Преследуй меня (ЛП) - Коул Бьянка - Страница 12

Я оставляю ее там, дрожащую и возбужденную. Звук ее прерывистого выдоха следует за мной по коридору.

Глава 9

СОФИЯ

Тишина галереи окутывает меня, как знакомое одеяло, пока я составляю каталог новых приобретений. Бронзовая скульптура Дега нуждается в проверке подлинности, и эти тихие вечерние часы позволяют мне сосредоточиться, не отвлекаясь.

Резкий треск рассекает воздух. Моя голова вскидывается, сердце бешено колотится. Звук доносился со стороны заднего входа.

Еще один треск, на этот раз громче. Панель безопасности возле моего стола мигает красным — кто-то отключил сигнализацию. Мои пальцы сжимают тяжелое бронзовое пресс-папье на моем столе.

— Проверьте офис. — Из коридора доносится грубый голос.

Я проскальзываю за дверь, пульс грохочет в ушах. Приближаются тяжелые шаги.

Дверь распахивается. Входит мужчина в темной одежде, и я с силой опускаю пресс-папье ему на плечо. Он чертыхается, спотыкаясь. Я пинаю его по колену, вспоминая уроки самообороны, которые я посещала.

Он падает. Я пробегаю мимо него, но его напарник загораживает коридор. Моя галерея. Дело моей жизни. Какого черта я позволяю им отнять это у меня?

Я делаю ложный выпад влево, затем уклоняюсь вправо, врезаясь локтем ему в солнечное сплетение. Он с ворчанием сгибается пополам. Первый мужчина бросается на меня, но я уже двигаюсь.

Где-то позади меня разбивается стекло. По полу раздаются новые шаги — еще? У меня сводит живот.

Но эти новички прижимают нападающих к стене с военной точностью. Трое мужчин в тактическом снаряжении появляются из ниоткуда, расправляясь с грабителями с отработанной легкостью.

— Мисс Хенли. — Один подходит ко мне, подняв руки. — Вы ранены?

Я качаю головой, адреналин все еще бурлит во мне. — Кто...

— Частная охранная фирма. Мы следим за этим районом. — Он говорит по рации, пока его коллеги связывают потенциальных воров. — Полиция находится в пути.

Я прислоняюсь к своему столу, ноги дрожат теперь, когда опасность миновала. Эти люди двигались как профессионалы, появляясь именно тогда, когда это было необходимо. Что-то в их эффективности меня нервирует, но облегчение переполняет мой организм слишком сильно, чтобы сомневаться прямо сейчас.

Полицейские берут показания и затем уходят, а я собираю все силы, когда открывается дверь галереи. Входит Николай Иванов, заполняя пространство своим присутствием. Слишком удобно. Слишком уж удобно.

— Тебе больно? — Его серые глаза изучают меня с хищной интенсивностью.

— Я в порядке. — Я скрещиваю руки на груди. — Очень интересно. Те люди, которые спасли меня, — профессиональные охранники, как они утверждали. Ты что-нибудь знаешь об этом?

Его губы изгибаются в легчайшем намеке на улыбку. — Я же сказал тебе, что позабочусь о защите.

— Я узнала о тебе, как ты и предлагал. — Слова выходят резче, чем предполагалось. — Ivanov Holdings. Импорт / экспорт. Недвижимость. Банковское дело. Но это еще не все, не так ли? Если больше, что не отражено в официальных отчетах.

Он придвигается ближе, и я заставляю себя не отступать. Его одеколон — дорогой, едва уловимый — обволакивает меня.

— И какие выводы ты сделала из своего исследования?

— Что ты опасен. — Я смотрю в эти потрясающие серые глаза. — Что слухи о твоих связях с организованной преступностью могут оказаться правдой. Что люди, которые переходят тебе дорогу, имеют тенденцию исчезать.

— И все же ты стоишь здесь, прямо напротив меня. — ; Его палец проводит по моей челюсти. — Я не могу решить, ты бесстрашна или безрассудна.

— Люди, которые напали на тебя... — Пальцы Николая задерживаются на моей челюсти. — Твоя предыдущая защита не оценила потерю источника дохода.

— Ты имеешь в виду головорезов, которые требовали ежемесячных выплат? — Мои руки сжимаются в кулаки. — Они это сделали?

