Хозяйка мотыльков - Сергиенко Евгения Павловна - Страница 7

В потоке много девчонок самой разной внешности, надо сказать, на общем фоне Астра действительно не очень-то выделялась. Или выделялась именно тем, что не старалась выделиться.

«Ну не знаю, она хорошая», – не подумав, я сказал самое тупое, что только мог. И Раф, конечно же, заржал так, что нам сразу сделали замечание.

Как можно объяснить, чем тебе нравится человек? Да нет таких слов, нужно описать все детали – тебе нравится голос, нравятся жесты, шутки тоже нравятся, нравится, какой ты рядом с этим человеком. И сочетание всех-всех вот этих составляющих, всех вместе, складывается в симпатию, в притяжение, во влюбленность.

«В голове у нее порядок, поговорить можно, посмеяться. И красивая. У нее такие, знаешь, острые ключицы», – продолжил я уже шепотом.

«Надо смотреть ниже ключиц», – Раф продолжил давиться смехом. Уткнулся мне в плечо, чтобы не было слышно.

«Еще она избирательная, с парнем не видел ее ни разу», – добавил я.

«Серьезно? – переспросил Раф. – А хочешь, я с ней в эту же субботу пересплю, спорим?»

Меня передернуло, и я толкнул Рафа локтем.

«Ты животное, ничего нового».

«А ты что, очкуешь, что твоя хорошая даст первому встречному?»

«Она не ходит на вечеринки».

«Со мной пойдет».

«Не пойдет».

«Давай проверим! Я позову, – Раф сделал акцент на своем пафосном «я», – и она побежит».

«Я не могу запретить тебе ее позвать. Но спорить на нее не буду».

«Хорошо, тогда я позову. – Он ухмыльнулся своей фирменной белозубой улыбкой, которая, по его мнению, так нравилась девчонкам. – Думаешь, блефую? Правда позову!»

В тот миг я снова бросил взгляд на Астру, представил, как Раф подсаживается к ней, клеит масленым голосом, приглашает на вечеринку, говорит, как весело и здорово будет.

И представил, как она соглашается.

Отчего-то стало совершенно ясно уже в тот момент – да, она согласится, она придет.

Эта мысль неприятно уколола, как будто что-то ценное для меня вот-вот могло попасть не в те руки.

«Тебе оно зачем?» – спросил я нервно.

«Гер, да не психуй ты, – ухмыльнулся Раф, – просто хочу показать другу, что все девчонки одинаковые. И надо брать от них главное, а не влюбляться, как идиот».

Воспоминания оборвало движение в окне.

Краем глаза я вижу, как темный силуэт пересекает улицу. Сначала думаю, что это Астра, но нет: силуэт двигается очень быстро и нервно, по росту и походке я понимаю, что это мужчина, но больше ничего не могу разглядеть.

Кто-то бежит по темной улице и оглядывается, как будто его в любой момент могут настигнуть. Я прилипаю к окну, чтобы увидеть, действительно ли гонится кто-то за этим человеком – но на улице абсолютно пусто. Стекло вибрирует от басов, а я все стою, наблюдая, как силуэт удаляется.

Зачем так бежать посреди ночи, раз никто за тобой не гонится?

Если только ты сам не…

И ответ встает у меня комком в горле.

Чушь. Бред.

Семь минут прошли?

Кажется, еще нет.

Глупости, перебивая одна другую, лезут в голову.

Да что с ней может случиться?

Это же почти центр города, говорит здравый смысл.

Ты оставил ее совсем одну, кричит предчувствие.

И я срываюсь с места.

Расталкивая локтями танцующих, бросаюсь в коридор, к двери, в подъезд, по лестнице вниз и на улицу.

Глава 13

Астра

Такси подъезжает, когда уже поздно.

Я лежу на асфальте и не могу подняться.

«Нужно, нужно, мне нужно…» – раздался голос из темноты.

Когда мужчина появился, я хотела закричать.

Но холодный липкий страх замер у самого горла. Я за секунду поняла – что-то не так, он не должен быть здесь, нельзя подпустить его к себе.

Надо было бежать, но затуманенное сознание не дало мне этого сделать.

