Элемент власти. Том IV - Flow Ascold - Страница 9

Эту фразу я по большей части понял. Но всё равно выглядело немного странно. Я как будто в телешоу с розыгрышем попал…

Пока он продолжал трястись, заваривая мне кофеёк, ему начали подпевать другие посетители и обслуживающий персонал. Сумасшедшие…

Я открыл карту и ручкой выделил все кладбища города.

– Ну вот. С первыми целями определились… – Довольный этим, я сложил бумажную карту.

Ближайшее кладбище как раз неподалёку от торгового центра. Мы его проезжали. Я тогда заметил людей, что шли к нему. В их руках были цветы, а на лицах грусть и тоска. Надо соответствовать образу. Благо костюм чёрный, выражает траур.

– Ла-ла-ла-ла! Эспрессо макиато, пор фаворе! – поставил самый счастливый на свете официант две кружки передо мной.

Выпил я их за десять секунд и отправился на выход. Надеюсь, географический кретинизм меня не оставит в дураках!

Повезло! Я сориентировался на разноцветное здание с кривыми стенами, что было где-то по дороге после кладбища, и, выйдя из торгового центра, сразу же заметил его. Купил цветы и отправился делать своё дело. Как закончил, двинул к ещё одному кладбищу, но в этот раз уже поехал на такси.

Целый день с кислой миной я мотался по всему огромному Памижу, ловя такси и расплачиваясь наличкой, чтобы добраться от случайной точки в городе к магазину цветов и нового кладбища. Даже пару фраз на местном, хрустящем, как круассан, языке выучил.

День наблюдений, день понимания, день сбора сил для предстоящих побед. Тридцать два кладбища… Многие очень старые. Некоторые идеально зачищены. Были видны следы работы с духовной силой. Будь люди, что занимались этим, большими профессионалами – я бы этих следов не увидел. И всё же своё дело они сделали. А в остальных я уж поработал. Ничего сложного. Сидел себе с грустным лицом на лавочке, смотрел в землю для виду, а сам вёл незримую битву с теми, кто остался душой в этом мире. Помогал им, и самому становилось легче дышать. Маленькое, никому не видимое, но очень полезное и для мира, и для меня дело.

Солнце начинало клониться к закату. Когда я в очередной раз сел в такси, задал водителю мучивший меня весь день вопрос. Ни на одном из кладбищ не было могил рабов. Сжигали их в крематориях или были свои кладбища, я не знал. Вот решил уточнить. Осторожно так, чтобы лишних вопросов не было. Сразу сказал, что я писатель, собираю материалы для новой книги. Ну, как сказал… Где жестами, где кривыми фразами из словаря объяснил.

И мне точно так же объяснили, что такое есть, и оно за городом. И даже не одно. Я запомнил эту информацию и вернулся в отель. Анна уже была в номере и дрыхла, совершенно позабывшая обо всём на свете и объятая тысяча и одной покупкой. От количества пакетов просто пестрело в глазах. И это она всё купила несмотря на слабость в теле… Демон алчности и шопинга воистину страшен.

Я развалился на кровати в другой спальне, куда до этого даже не заходил. Посидел в ноутбуке, пообщался с эльками-разведчиками, создал новых, свеженьких. Понял, что дожидаться пробуждения Анны нет смысла, и направился на поздний ужин в ресторан на другой стороне улицы. Хотелось ещё немного понаблюдать за местным аристократами, свободными людьми и рабами. Их взаимодействия, разговоры, поведение…

Если бы я сегодня отправился покупать раба, моё поведение могло бы выдать меня в два счёта. Хорошо, что я не стал спешить. Сейчас нужна деликатность, гибкость и незаметность.

– Bonsoir, monsieur, êtes-vous occupé? Pourriez-vous offrir un café à deux charmantes dames? – какие-то две курносые бледнолицые профурсетки уже были тут как тут, стоило только светануть кошельком.

– Не говорю по-вашему.

– Ви? Месье иностранец? – без спросу сели они за мой столик.

– Да. Тут занято, я жду свою подругу, – предупредил я двух девиц, которые ни внешне, ни духовно меня не привлекали.

