Эволюционер из трущоб. Том 17 (СИ) - Панарин Антон - Страница 5

— Вы молодец. Это всё? — спросил я, видя, как огонёк души Короля Червей начал мигать, быстро исчезая.

— Не совсем, он обещал мне безграничное финансирование, вот я и звоню…

— Будет вам финансирование. Мы уже присосались к Императорской кормушке, так что выделят денег столько, сколько потребуется.

— А помощника…? Двух…?

— Получите лучших учёных нашей необъятной. Если это всё, то я вешаю трубку. У меня тут один бедолага помирает без моего внимания, — произнёс я, видя, как огонёк мечется из стороны в сторону в надежде, что я таки заключу с ним пакт.

— Это даже больше, чем я мог пожелать. Всего вам до…

Я не дослушал профессора, сбросил вызов и протянул ладонь.

— Давай быстрее. У меня мало времени, — раздраженно буркнул я, давая понять, что делаю неимовернейшее одолжение этой ничтожной сущности.

Огонёк опустился на мою ладонь. Жалкий осколок некогда могущественного паразита, поработившего всю Европу. Я сжал кулак, и алый сгусток исчез. На моём лице сама собой появилась хищная улыбка. Почему? Всё просто. Заключая пакт с Галиной, Огнёвым, Снежаной или Мимо, я впускал их в свою душу. А вот с червячком всё немного иначе.

Я создал для него подобие тюрьмы, в новом слое Чертогов Разума. Совершенно изолированный, наглухо замурованный, сковывающий глиста клятвой верности. Это вам не Магия Крови! Магия Душ куда сложнее, о её сути можно говорить тысячелетиями напролёт! А понять её ещё сложнее. Ладно, поймали. Я и сам в ней не разбираюсь. Просто в Дреморе мне попался древний фолиант, откуда я запомнил парочку заклинаний. На удивление, они оказались очень эффективными.

Как только я поглотил душу Короля Червей, в Лондоне воцарилась гробовая тишина. Я активировал эхолокацию и увидел, что миллионы зараженных лежат на земле. Как ни парадоксально, они дышали.

Я быстрым шагом пересёк границу кладбища и вышел на проезжую часть. Сотни, тысячи людей лежали на асфальте, сидели, прислонившись к стенам домов. И все они дышали. Их грудные клетки вздымались и опускались, облачка пара вырывались из ртов на морозном воздухе. Англичане были живы.

Из их тел выползали алые черви. Сотни тысяч паразитов, которые потеряли связь со своим хозяином в тот момент, когда я поглотил Короля Червей. Черви извивались, падали на землю и рассыпались в прах, не успев коснуться асфальта. Они превращались в красноватую пыль, которую ветер разносил во все стороны.

— Одной проблемой меньше, — улыбнулся я, глядя на это зрелище.

Пройдёт совсем немного времени и они очнутся, но для начала…

— Хрюн! Ко мне! — рявкнул я, и слюнявый бульдог тут же прискакал, приняв свою обычную форму.

Я взял его за передние и задние лапы, будто он был автоматом, а после приказал:

— Тонкую струю пламени, на среднюю мощность.

— За вкусняшки я тут всё спалю! — радостно выпалил пёс и сделал так, как я сказал.

Я принялся старательно выводить послание на стене Биг-Бена для англичан. Уверен, после пробуждения у них будет уйма вопросов, а когда они прочитают моё сообщение, вопросов станет ещё больше.

Глава 3

На стене Биг-Бена появилась весьма простая и незамысловатая надпись «Вас спас Властелин Каши. p.s. Теперь все вы бездари. Учитесь жить в новом мире и приготовьтесь. Скоро нежить вторгнется на Туманный Альбион».

Была мысль написать номер банковского счёта, для того, чтобы особо благодарные граждане могли прислать мне лишнюю копеечку. Но потом я подумал: зачем мне подачки? Ведь теперь я могу напрямую запустить руку в Имперскую казну. Муа-ха-ха-ха-ха!

— Месье Хрюн, благодарю за помощь, — сказал я, опуская пса на землю. — Отправляйся в Императорский дворец и скажи, что ты от меня. Артём приставит к тебе личного повара и будет кормить до тех пор, пока ты не сдохнешь от переедания.

— Звучит шикарно! — рявкнул Хрюн и моментально исчез в зеленоватом свечении.