И я не успела издать даже писк – тяжелая рука больно зажала рот, другая скользнула по ноге, под платье, еще выше, и еще.

Дернувшись, я попыталась вырваться, но одним движением мужчина прижал меня к стволу дерева, так резко и жестко, что я застонала.

Моя щека проехалась по шершавой коре, рассаженные колени обожгло болью. Лицо вспыхнуло жаром, а чужие руки все ходили и ходили по моему телу.

Он твердил: «Мне нужно, нужно…»

Это «нужно» до сих пор звенит в ушах.

Я пыталась вырваться, хотела пнуть его или укусить, но силы были неравны.

У меня не было шанса.

Ни одного.

Как парализованная я стояла, прижатая к стволу.

Беспомощная.

Бессильная.

Не могла даже заплакать.

Отчего-то слезы смешались с ужасом и набухли тугим комком в районе солнечного сплетения.

«Нужно, мне нужно, нужно», – высокий, писклявый, как будто совсем не мужской голос впечатывался в меня вместе с жесткой хваткой грубых пальцев.

Секунды тянулись невыносимо.

Надежда на спасение становилась призрачной. Может быть, Гер еще не ушел? Или такси приедет раньше?

Или сейчас он отпустит меня? Сейчас, напугает и отпустит…

Нет.

Мое тело – мое! – больше не принадлежало мне.

Платье с треском полетело на землю.

Белье захрустело по швам от силы и нетерпения.

Что есть мочи я захрипела, призывно, яростно, в надежде, что хоть кто-нибудь услышит меня в этой предательской темноте.

«Нужно, нужно, нужно…»

Я понимала, что сейчас произойдет.

Но не могла остановить его.

«Такси подъедет через семь минут», – сказал Гер перед тем как вернуться на вечеринку. Лучше бы я умерла – семь минут одним махом перечеркнули всю жизнь.

А потом я даже не услышала, как он ушел.

Не сумела оглянуться. Не увидела лица.

Такси подъезжает.

Останавливается под фонарем.

Я нащупываю платье и через боль во всем теле накидываю на себя, прикрываю наготу.

Встаю.

Мутное сознание снова закручивается, но я все-таки могу идти.

На трясущихся ногах выхожу на свет и встречаюсь глазами с водителем такси.

Его пренебрежительный взгляд красноречив – он думает, что я просто пьяна или под кайфом.

Слез по-прежнему нет, только боль и липкий ужас.

Что мне сделать?

В тумане мыслей открываю дверцу машины, сажусь на заднее сидение.

Ехать в больницу, или вызвать полицию, или хотя бы рассказать все водителю?

Я не знаю.

Не представляю. Не могу думать.

По темной улице белый хендай везет меня в сторону дома.

Глава 14

Ценитель

Бегу, не разбирая дороги, осознавая лишь направление.

Тело нервно содрогается, носки ботинок как будто специально запинаются о случайные камни или бордюрины, чтобы не дать мне набрать скорость, быстрей покинуть это место.

Трясет так сильно, что стучат зубы – лихорадка, возбуждение, какой-то новый импульс?

Я не знаю. Только что я сделал то, к чему готовился всю жизнь, но при этом оказался не готов – я прикоснулся к прекрасному, но не смог сдержаться и вовремя остановиться.

Тяжело дыша, бегу, чувствуя, как пот течет от затылка на спину, рубашка липнет и сковывает, левый рукав трещит и рвется от резкого движения, незастегнутый ремень на брюках подпрыгивает, больно бьет металлической пряжкой по животу. Но я бегу, не обращая внимания на быстро нагнавшую усталость и боль в мышцах, хотя я и привык беречь себя, сейчас бежать – это необходимо. Во-первых, меня никто не должен увидеть и тем более догнать, а во-вторых – незнакомка превзошла ожидания, дала мне то, что отличает гения от обывателя. Теперь у меня есть запал, внутренняя искра, чтобы создать шедевр с тонким замыслом, отражающий истинную красоту.

На кончиках пальцев несу совершенство – чувствую ее кожу, словно она все еще под моими руками. Да, ее запястья острые, взгляд пронзительный, а голос – она пыталась что-то сказать или прокричать – нежный и глубокий, девичий и женственный.