Знакомьтесь! Ваша дочь, босс - Колоскова Галина - Страница 1

Галина Колоскова

Знакомьтесь! Ваша дочь, босс

Пролог

Василиса

Сердце колотится в горле, отдаваясь глухим, неровным стуком в висках. Но снаружи я – ледяная скала спокойствия. Всё как учил босс, годами вгоняя меня в рамки секретарского этикета: «Василиса, эмоции – это роскошь, которую мы не можем себе позволить». Что ж, сегодня я последний раз следую его правилам. Снежной королевой плыву без записи на приём с самым эмоциональным отчётом моей жизни.

Вжимаю в хромовую панель кнопку лифта. Поднимаюсь на его этаж. Туда, где открывается вид на пол-Москвы. А воздух пахнет деньгами, властью и дорогим кожаным креслом, в котором восседает он. Кондрат Темнов. Мой бывший босс. Тёмная сторона моей репутации. Мимолётная страсть. И… отец моей дочери.

Агния сладко посапывает, одетая в розовый костюмчик, подарок подруги. Дыхание малышки ровное, беззаботное. Она не знает, что мы идём на войну. Её личное оружие – бездонные голубые глаза, точь-в-точь как у папы. И пухлые щёчки с ямочками, которые я сейчас и выставлю щитом против его ярости.

Лифт чуть слышно гудит и останавливается, двери раздвигаются. Выхожу с лицом невозмутимой стервы на выгуле. Приёмная. Та, где я провела три года жизни. За моим бывшим столом сидит новая девочка, испуганная мышка, уставившаяся на меня широко раскрытыми глазами.

– Мне к Кондрату Евгеньевичу, – сообщаю голосом, не терпящим возражений. Таким, каким он когда-то требовал отвечать на звонки недовольных акционеров.

– Но… у него через минуту важнейший…

Не даю договорить ошалевшей от моей наглости бедняжке. Иду на словесный таран.

– Я и есть его важнейшее несанкционированное совещание, – перебиваю её и, не сбавляя шага, прохожу к массивной дубовой двери. – И я опаздываю.

Вхожу без стука. По старой памяти. По праву. Пусть скажет спасибо, что не бью в дверь ногой.

Он сидит за дубовым монументальным столом, уткнувшись в огромный монитор с бегущими котировками. Профиль Кондрата жёсткий, сосредоточенный. Он не смотрит на дверь, бросая раздражённое:

– Я сказал, никаких…

И замирает, почувствовав шлейф моих духов. Поднимает голову. Недовольный взгляд скользит по мне, ненадолго превращаясь в офигевший, заинтересованный – я специально надела коралловый костюм в тон одежды дочери. Когда-то он назвал его «убийственным», – и останавливается на корзине в моих руках. В ярко-голубых глазах – удивление, непонимание, лёгкая паника. Аналитического склада ума мозг сканирует ситуацию и выдаёт сбой. Прекрасно.

– Василиса?.. – обычно властный голос звучит глухо. – Что это значит?

Усмехаюсь, приподняв брови. Не отвечаю. Делаю два шага вперёд в сторону закоренелого холостяка. Аккуратно ставлю автолюльку на начищенную до зеркального блеска столешницу. Ровно между хрустальной пепельницей и статуэткой быка – символа его непоколебимой финансовой мощи. Розовые банты на корзине и голове дочери перекрывают обзор монитора. Котировки меркнут перед самым непредсказуемым активом в его жизни.

– Кондрат Евгеньевич, познакомьтесь, – говорю я, старательно растянув губы в улыбке. Голос звенит закалённой сталью, скопленной за долгие месяцы молчания. – Мой вам подарок от чистого сердца! Это Агния. Ваша дочь. Мне надоело в одиночку нести за неё ответственность. Баста. Каприччио. Финита ля комедия. Пора и вам вступить в клуб «Бессонные ночи».

В кабинете повисает гнетущая тишина, настолько густая, что её можно резать ножом. Он сидит, вглядываясь в маленькое личико, выглядывающее из корзины. Его собственное лицо становится восковым, абсолютно нечитаемым.

– Почему я ничего о ней не знал? – босс хмурится, но меня ему не запугать.

Обидно. Знаю, что очень нравилась боссу. Для меня стало оскорблением его нежелание вспоминать и говорить о нашей близости. Он с недоумением смотрел на мой растущий живот и ни разу не поинтересовался, не его ли это ребёнок.

– По-видимому, вы считали, что живот мне ветром надуло?!

