Харза из рода куниц (СИ) - Гвор Виктор - Страница 61

— Но стоит отметить и выдающихся людей нашего края, — наместник перешел на личности. — Вот Афанасию Ивановичу Вяземскому в следующей декаде исполняется сто лет! А он жив, здоров, бодр и полон сил! Так вручим же князю Вяземскому знак «заслуженный ветеран Хабаровского края»!

Старый князь под аплодисменты поднялся на подиум, дал приколоть на увешанную орденами грудь очередную висюльку и спустился в зал.

— Князю Аносову за выдающиеся успехи…

Награждали исключительно в связи с круглой датой. Но, собственно, где набрать свершивших деяния в обусловленный период, когда время мирное, и подвиги совершать не требуется? А дожил — уже молодец.

— Мы все свидетели, того, как отличился князь Куницын-Ашир, вернувший вчера родственникам погибших фамильные реликвии. Надо не забывать, что для этого Тимофею Матвеевичу потребовалось выследить и разгромить банду печально известного Самохвата. И я не оговорился! За заслуги перед империей владетелю Кунашира, Тимофею Матвеевичу Куницыну-Аширу, пожалован княжеский титул и выделены родовые земли в устьях рек Большая Хадя, Май и Уй. Прошу, Тимофей Матвеевич! Давайте все вместе поздравим нового князя!

Харза вышел, получил регалии, пакет с документами и положенную порцию аплодисментов, пожал мягкую ладонь наместника, покивал рукоплескающему залу. Полученное отправилось в пространственный карман, эту магию Тимофей уже освоил.

Следом наместник представил Павла Долгорукого, вручив гостю и чемпиону богато отделанный альбом с видами Хабаровска. На этом торжественная часть благополучно закончилась.

Публика начала рассасываться по дворцу. Танцевальный зал, фуршетные столы, уютные диванчики у окон. Смазливый типчик предложил Тимофею составить компанию в карты (оказывается, предусматривался отдельный зал для любителей), наткнулся на холодный взгляд новоиспечённого князя и растворился в толпе. Расхотел. Или вспомнил покойного Самохвата.

Братьев Нашикских заметить пока не удалось. То ли проигнорировали бал, что сомнительно, то ли успешно скрывались в толпе. Тимофей не волновался: проявятся обязательно. А пока прошли в танцевальный зал, не дожидаясь, когда «москитный флот» начнёт новую атаку. Да и невместно молодым людям манкировать танцами.

В молодости Харза, как и все ребята с его двора делил танцы на две категории. «Медляки», когда следовало прижать партнёршу к груди и покачиваться в такт музыке, и «быстряки», где следовало прыгать враскоряку под нестройный бой барабанов и строить гримасы. К выпускному вечеру, по настоянию мамы, Тимоха выучил вальс, и не ударил в грязь лицом на мероприятии. Ну, и, конечно, брейк-данс без музыки, совмещённый со стрельбой по-македонски.

Барчук, естественно, танцевать учился, но, как и всему иному, без фанатизма. Соответственно, в его исполнении все танцы выглядели как «медляк» и «быстряк» из молодости Харзы. Разве что вальс, под нажимом мамы, освоил на уверенную честную тройку.

На устроенных Надей специально к балу занятиях, теория и практика двух миров, помноженная на хорошее владение телом, подняло вальсирование на приличный уровень. Но всё остальное даже до твёрдой «двойки» не дотягивало. И теперь задачей Харзы было умудриться, находясь в танцевальном зале, отрабатывать только вальсы, пропуская всё остальное, то есть, четыре танца из пяти. Для непредвиденных случаев существовало несколько домашних заготовок, первой из которых пришлось воспользоваться очень скоро. К счастью, мелодия оказалась достаточно бодрой, и Тимофей с Хотене провели отличный спарринг под музыку.

— Ну всё, — прокомментировала Надя выступление Куницыных. — Теперь весь высший свет будет изучать муай боран. Диктуете моды!

— Пусть учат! — отмахнулся Тимофей. — Чем бы дитё не тешилось…

— Пойду, попудрю носик, — улыбнулась Хотене. — В горле пересохло!

Надя придержала дернувшегося следом Павла:

— Павел Анатольевич, этот вальс Ваш!

Харза только усмехнулся, глядя, каким взглядом княжич провожает сестрёнку.

