Сердце эльфийки - Maore Astra - Страница 11

Но одно дело благоразумие, а другое – то, что подсказывает мне внезапно ставший очень плотным и горячим воздух. Ренато смотрит на меня, как на десерт, который хочет растянуть… или проглотить целиком.

– Играем в одежде? – спрашиваю невинным тоном. Я пока еще владею ситуацией.

Ренато красиво изгибает бровь:

– А мы разве играем? Просто завтракаем. В одежде, разумеется.

– А ты всегда завтракаешь в рубашке? – мой тон все такой же непринужденный, хотя сердце стучит быстрее обычного. Я играю с огнем, понимаю… И уже не хочу останавливаться.

– Хочешь без нее, малыш? Хорошо… Ты уверена, что готова поесть без правил?

Темно-зеленая ткань рассоздается на моих глазах, открывая великолепное мускулистое тело Ренато. На публике никто не ходит без одежды, даже на пляже. Эти литые мышцы живьем видели только избранные. К щекам густо приливает кровь, мне становится жарко. А ведь Ренато даже меня не коснулся. Просто смотрит в упор. Жадно, откровенно, зрачки затопили радужки. Так, что сейчас нет и тени сомнения, насколько я его привлекаю.

– Где еда? – не узнаю свой голос. Взгляд не могу оторвать, рассматривая Двоюродного. Рассеянно скольжу по всему его роскошному телу, переводя взгляд на лицо. Улетаю с каждым мгновением. С каждым ударом сердца.

– Еда, малыш, давно на столе.

– Да? – вспыхиваю еще сильнее. Все мое тело горячее, а мысли путаются. С трудом перевожу взгляд с мощных мышц груди и кубиков пресса Ренато на стол. Там действительно стоит плоская большая тарелка, полная самых разных нарезанных фруктов. И глубокая миска с водой, чтобы споласкивать руки. А еще стаканы с соком.

– Я голоден… – низкий чувственный голос Ренато обволакивает саму мою душу. Залипаю взглядом на его соблазнительные губы. Они так и манят прикоснуться. Сердце бьется оглушающе громко, до шума в ушах, когда уже нет мира вокруг, нет совсем ничего. Только эти мягкие горячие губы и их нетерпеливо-нежные касания.

– Первой кормить будешь ты.

Сам его голос, как сок, густой и сладкий. Я беру кусочек сахарного персика, и мякоть оставляет липкие капли на кончиках пальцев.

Ренато не отводит взгляда. Его зрачки расширены, глаза почти черные в полумраке столовой. Я медленно подношу фрукт к его губам, и он принимает его беззвучно, кончик языка скользит по моей коже, обжигая.

Капли сока падают мне на обтянутое тканью платья колено. Выдыхаю.

– А это… крошки? Капли считаются? – спрашиваю, и сама не узнаю свой голос.

– Разумеется. Я их съем.

От одного звука его голоса меня прошивает удовольствием. Резко. Необратимо. Это слишком приятно, я почти не владею собой. Не смотрю, куда еще падают сладкие капли. Протягиваю сочный желтый ломтик Ренато, завороженно глядя, как мои пальцы оказываются все ближе к его губам.

Глава 7. Прошлое

– Съешь меня вместе с фруктом? – шепчу, ощущая, как внутри сладко обмирает. Прошлые поцелуи Ренато вспыхивают в памяти горячими искрами.

Ренато медленно пережевывает кусочек персика, но звук его глотания уносит все умные мысли прочь. Я никогда не думала, что можно так… есть.

– А ты приглашаешь? – его чувственно изогнутые губы блестят от сока.

Мое дыхание сбивается. Я хочу, чтобы Ренато вспомнил про капли на моем платье. Хочу, но боюсь признаться:

– Нет. Твоя очередь кормить меня. Я тоже… голодная, – голос звучит неожиданно низко.

Хочу, чтобы Ренато забыл, как дышать. Чтобы все его дела растворились, а этот завтрак длился вечность. Опасные мысли. Слишком опасные.

– Да. Моя… – его голос ниже обычного, немного хрипловат, в нем ни капли легкости.

Его пальцы, липкие от сока, подносят ко мне виноградину. Я раскрываю губы, и он задерживает ягоду на нижней чуть дольше, чем нужно. На языке – сладкий взрыв. А во взгляде Ренато – густой, темный голод.