– Мы переспали с тобой один раз!

Показалось или я слышу в его возгласе сожаление? Обидно до слёз! Слова о любви и обещания были забыты им на утро, но я до сих пор всё помню. Походя прошёлся по влюблённой дурочке и думал, что ничего ему за это не будет? Тогда я смолчала. Гордость взяла верх над разбитой душой и надеждами. Сейчас понимаю, что поступила глупо. Я пришла не за своим благополучием, а за правом дочери.

– Этого раза не было бы, если бы вы не признались в любви и не пообещали, что мы всегда будем вместе. Вы делаете всегда и всё обстоятельно. Посмотрите на Агнию. Она ваша копия!

– Я был пьян и ничего не помню. Я не мог обещать этого сек…

Он не договаривает, но я всё понимаю. Про любовь принца к Золушке пишут в сказках. В реалии на провинциалках – секретаршах мужчины его статуса не женятся. И не важно, что она пашет на тебя три года практически без выходных и нормированного рабочего дня.

Вижу, как шестерёнки в его голове пытаются провернуться, оценить ущерб, просчитать риски. Он тянется к стакану с водой. Длинные пальцы слегка дрожат. Никогда не видела босса в треморе. Приятный бонус.

В этот самый момент на столе начинает играть торжественную мелодию телефон. На экране всплывает название – «Джинлун Корп». Те самые китайские инвесторы, сделка с которыми должна вот-вот состояться.

Рука охреневшего от счастья папочки замирает в сантиметре от трубки.

И, как по заказу, умничка Агния именно в этот момент заявляет о собственном праве на мир бизнеса.

Она просыпается, морщит носик и издаёт требовательный, пронзительный крик. Не плач, а именно ультиматум. «Где моя еда? Немедленно!» Взгляд Кондрата мечется от телефона к орущему ребёнку на столе и ко мне. В округлившихся глазах – отчаяние попавшего в капкан дикого зверя. Паника, которую он всегда так презирал в своих конкурентах.

Телефон звонит всё настойчивее. Агния орёт ещё громче. Симфония хаоса ласкает мой слух.

Он, не глядя, хватает трубку.

– Перенесите звонок на пятнадцать минут, – голос хриплый, но не терпящий возражений. – Нет, без объяснений. Перенесите!

Кондрат вешает трубку. Давит на кнопку внутренней связи:

– Елена, ни с кем не соединять!

Он смотрит на меня. Паника в глазах улетучивается, сменяясь ледяной решимостью, которую я так хорошо знаю. Босс принимает решение. Мгновенно. Как всегда.

– Хорошо, – говорит он, вставая. Большая тень накрывает нас с Агнией. – Всё. Ты победила. Хочешь, чтобы я нёс ответственность за дочь? Спускайся вниз. Садись в мою машину. Сейчас же. Водитель будет ждать у служебного входа.

Чувствую, как внутри всё сжимается. Это не та реакция, на которую я рассчитывала. Я ждала гнева, отрицания, может попытки откупиться. Но не стремительного, беспощадного захвата в плен.

– Что? – не понимаю, что он задумал, ошеломлённо хлопая ресницами. – Куда?

– На мою загородную виллу. Все вопросы решим там. Без свидетелей. Без лишних разговоров. Без вот этого, – он делает резкий жест в сторону всё ещё орущей Агнии. – Ты хотела моего участия? Ты его получишь. Полным объёмом! – Он хмурым взглядом прошёлся по моей напряжённой фигуре и почти прорычал, глядя в глаза: – Но на моих условиях и на моей территории. Сегодня возьмут материал на тест ДНК. Идём!

Он берет пиджак, накидывает на широкие плечи. Его движения резкие, отточенные. Уверена, Кондрат уже составил план отцовства. И даже просчитал возможный ущерб.

– Ты с ума сошёл? – выдыхаю я, опасаясь попасть в заточение. – У меня вещи внизу, коляска у главного входа…

– Купим новые. Всё, что угодно. Едем. Сейчас, – он решительно открывает дверь и смотрит на меня взглядом, не раз заставляющем трепетать вице-президентов. – Или ты передумала делиться ответственностью?

Это точно рассчитанный удар ниже пояса. Прижимаю к себе Агнию, почувствовавшую моё напряжение. Дочь затихает. Малышка точно копирует выражение лица отца, взирая на него голубыми глазами. Кажется я сделала вторую большую глупость в жизни. Дочь я ему не отдам!