Слева от меня пошевелился мужчина лет тридцати на вид. Он открыл глаза и непонимающе уставился на меня.

— Кто вы? Почему я лежу на земле? — начал он сорить вопросами, а я на них не желал отвечать.

Всё что я сказал было:

— Русо туристо, облико морале. Чао-какао. — Разумеется, я произнёс это на ломанном английском, который сам же специально и искаверкал.

Достав из кармана телепортационную костяшку, покрытую сложными руническими узорами, я влил в неё крупицу маны. Мир погрузился во тьму, по ушам ударил хлопок, и вот я уже стою на центральной площади Хабаровска.

— Эммм… А где салют в мою честь? Хотя бы оркестр могли пригласить. Я всё-таки победил Великое Бедствие, — усмехнулся я и погрузился в Чертоги Разума.

Как я уже сказал, я создал отдельный слой Чертогов Разума специально для моей новой зверушки. Или глист — это не зверушка, а насекомое? Тьфу, блин, я не силён в глистологии. Впрочем, это и не важно.

Я создал отдельный слой, изолированный от остальных, защищённый многочисленными барьерами, место, где я мог безопасно содержать Короля Червей, не рискуя тем, что паразит каким-то образом поглотит мою душу.

Я оказался в пространстве, залитом тусклым зеленоватым светом, исходящим из огромной пробирки, парящей посреди пустоты. Под ногами простиралась гладкая поверхность, напоминающая стекло, которая с идеальной точностью отражала моё изображение. Воздух был неподвижен, тишина абсолютна, что создавало ощущение изоляции от всего остального мира и немного сводило с ума.

В гигантской пробирке, усиленой дюжиной защитных печатей, плавали тысячи мелких красных червей. Как только я прикоснулся к стеклу, черви собрались в единое целое, сформировав подобие человеческого тела, состоящего из извивающейся уродливой массы.

— Немедленно выпусти меня отсюда, сопляк! — завопил Король Червей, и его голос эхом разнёсся в пустоте.

Король Червей метался внутри пробирки, ударялся о стенки, пытался разбить стекло кулаками и собственным лбом, но всё было бесполезно.

— Думаешь, что сможешь удержать меня здесь⁈ — продолжал материться Король Червей, переходя на грубость. — Я завоевал половину вашего мира! Я убил миллионы! Покорил сотни других миров! Ты не имеешь права запирать меня в этой… В этой пробирке! — задохнувшись от возмущения, выпалил он.

Я рассмеялся, услышав эти слова, потому что они звучали нелепо, учитывая нынешнее положение паразита.

— Ты не понимаешь всей прелести своего положения, червяк, — спокойно произнёс я, глядя на мечущийся внутри комок плоти. — Теперь наши души связаны навеки. Ты стал частью меня, частью моей души, если угодно, и эта связь не разорвётся ни при каких обстоятельствах. Даже смерть не освободит тебя, потому что когда я умру и воскресну в новом теле, ты переродишься вместе со мной и останешься заключённым в Чертогах Разума до скончания времён.

Король Червей замер, переваривая услышанное, перестал метаться и завис в центре пробирки, словно осознав весь ужас своего положения. Я продолжил, наслаждаясь моментом и медленно раскрывая перед паразитом его будущее:

— Ты будешь служить мне в этом мире и в следующем, и в тысячах других миров, через которые пройдёт моя душа. Столетия, тысячелетия, миллионы лет, не важно, сколько времени пройдёт, ты останешься моим пленником, инструментом, который я использую, когда мне это будет нужно. И только когда Вселенная схлопнется, или я достигну конечной точки своей эволюции, только тогда ты обретёшь свободу, а точнее — смерть.

— Это… это… — прошептал Король Червей, и в его голосе впервые прозвучал неподдельный ужас. — Ты не можешь… никто не может…

— Может, может. Ты сам дал мне такое право, когда пытался спасти свою никчемную жизнь. Так возрадуйся же. Ты будешь жить вечно. В этой пробирке. Если будешь вести себя хорошо, я создам для тебя комфортные условия пребывания, а если продолжишь визжать… — я сделал театральную паузу и продолжил. — Я создам для тебя слой реальности, полный вечных страданий, где ты будешь секунду за секундой сгорать, рваться на части и чувствовать такую боль, которой в действительности не существует. И нет, ты не сможешь получить от неё наслаждение, извращённый ты ублюдок. Это будут именно мучения не физические, но духовные.