Любовь в прямом эфире - Султан Лия - Страница 8

– В смысле? Ты замуж выходишь?

– Не-е-ет, – засмеялась она. – Ну выражение такое устаревшие, – она принялась активно жестикулировать. – То есть девушка такого возраста, когда уже пора замуж. Правда, мой возраст больше относится к бальзаковскому.

– Занятная ты девушка, Соня, – Лев заинтересованно скользнул по ней цепким взглядом, отчего на ее щеках вспыхнул легкий румянец.

Лев уже давно не испытывал такой легкости в общении с противоположным полом. Он привык решать задачи и проблемы, а на душевные разговоры ни сил, ни времени уже не оставалось. А Софья… она казалось ему необычной, интересной, очаровательной. Такие, как она, сейчас редкость.

В середине вечера ему позвонила дочь. Ее звонки он всегда принимал, потому что знал: Алиса очень скучает. Лев сам сказал, что она может набрать ему в любое время. Чувство вины перед дочерью до сих пор не отпускало его.

Он извинился перед Соней и вышел в холл кафе, чтобы спокойно поговорить.

– Привет, Лисёнок, – ласково сказал он.

– Папа, а ты когда придешь? – грустно прошептала дочь.

– В субботу, как обычно.

– Это долго. А раньше можешь?

– Хочешь, завтра заберу тебя со школы? – немного подумав, предложил Лев.

– Хочу. А ты маме позвонишь, предупредишь?

– Конечно. Я ей напишу.

– Нет, ты лучше позвони. Вдруг она не увидит, – настаивает девочка.

– Хорошо.

Ох уж эта Алиса – маленькая хитрая лисичка! Уже не в первый раз она создавала ситуации, чтобы соединить родителей. И разве можно ее в этом винить?

– Па-ап, я соскучилась. Сегодня у меня опять был приступ.

Лев нахмурился, прочистил горло и спросил:

– Мама была рядом?

– Да. Она сказала, надо сходить к врачу.

– Она права.

Чувство вины снова пронзило его. Пообещав дочери приехать, он заблокировал телефон и вернулся в зал. А там развернулась настоящая драма. Рядом с соседним столиком сидел на корточках мужик с разбитым носом. Он стонал и прикрывал его рукой. Багровые капли стекали по подбородку на светлую рубашку.

– С*ка! Ты мне нос сломала! – вопил мужик, которому на вид было чуть больше тридцати.

– Скажи спасибо, что я тебе твой корнишон не отрезала и в жопу не засунула! – огрызнулась растрепанная Софья. Она стояла, скрестив руки на груди, и Льву показалось они дрожали.

Вокруг разукрашенного суетились официанты и администратор.

– Может, скорую? – предложила одна из девушек.

– Мы уже вызвали полицию, – сообщила хостес.

– Что здесь происходит? – громко рыкнул Лев, сразу же обратив на себя внимание участников шоу и посетителей. Он выглядел так грозно и властно, что даже администратор готова была бегать перед ним на задних лапках.

– Девушка ударила мужчину.

– В смысле девушка ударила!? – возмутилась Софья. – А ничего, что он меня лапал?

– С*ука, я думал, ты официантка, – выругался терпила.

Лев не стал церемонится и под крик впечатлительных барышень – всех, кроме Сони, одним ловким движением поднял мужика за шкирку и бросил на стул. Очень хладнокровно и выразительно он объяснил ему, что девочек обижать нельзя. Потом Лев выпрямился, осмотрелся и сказал хостесу:

– Записи с камер принесите.

– Но… – замялась она.

– Быстро.

Испуганная сотрудница ресторана убежала, а Лев повернулся к Соне:

– Как всё было?

– Ты ушел в холл, а я в туалет. Иду обратно, и этот, – бросила она брезгливый взгляд, – схватил меня и усадил на колени. Начал лапать. А я ненавижу, когда меня трогают. Ну, я и врезала ему. Но немного не рассчитала, – пожала плечами она.

– Понятно, – Лев потер переносицу. – И давно у тебя это?

– Что? – выпучила она свои прекрасные зеленые очи.

– Ты сказала, не любишь, когда тебя трогают.

– А-а-а, это. Да, давно, – произнесла девушка, отведя взгляд.

– Полиция приехала! – воскликнула официантка, стоявшая рядом.

Соня и Лев одновременно обернулись, а один из полицейских вдруг расплылся в ехидной улыбке.

