Системный рыбак. Тетралогия (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 181

Звук двери заставил блондина обернуться.

Он скользнул по мне взглядом, задержался на мгновение и переместился на Амелию. Лицо парня тут же преобразилось. Широкая улыбка, расправленные плечи, приподнятый подбородок. Он развернулся всем корпусом, чтобы халат эффектно заструился.

– Амелия! – голос у него был до приторности слащавый. – Какая приятная неожиданность. Надеюсь, вы будете на празднике Древа?

– Буду, – ответила Амелия холодно.

Блондин не заметил её настроя, или сделал вид, что не заметил. Он спустился с помоста и снова посмотрел на меня, задержав свой взгляд на моей одежде.

– А это кто с вами? – спросил он Амелию.

– Ив, мой спутник. – Пауза. – Ив, это Эдриан Вайт, наследник Дома Вайтов.

Я сухо кивнул, мол «будем знакомы», однако он отреагировал так, будто меня здесь вообще не было.

– Надо же, – скривил он губы в снисходительной усмешке и протянул, глядя на Амелию. – А выглядит он как деревенский оборванец. Это может смутить остальных гостей, вы не находите, что ему не место на празднике?

Хо‑хо…

Глава 4

Я пожал плечами и спокойно встретил его взгляд.

– Одежда делает человека только в глазах тех, кому больше не на что смотреть.

Эдриан фыркнул так громко, что швеи на мгновение замерли с иголками в руках.

– Рассуждения неудачника, – протянул он с ленивым презрением. – Оправдание для тех, кто не может позволить себе ничего приличного.

Ну, началось. Я мысленно вздохнул, разглядывая блондина с его тщательно уложенными волосами и церемониальным халатом, который стоил, наверное, больше, чем весь мой улов за месяц. Золотая молодёжь: наглая, бестолковая и до абсурда уверенная в собственной исключительности. Я на таких ещё в прошлой жизни насмотрелся. Сынки богатых родителей, которые путают папины деньги с личными достижениями.

Таких нужно сразу ставить на место, иначе они решают, что им всё позволено.

– Если тебе так важна одежда, – сказал ему спокойно. – значит, больше гордиться нечем. Убери шёлк и золотые нитки, и что останется?

Эдриан побагровел, его ноздри раздулись, а глаза сузились до щёлок.

– Останется суть, – процедил он сквозь зубы. – Я практик, деревенщина. Наследник Дома Вайтов. А ты… – он скривился, словно увидел что‑то неприятное на подошве своего сапога. – Как вообще какой‑то деревенский червь смеет разговаривать со мной в таком тоне?

– Наверное, потому что я тоже практик, – уверенно ему ответил.

Блондин замер, на лице проступило недоверие.

– Ты? Практик? – он оглядел меня с ног до головы, задержавшись на стоптанных сапогах и простой куртке. – На каком уровне культивации?

– Ты, видимо, совсем недалёкий, – покачал я головой, позволив себе лёгкую усмешку. – Амелия же сказала, что я её спутник на празднование. А раз минимальный проходной уровень для участия это шестой уровень Закалки Тела, то… – я развёл руками. – Это же не сложно, да? Впрочем, если тебе нужно подтверждение, я с радостью его предоставлю.

Все взгляды устремились на меня. Швеи застыли с булавками в руках, пухлая женщина в цветастом переднике приоткрыла рот, даже помощники перестали суетиться.

Я поднял правую руку, сжал пальцы в кулак и медленно, демонстративно выпрямил средний палец вверх. Потянулся к бурлящему потоку силы, который теперь постоянно ощущался внутри, и направил тонкую струйку энергии наружу.

На кончике вздёрнутого среднего пальца сгустилась капля духовной энергии.

Она мерцала мягким золотистым светом, маленькая, с рисовое зерно, но плотная и стабильная. Я удерживал её без усилий, позволяя всем присутствующим как следует разглядеть.

Швеи ахнули и отшатнулись. Одна выронила катушку ниток, и та покатилась по полу, разматываясь серебристой дорожкой.

Эдриан побледнел. Потом краснота снова залила его лицо, от шеи до корней волос. В его глазах вспыхнула ярость. Я видел, как с трудом ему даётся контроль. Сам факт того, что «оборванец» способен управлять энергией, явно не укладывался в его картину мира.