— Глупый поступок. — Его глаза темнеют. — О котором они будут глубоко сожалеть.

— В твоих устах это звучит как... — Я замолкаю, обдумывая подтекст. Люди, которые ему мешают, исчезают. Дрожь пробегает по мне.

— Меня интересует твоя реакция на нападение. — Он медленно обходит меня. — Эти движения не были элементарной самообороной. Где ты научилась так драться?

Я замираю. Вспыхивает воспоминание — тренировки, которые я не могу вспомнить, мышечная память, которой у меня не должно быть.

— Я посещала некоторые занятия. — Я знаю, что это не вся правда. То, как я двигалась, было чистым инстинктом; я действительно не понимаю.

— Нет. — Николай останавливается в нескольких дюймах от меня. — Ты двигалась так, словно это стало твоей второй натурой.

Мое сердце бешено колотится. Он прав, но я не училась этим навыкам. Они просто пришли, когда понадобились. Как и другие странные способности, которые проявляются в неподходящие моменты — языки, которых я не должна знать, рефлексы, которых не должно быть.

— Я не... — я с трудом сглатываю. — В моем прошлом есть вещи, которые я не могу объяснить.

Выражение его лица становится резче, хищный интерес вспыхивает в его проницательных глазах. — Ты полна сюрпризов, София Хенли. — Он делает ударение на моей фамилии, словно пробуя ее на вкус. — Или каким бы ни было твое настоящее имя.

Это слишком близко к истине. Записи об усыновлении, пробелы в моем раннем детстве — все вопросы, на которые я никогда не могла ответить.

— Ты не та, за кого себя выдаешь. — Его голос становится ниже, интимнее. — И теперь мне очень, очень любопытно.

То, как он смотрит на меня сейчас, отличается от того, что было раньше. Не просто желание или обладание. В нем есть интенсивность, сосредоточенность, как будто я под микроскопом. Как будто он не остановится, пока не раскроет мои секреты.

Включая тех, о которых я даже сама не знаю.

Его пальцы скользят по моей руке, оставляя за собой огонь. Мне следовало бы отступить и сохранять профессиональную дистанцию, но мое непослушное тело склоняется навстречу его прикосновениям.

— Твои секреты, — бормочет Николай, его акцент усиливается. — Владелец галереи так не дерется.

— Может быть, я полна сюрпризов. — Несмотря на опасный накал между нами, я отказываюсь отступать, встречая его взгляд прямо.

— О, я рассчитываю на это. — Он подходит ближе, прижимая меня спиной к столу. От его одеколона — тонкие ноты кедра и чего-то более темного — у меня кружится голова. — Скажи мне, София, какие еще скрытые таланты ты скрываешь от меня?

Его рука скользит по моему бедру, отчего у меня перехватывает дыхание. Прикосновение собственническое и заявляющее. Часть меня хочет оттолкнуть его и сохранить контроль, но более глубокая, темная часть жаждет большего.

— Ты привык получать то, что хочешь, верно? — Мне удается сохранять голос ровным, несмотря на дрожь, пробегающую по телу.

— Всегда. — Он рисует круги на моем бедре своими грубыми пальцами. — И я хочу разгадать каждую тайну, которой ты себя окутала.

Боль поселяется глубоко внутри меня. Этот человек опасен — для моего бизнеса, тщательно выстроенной жизни и здравомыслия. И все же мне, кажется, все равно, когда он так на меня смотрит.

— Сегодняшнее нападение, — говорю я, пытаясь сменить тему. — Это действительно было из-за денег за защиту?

Его другая рука обхватывает мое лицо, приподнимая его. — Ты уклоняешься. Но да. Что более важно, это подтвердило то, что я подозревал — ты не просто владелец галереи. Ты — нечто совершенно другое.

То, как он изучает меня, заставляет меня чувствовать, что он может видеть сквозь каждую стену, которую я возвела. Нежное прикосновение его большого пальца к моей губе вырывает у меня вздох.

— Вопрос в том, — продолжает он, понижая голос до шепота, — готовы ли ты узнать, чем может быть это что-то еще?

Мое тело отвечает на его зов без моего разрешения, притягиваясь к нему, как мотылек на пламя. Мое сопротивление рушится, когда я прижимаюсь к нему, у меня перехватывает дыхание от явного доказательства его желания, прижимающегося ко мне.