– Месье, – словно невзначай, одна из них, брюнетка, коснулась моей ладони. – Ми с подругой могли бы устроить вам невероятный ночной экскурс в столица культура и мода Памиж! Я же вижиу, ви давно сидьите один, грустный. Памиж нельзя грустить. Памиж нужно веселье! Верьте меня, я знаю толк веселье!

И в этот самый миг на двух суицидниц упала тень Анны. Вот теперь, я уверен, меня ждёт настоящее веселье.

– А ну, сдриснули прочь от моего жениха, прошмандовки помоечные!

В глазах Анны сверкали молнии. Она была готова в любой миг схватить их за волосы и впечатать лицом в стол.

«Не надо…» – покачал я головой, давая понять, что драться с какими-то дурами – не лучшее завершение дня.

– Какая грубая, страшная у тебя баба с мелкий сиськи, фу! – заявила брюнетка.

Источник Анны взорвался после этих слов. Кажется, она уже готова замуровать эту дуру в каменный гроб. И это заметил не только я…

Молчаливая подруга брюнетки тоже оказалась одарена магией.

Кажется, драки не избежать… Если только я не вмешаюсь. Но стоит ли?

Глава 5

Стоит ли вмешиваться в набирающий ход конфликт?

Сомнения появились лишь на секунду. Всё же мы прибыли сюда не для того, чтобы привлекать глупыми драками в публичном месте внимание полиции.

– Анна, сходи, закажи себе что-нибудь. А вы вдвоём – потеряйтесь, – произнёс я и чуть-чуть выпустил своей ауры наружу, чтобы припугнуть их.

Всё-таки женские эмоции куда сильнее мужских, и если они хотят конфликта, то голос разума может не достучаться до них.

Что-то громко вереща на французском и приковывая внимание всех остальных посетителей кафе, эта парочка ушла. Я надеялся, что навсегда, но оказалось, что они просто решили сходить за подкреплением…

Не успела Анна остыть и взять кусочек тортика для успокоения нервов, как три не самых впечатляющих представителя человечества появились рядом с моим столиком. Мы сидели неподалёку от входа и через прозрачное стекло видели ещё двоих парней на улице, а рядом с ними стояли те самые девицы.

Эх… Так и знал, что эти профурсетки за мой столик присели не просто так.

Стоящий по центру чёрт с татуировками на лице, бородой, серьгой в ухе и с ног до головы одетый во всё кожаное, байкерское прохрустел что-то на своём и резко потянулся за моей чашечкой кофе.

Его рука замерла, сжимая края чашки, ведь я держал его руку за запястье стальной хваткой.

– Ань, что эта обезьяна лепечет?

– Говорит, что ты оскорбил его сестру, и он заставит тебя за это ответить, – перевела она, с трудом сдерживая ухмылку.

– Спроси его: они все братья, или мне достаточно будет его одного опозорить, чтобы эта гопота исчезла и перестала портить нам вечер?

Всё это время мачомен из кожи вон лез, чтобы освободить свою руку.

– Он говорит: отпустить его.

Я и отпустил… Байкер улетел прочь с чашкой кофе, выливая всё на себя и роняя стулья соседнего столика.

Поднимаясь, злясь и корча рожу, он тыкнул на меня пальцем и начал сыпать угрозами. Даже бариста прокричал что-то про «полисьон».

Я поднялся и задал ещё один вопрос:

– Ты меня прямо тут, при свидетелях собрался на место ставить или есть местечко поукромней? Ань?

Девушка залпом допила кофе и перевела мой вопрос. Только вот перевод был каким-то долгим, и среди слов звучали такие фразы как «мудасьон, «идиото», «кретино», а в конце она и вовсе на наш язык перешла и просто с акцентом проговорила «жопу порвёт». Кажется, по дипломатии ей давал уроки ворон…

Кретины самодовольно вышли и стали у выхода.

– Ты видел, у них оружие было? – на всякий случай предупредила меня Анна.

– Он так им спешил похвастаться, что тут всё кафе видело. Потому бариста и заголосил, – пожал я плечами.

– А повторишь тот трюк с подпольной арены? – с блеском в глазах попросила Анна.

Вот уж наглядный пример того, что в тихом омуте черти водятся… Месяц была девочкой-паинькой, тихо делала работу, принося пользу. А тут только вырвалась в отпуск и уже к концу второго дня готова местной гопоте ствол в не предназначенную для этого кожаную кобуру засунуть.