Краем глаза заметил, как Амелия на меня смотрит. В её взгляде читалось что‑то странное. Удивление? Словно она видела меня впервые и пыталась понять, кого на самом деле пригласила.

Я же разочарованно хмыкнул. Похоже, местные не понимали значения жеста со средним пальцем, а жаль. Сила момента утрачена наполовину.

Эдриан шагнул вперёд и свёл руки перед собой. Между его ладонями начала сгущаться энергия. Густая, тяжёлая, с оттенком тёмной бронзы.

Атмосфера в мастерской изменилась мгновенно. Швеи вскрикнули и бросились к стенам, прижимаясь к рулонам ткани. Пухлая женщина побелела и попятилась к задней двери.

Ну и что теперь? Драка прямо посреди портняжной мастерской?

Я не двинулся с места, стоял и смотрел на него, позволив своей капле энергии медленно впитаться обратно в палец. Если этот золотой петух хочет устроить представление перед швеями, то это его выбор.

За себя я не переживал, если парень перейдет границы, то у меня есть чему его удивить.

Резкий хлопок разорвал тишину и до этого дело не дошло.

В дальнем углу зала, словно из воздуха, появился человек.

Седоусый старик с острым, как бритва, взглядом. Широкие плечи, прямая спина, аккуратно подстриженная борода. На нём был простой тёмный камзол без украшений, но что‑то в его осанке говорило о власти яснее любого герба.

– Молодые люди, – произнёс он, и его глаза, холодные как зимнее небо, скользнули сначала по Эдриану, потом по мне. – Позвольте напомнить вам о правилах нашего заведения. Никаких драк и ссор. Если кто‑либо нарушит это правило, нарушитель и вся его семья навсегда лишатся права переступать порог мастерской Шепардов.

Эдриан сжал кулаки. Энергия между его ладонями дрогнула и начала рассеиваться, таять, как туман под лучами солнцем.

– Разумеется, мастер Родерик, – он склонил голову, и в его голосе появились почтительные нотки.

Старик перевёл взгляд на меня. Я ответил легким кивком, меня всё устраивало, ибо правила я нарушать собирался только при прямой угрозе жизни.

Швеи начали понемногу возвращаться к работе, бросая на нас настороженные взгляды. Пухлая женщина в цветастом переднике подобрала оброненную катушку и вновь засуетилась вокруг халата Эдриана, хотя руки у неё заметно дрожали.

Старик повернулся к Амелии, и его лицо смягчилось.

– Госпожа Флоренс, – он слегка склонил голову. – Рад видеть вас снова. Ваш заказ готов. Позвольте проводить вас в гостевую комнату, я присоединюсь через несколько минут.

Амелия кивнула, и к нам подошёл молодой помощник в строгом тёмном фартуке. Он жестом пригласил нас следовать за собой, и мы двинулись к боковой двери, оставляя Эдриана под присмотром швей.

Гостевая комната оказалась небольшой, но уютной. Мягкие кушетки вдоль стен, низкий столик с напитками и какими‑то сладостями, большое зеркало в резной раме. Свет падал через высокое окно, задёрнутое тонкой кисеёй.

Помощник указал на кушетки и сообщил, что мастер освободится и подойдёт к нам в ближайшее время. Потом он поклонился и вышел, аккуратно притворив за собой дверь.

Амелия опустилась на кушетку и посмотрела на меня с выражением, которое я не сразу смог разобрать.

– Зря ты решил повздорить с Эдрианом, – сказала она наконец.

Я плюхнулся на соседнюю кушетку и потянулся к кувшину с водой.

– А что мне оставалось? Стоять и слушать, пока меня поливают грязью?

– Семья Вайтов входит в пятёрку самых влиятельных семей региона, – продолжила Амелия, игнорируя мой вопрос. – При желании Эдриан может создать для тебя серьёзные проблемы.

Я налил воды в глиняную чашку и сделал глоток, обдумывая её слова.

С одной стороны, она права. Не стоит ссориться с теми, кого не знаешь, особенно если они могут оказаться сильнее. Но с другой стороны… Стоять и молча глотать оскорбления? Это просто не в моём характере. Никогда так не делал и начинать не собираюсь.