Род Комаришкина (СИ) - Мрак Сергеевич - Страница 3

Со стен схлынуло отчаяние, появилось воодушевление, стали слышны крики «дай я сам этого монстрюгу добью», «спорим вон того с трех выстрелов завалю» и тому подобные.

Заправив ленту капрал прильнул к пулемету и короткими злыми очередями начал выкашивать изрядно поредевшую толпу монстров.

Внезапно воодушевление сменилось паникой. Недоуменно оглянувшись капрал застыл в ступоре.

Бросивший гоняться за разбегающимися от него монстрами, весь в кровавых потеках, абсолютно голый, с безумной усмешкой не предвещающей бойцам ничего хорошего, Комаришкин лез на стену.

Глава 2

Приходить в сознание было тяжко. Так тяжко мне было только в прошлой жизни, когда я в свой первый поход в кабак ввязался в соревнование «кто кого перепьет». С нынешней регенерацией мне не должно было быть так паршиво, но, что-то вчера пошло явно не так.

Последнее мое цельное воспоминание было о драке с рогоносцем прорыва и поглощении его жизненных сил через Вампиризм. Теперь я понимал предупреждения написанные большими буквами к этому заклинанию «НИКОГДА НЕ ПРИМЕНЯТЬ НА ЖИВОТНЫХ И РАЗУМНЫХ НЕ СВОЕГО ВИДА!!!».

Кроме жизненных сил я получил и изрядную долю примитивных чувств, желаний и устремлений. Они не могли усвоиться и переработаться моей душой из-за чуждости их строения и встали надстройкой захватив надо мной контроль. Или наоборот — я захватил и поддался этим чувствам не взирая на тихий крик разума болтающегося где-то под ними.

Я жаждал драки, крови и куда-то туда «за стену». Именно в такой последовательности по силе желаний. Меня сжигала потребность уничтожить всех, кто не относился к моему виду. И я не видел ничего плохого в этом желании.

Хорошо, что внутренняя установка этого рогатого короля прорыва требовала именно уничтожения «другого вида», а не, скажем «двуногих сидящих за стеной». Монстры были людям совсем не родня и я активно занялся их уничтожением. Наверное, после завампиривания короля прорыва от меня исходили какие-то эфирные волны или что-то подобное принадлежащие ему. Суть человека, хоть медленно и слабо, но выталкивала чуждое из себя и эти эманации не позволяли монстрам наброситься и растерзать мою тушку всей сворой. Со мной бились только те из них, на кого я нападал, чисто на инстинкте самосохранения борясь за свою жизнь.

Последний проблеск воспоминания был о том, как я лез на стену.

Мда. Что бы я хоть еще раз воспользовался Вампиризмом не следуя указаниям — да ни в жизнь! И так, чуть себя не потерял! Хуже могло быть только если попробовал бы применить Поглощение сути, тогда точно бы остаток жизни бегал без проблеска разума, а на меня устраивали бы охоту.

Скрип двери отвлек меня от самокопания и воспоминаний.

— Ваша Светлость, вы очнулись? — шепотом спросила сунувшаяся в проем двери голова, заметила мои открытые глаза и тут же убралась с возгласом: — Я сейчас!

Буквально через пару минут, мой личный кофедельщик появился вновь с подносом на котором стояла огромная кружка исходившая паром и распространяющая по комнате божественный запах кофе.

— Из личных запасов прошлой Светлости и по его уникальному рецепту помогающего после запойных оргий! — похвастался боец.

— А что, вчера я умудрился еще и пьянку с оргией устроить? — удивился я принимая кружку.

— Вы вчера рвали монстров руками, а потом полезли на стену с явно недобрыми намерениями. — зачастил собеседник. — Мы уж не знали что делать! Стрелять нельзя, а глаза у вас дикие. Хорошо, одноглазый капрал сориентировался и заорал тащить ружья с транквилизаторами из арсенала. Как раз, как вы перелезли и спрыгнули, их и принесли. Только оные вас плохо брали, хотя одиночных монстров, когда их для разборки на всякие зелья охотят — берут с пары попаданий. Вы падали, но потом упорно вставали. Благо кто-то из бойцов догадался влить в вас спирт из фляжки. Спирт подействовал лучше дротиков, вот канистру его вам и споили.