«Троюродная Марисса, придешь сегодня в театр?»

Холодное, чужое сообщение прорывается в мой уютный, теплый мир, как порыв ледяного ветра. Какой еще театр?! Я сижу у Ренато на коленях, Я сижу у Ренато на коленях, чувствуя каждую мышцу его мускулистого тела через тонкую ткань платья, ощущаю его дыхание на шее.

Только потом понимаю: это Валериано. Я не запрещала рабочие сообщения. Но сперва уснула на пляже в объятиях Ренато, а теперь… растворяюсь в них вновь. И мне с ним так хорошо, что опасно.

Но с Двоюродными так хорошо всем. В этом проблема.

«Конечно, собираюсь. А что, мои поклонники уже штурмуют театр?»

«После того как ты ушла с Двоюродным, интерес к постановкам с тобой вырос в разы. Нужно это использовать».

Взгляд Ренато проясняется. Мы все так же сидим в обнимку: он полуголый, я при полном параде и в украшениях.

– Мари… С кем ты говоришь? Я ревную, – его голос растекается по коже, как мед. Какой же у него красивый голос, а!

– По работе. Начальник интересуется, буду ли в театре. Мы должны обсудить вчерашний спектакль: что сработало, что нужно учесть.

Ренато вздыхает, ослабляя хватку на моей талии.

– Хочешь, я еще раз покажусь с тобой у ваших ворот?

Легкое движение пальцев, и следы сока исчезают. Капли на моем платье – тоже. Жаль. Ренато будто отдаляется, и мне становится немного холодно. А он уже в рубашке – темно-зеленой, в тон моим новым браслетам.

– И что мне им сказать про нас? – спрашиваю тихо.

– Что я почти тебя съел. И все еще хочу похитить, – Ренато улыбается привычно безмятежно.

Ну конечно. Он опять несерьезно…

– Конечно, хочешь. Я же тебе за спасение должна, – не могу спросить прямо, когда мы увидимся снова. Не доставлю ему такого удовольствия.

Ренато поправляет прядь моих волос:

– Я тебя найду. Возможно, не так быстро… у меня есть планы. Тебя ждут, бери украшения и обними меня крепко-крепко, – Ренато выглядит сосредоточенным.

Какие планы? Кто теперь окажется у него в руках? Какая девушка станет новым «украшением коллекции»? Снова гадать до судорог.

Ладно. У меня тоже есть планы. Например, найти Паоло и вытрясти из него хоть что-то. За сплетни я готова платить своими. Популярность – это всегда разговоры за спиной. Я ее хочу. А чего хочет Двоюродный Ренато – вопрос куда сложнее. Я ведь могу всем сказать, что он по уши влюблен. И доказательства у меня есть: ночной пляж, сад, дорогие подарки, поцелуи со вкусом фруктов.

Валериано, скорее всего, даже одобрит – для популярности театра это золото. Если ты интересна Двоюродному, то интересна всем. Эльфы хотят знать, чем же ты особенная, и не раз придут посмотреть на тебя, чтобы выведать твои секреты. Конечно, если этот интерес Двоюродного – полноценный роман, а не просто встреча на разок.

Я обнимаю Ренато, прижимаясь щекой к его груди у ключицы. Его запах окутывает меня.

– Ты обалденно пахнешь! Ну как так? Как можно быть настолько бессовестно совершенным?

Он смеется, и вибрация этого смеха проходит по моей щеке.

– Ты тоже, малыш. Прости, если сегодня я сказал тебе слишком мало ласковых слов. Теперь пойдем.

В его руках я чувствую себя драгоценностью, выставленной на продажу. Красивой, дорогой… но не любимой.

Мы телепортируемся. Толпа на площади у ворот Троюродных мгновенно взрывается шепотом. Толпа тут никогда не редеет – просто одни эльфы сменяют других. И, конечно же, кто-то замечает мои браслеты первым. Гул ползет по площади: «Смотрите, они одеты в одинаковых цветах!»

Я опять, как трофей, у Ренато на руках. Он отпускает меня не сразу. Его губы касаются моих – коротко, обжигающе. Недостаточно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.