выдают в них людей из спецслужб. С некоторого момента уровень безопасности был повышен. Моя «болезнь» внезапно выявила несколько болевых точек советского общества. Если верхи, в том числе Политбюро отреагировали ожидаемо, то в некоторых национальных республиках активизировалось националистическое подполье, а также возбудилась местная интеллигенция. Вот с кем нам точно не по пути, так это с ними. Они остались глубоко в историческом прошлом, не привнося в современную культуру ничего позитивистского. Хоть разгоняй все к чертям! Но нельзя. Мы же союз республик. Подсуропил тот Ильич нам такой странной для мировой революции конфигурацией. После распада Союза они все дружно займутся мифотворчеством о своей истории. Затем обвинят русских к колониализме и преследовании собственных народцев. И никто не заступится за русских. Я это отлично запомнил.

— Леонид Ильич, армянский терроризм имеет старую историю. В основном из-за борьбы с турками.

— Мы тогда здесь при чем?

— Так уж исторически получилось, — пожал плечами Цвигун, остальные позволили себе улыбнуться.

— Только проблемы получили в итоге почему-то мы, — немного разрядил обстановку я.

— Проблемы есть, и замалчивать их, я считаю, больше нельзя. Армения выделяется из общего ряда советских республик, так как в ней диссидентское движение еще с шестидесятых вооружилось националистическими лозунгами и фактически исповедует реваншистские взгляды. То есть, и националистов, и интеллигенцию объединяет одно — желание увеличить территорию Армении за счет соседних республик. В 1967 году в Ереване уже состоялся судебный процесс над группой, которая занималась изготовлением и распространением листовок, призывавших к отторжению Нахичевани и Нагорного Карабаха от Азербайджана, а также присоединению некоторых восточных вилайетов Турции. Досталось тогда и советскому правительству, которое обвинялось в проведении политики ассимиляции армянского народа, и в «потворстве турецкой оккупации западной Армении». Несмотря на очевидную угрозу такого рода листовок советскому строю, подсудимые получили подозрительно мягкие сроки, а некоторым даже удалось выйти по амнистии в честь 50-летия революции, юбилей которой как раз отмечался в 1967 году. Сейчас мы взяли эти дела под контроль и требуем их пересмотра. Закавказская федеративная республика также пересматривает общую политику в отношении некоторых явлений, которым потворствовали прошлое партийное руководство Армянской ССР.

Я еще раз убеждаюсь, что Закавказье для России — тяжелая гиря. Но что поделать, геополитика определяет. В будущем эти республики принесут нам немало проблем, в том числе и прореху в безопасности. Так что кнутом и пряником. И в первую очередь пресечь переселение в глубинную Россию и тем более в столицу. Эти хитрожопые южане тут же создают кланы и диаспоры и тащат к себе остальных.