— Мда… — действительно, напичканный чуждой энергетикой, транквилизаторами, десятком литров спирта, да с подавленной регенерацией и пошедшим в разброд Карманом Души из-за посещения центра прорыва, я еще удивляюсь утреннему самочувствию. — Благодарность этому капралу надо объявить.

— Уже! Как закончили с отстрелом оставшейся мелочевки, обработали ему выбитый глаз, так начали чествовать победу и умную мысль капрала всем фортом! До сих порт отмечают, запас бренди кончился еще ночью, скоро запасы спирта подойдут к концу, тогда и разойдутся.

— А ты, что не празднуешь? — даже как то странно, что кто-то отказывается от гулянки.

— А мне сказали за вами присматривать, да пообещали шею свернуть, если вы с утра окажетесь не в настроении от такого неподобающего с вами обращения. — вытянулся в стойку «смирно» малой. — Я и выполняю. Пошукал по заначкам бывшего Ситятельства в кабинете, поспрошал повара, вот и сделал: кофе, пряности и коньяк.

Действительно, с каждым глотком спутанность сознания и головная боль отступали, соображалка начинала мыслить яснее, пора и за дела приниматься.

Одеваться пришлось с местного склада. Своей одежды у меня не осталось, да и внедорожник предавшие КаМедианты утащили с собой. Что порадовало, так это висевший у причальной мачты дирижабль. Видать моя уловка со снотворным и алкоголем сработала на отлично и, пришедший в себя экипаж, вернулся в точку базирования. К нему-то и направился.

— Капитан! — гаркнул я подходя к мачте, подниматься на борт мне не хотелось.

Роман Свекольсикй выглянул на зов, поправил фуражку и спустился на землю.

— Как ваши дела? — спросил я оглядывая помятую после медикаментозного сна физиономию.

— День добрый! Спасибо, хорошо! — отрапортовал мне он. — Вот только из ваших пленников выжила только девушка.

— Это как так? — удивился тому, что хоть кто то из них выжил.

— Одного вы застрелили в голову. Второй, с простреленным коленом, превратился в овощ, подлет к королю прорыва не прошел для него даром. Его-то никто не поил и снотворным не угощал. А девушка так и провалялась связанная без сознания. Ее мы по прилету в темницы сдали.

— Что ж, отлично. — порадовался я хоть одному «языку». — Боезапас пополнили?

— Занимаемся. Через час будем готовы.

— Тогда я вас больше не задерживаю. — опустил я капитана и предупредил напоследок: — Готовьтесь к отлету через пару часов.

Эти два часа потратились на организацию хоть какого-то руководства и назначения ответственных. Подтвердил обещание о приеме в гвардию сразу после выхода рода из состояния войны. Посетил арсенал, где подобрал вооружение.

Первым делом взял штурмовой карабин под серьезный калибр. Такие не особо любят — дырки-то он делает приличные, но и отдача зверская. Озадачил местного оружейника сменой затыльника на прикладе. Мастер снял упругий для частичного гашения отдачи и поставил стальной, предупредив меня, что пинаться карабин будет больно. Но мне это без разницы, синяки легко уберет регенерация, вот идея разбивать головы прикладом — понравилась.

Подобрал аналогичный утерянному в бою с монстрами дерринджер и ножную кобуру для него. Он дважды мне помог, так что — пригодится. За пояс пошел привычный металлопластовый восьмиразданик, на этом и решил остановиться.

Еще успел заскочить в темницу, точнее в здание для содержания задержанных. Уж очень хотелось узнать причину предательства и что они с этого поиметь думали. Ведь прекрасно же понимали — такое не прощается! Стоит мне рассказать об их нападении на нанимателя и конец не только отряду, но и их карьере наемничества.

Да и вообще, устроиться куда-то в более-менее приличное место не выйдет. С тем, кто их примет могут и дела перестать вести. Если привечает предателей, то сам из той же породы, а значит — кинет в самый неподходящий и ответственный момент.

Анжела лежала в камере на кровати, по словам охранников в себя она не приходила, медик ее уже навестил, диагностировал сильное сотрясение и обещал, что через сутки она точно очнется. Придется пока отложить допрос.