– Мышка, опять ты? Кто на этот раз?

– Дай угадаю, – усмехнулся Лев, – тоже твой родственник?

– Это мой кент со двора. Привет, Расул! Как жизнь? – Соня подняла ладонь в знак приветствия.

– Ну, как ты думаешь, Мышка? Весело, благодаря тебе, – посмеялся парень. – Так, что у нас тут?

Он наклонился к «потерпевшему» и принялся с интересом его разглядывать.

– Я так понимаю, твоя работа? – поинтересовался он, подняв голову и поймав взгляд Сони. – Ты как серийный убийца, Мышка. Уже имеешь свой почерк. Бьешь прямо в нос.

– Спасибо, – фыркнула девушка. – Я старалась, чтобы крови в этот раз было немного.

– Немного, бл***? Ты меня изуродовала! – начал протестовать мужик.

– Сиди уже, – недовольно буркнул Расул.

– Вот здесь запись с камер, – хостес протянула флешку напарнику участкового.

– О, вот это хорошо. Вот это молодцы! Ну рассказывай, Мышь, чё ты тут устроила?

Лев смотрел на этот театр абсурда со стороны и совершенно неожиданно для себя осознал, что Соня нравится ему еще больше. Вот только одну ее опасно оставлять для жизни… окружающих.

Участковый, посмотрев видео, заявил, что здесь налицо домогательство и самооборона. «Потерпевший» тут же переобулся, начал извиняться и плакаться, что его бросила жена и он пришел залить горе горькой. Градус повышался, а мозги отключились. Соня только цокала, закатывала глаза и острила. Но на мировую все-таки пошла, потому что: «Мне этот гемор нафиг не сдался на ночь глядя. Оформляй».

***

– Извини, что так получилось. Вообще-то это приличное место, – сокрушался Лев, когда вез Софью домой.

– Бывает. В любом приличном обществе есть неприличные люди, – философствовала Соня.

– Хорошая фраза. Надо запомнить, – Лев внимательно следил за дорогой, но украдкой поглядывал на девушку.

– А почему тебя называют Мышкой?

– Это с детства, – тихо засмеялась она. – Когда мне было четыре, мама вышла замуж за отчима. Он меня удочерил, дал свое отчество и фамилию. От первого брака у папы двое сыновей. Когда он привел нас знакомиться с его родней, я очень страшно всех боялась и держалась за мамину юбку. И на все вопросы отвечала тихо-тихо. И сестра папы сказала, что я пищу, как мышка. Ну вот.

– А драться тебя тоже папа научил?

– Не-е-ет. Папа научил меня стрелять. Он любит охоту. Мои братья занимались боксом и меня немного приобщили.

– Брат, который чеэсник?

– Да. Один из.

– А то, что твой друг сказал, – правда?

– Что именно?

– Что у тебя почерк, как у серийного убийцы?

– Не-е-ет, – засмеялась Соня. – Это прикол у нас такой. Я только один раз ударила парня, который распустил руки. Это было в нашем дворе. Мне было лет 18.

На несколько секунд воцарилось молчание. Лев хотел задать очень важный, но неудобный вопрос. Однако не знал, как сделать это правильно.

– Можно последний вопрос?

– Давай.

– Почему ты не любишь, когда тебя трогают?

Он мельком взглянул на Соню, а она и бровью не повела.

– Меня в детстве пытались похитить цыгане на Зеленом базаре.

– Да ладно! – воскликнул Лев. – Не может быть! Ты шутишь?

– Серьезно! Я понравилась жене цыганского барона, потому что была белокурая и кучерявая.

Лев громко засмеялся.

– Понятно, – он крутанул руль и машина повернула направо, – не хочешь об этом говорить?

– Не хочу, – отрезала Соня.

Лев припарковался в ее дворе и заглушил мотор. Он догадался, что Софья немного зажата после случившегося. Ему очень хотелось слегка коснуться ее руки, но пришлось сдержаться. И, когда она поблагодарила за вечер и спешно покинула салон, он точно решил, что эта встреча не последняя.

Глава 8

Софья. Наше время

Умывшись и переодевшись в домашние шорты и майку на тонких бретельках, иду на кухню заварить себе чай. Поплакала, пострадала и вроде бы успокоилась – нам не привыкать. На столе звонит мобильный, а на дисплее высвечивается фотография мамулечки. Только она может звонить так поздно.