— Тимофей Матвеевич, — Оленька была, как всегда, очаровательна. — Не пригласите даму на танец?

— С удовольствием!

К счастью, вальс. Впрочем, вряд ли случайно. Наблюдательности и умению делать правильные выводы даже из минимума информации свердловчанки можно было только завидовать.

— Какой интересный танец, — улыбнулась Оленька, кружась по залу. — Давно не видела ничего столь оригинального. Это ведь что-то из боевых искусств?

— Мы старались, — отзеркалил улыбку Тимофей. — В детстве тренировались под музыку, а тут пришла идея сделать из этого танец. Первое прилюдное исполнение.

— Да, очень свежо и оригинально, — согласилась девушка. — Правда, боюсь, повторить смогут единицы.

— Ну Вам-то это под силу.

Оленька улыбнулась:

— Я до сих пор не поздравила Вас с титулом. Прошу прощения, вопиющая бестактность!

— Ради вулканов Черного острова! Оленька, Вы первая, кто это делает! Если кто и задержался, то точно не Вы! И по этому поводу, у меня есть для Вас небольшой сюрприз!

— Я вся внимание!

— Обратите внимание на мои родовые земли. Очень интересные места. И бухты изумительные.

— Наверняка замерзающие?

— Не Находка, разумеется, и даже не Гавайи, но круглогодичная навигация возможна. А расположение стратегическое.

— Ну, не знаю, — протянула партнёрша.

— Гляньте на картах, и если понравиться, присылайте предложения.

— А на месте посмотреть?

— Не вопрос! Всегда готов обеспечить доставку с любой точки побережья. Там есть посёлок лесорубов, но дорогу со стороны материка пока не проложили. Геодезисты уже работают. Планируют город.

— Даже город, — Оленька чуть наклонила голову и приподняла бровь. — Интересно. Пожалуй, стоит туда заглянуть на днях. Благодарю за танец. Ой, что это?

Из соседнего зала донёсся грохот.

— Простите! Я туда!

Впрочем, Ильина несильно отстала от партнёра.

На полу, в самой середине соседнего зала корчились троё мужчин. Хотене замерла в Тха Сао, готовая в любую секунду нанести удар. От фуршетных столов спешили Ильин и князь Вяземский.

— Что случилось, сестрёнка? — скорчил удручённое лицо Харза. — За что ты избила этих недоносков?

— Сам ты недоносок, — прохрипел старший из лежащих, сверкнув правым глазом. Заплывший левый не открывался.

Тимофей только усмехнулся.

— Вот этот, — сказала Хотене, показывая рукой на самого молодого, — назвал меня бл… нехорошим словом. А этот, — рука переместилась на говорившего, — предложил непотребное. Или этот, — девушка указала на третьего. — Нет, этот пытался схватить за руку.

— Всё так и было, — сказал Ильин. — Сцена была безобразной. И прошу прощения, Тимофей Матвеевич, что не успел вмешаться. Ваша сестра очень быстра.

— И я подтверждаю, — кивнул головой князь Вяземский. — Такие оскорбления смывают только кровью.

— Именно, — кивнул Тимофей. — Господа, Вы оскорбили мою сестру. Требую сатисфакции.

— Это вызов? — прохрипел старший.

— Совершенно точно.

Вокруг уже собралось немало народа.

— Господа, господа, — вмешался подошедший Сабутдинов. — Нельзя ли решить вопрос миром?

— У нас, для них бы уже кол строгали, — прищурилась Хотене. И мило улыбнулась.

— Никак нельзя миром решить, Александр Николаевич, — вздохнул Тимофей. — Моя сестра права. Только поединок.

Советник вздохнул, понимая, что дуэли на празднике не избежать.

— В каком порядке Вы вызываете княжичей Нашикских?

— Не хватало ещё тратить половину вечера на сопляков, валящихся от девичьей пощёчины, — рассмеялся Тимофей. — Всех троих сразу. Выбирайте оружие, утырки!

Теперь глаз старшего засверкал торжествующе:

— Магия! Чистая магия!

— Превосходно! Александр Николаевич, как тут с площадкой?

— Имеется, — буркнул Сабутдинов. — А может, все-таки?.. В честь праздника…

Куницын покачал головой.

— Молодой человек прав, — Вяземский в упор смотрел на поднимающихся с земли братьев. — Такую плесень надо давить, как тараканов. Где увидел, там и прихлопнул!