Матабар VII (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой" - Страница 135

Арди поправил меховое пальто, прикрывавшее перевязанную руку. Она все еще, даже спустя почти три недели после происшествия в музее, так пока до конца и не зажила. На собственном примере Ардан понял, почему Мшистый, Аверский и даже Его Императорское Величество Павел IV ходили с протезами. Звездная наука и целительство все еще не достигли той степени развития, когда смогли бы лечить раны, оставленные могущественной военной магией.

Если бы Тазидахский маг попал немного выше и правее, то, возможно, Ардан и вовсе лишился бы руки. Сильно ли это его беспокоило? Несколько дней — да. Сейчас — почти нет.

События той давности и вовсе воспринимались им как прошедшие в лучшем случае несколько лет назад.

И вот он стоял в центре мигающего светового круга. Снег налипал на стекло фонаря, на какое-то время закрывал его свет, а затем таял. Снег таял, а Арди стоял и смотрел на дом двадцать три по каналу Маркова.

До Нового Года — шесть дней…

Шесть дней до момента, когда им с Тесс надо будет собрать вещи и съехать. Он ведь пообещал Рейшу Орману, отцу своей невесты. Он ведь понимал обоснованность требований господина генерал-губернатора Шамтура. Понимал и соглашался. Только на душе от того не становилось легче.

— Оказывается, я сильно привязываюсь к местам, — прошептал себе под нос юноша, разглядывая дом.

Когда-то, казалось бы, в прошлой жизни (хотя на деле меньше двух лет тому назад), общаясь с Мартом Борсковым, он находил между ними нечто общее. Точно так же, как знаменитый археолог тосковал по странствиям, находясь в столице, и, отправляясь в путь, мечтал вернуться в свой кабинет, — так же и Арди в детстве. Качая ногами над горными обрывами, он мечтал поскорее спуститься к лесным разливам. А оказавшись среди лесов и полей, рек и озер, с тоской поглядывал на нависшие над ним молчаливые, белоснежные верхушки родной Алькады.

Так же было и со степью, и Эвергейлом.

Так же, наверное, происходит и с их с Тесс домом, и…

Ардан повернулся к каналу, впадавшему в Ньюву, а та, в свою очередь, уносила черные воды прямиком в бухту Ласточкиного Океана. С каждым новым приключением, с каждым новым путешествием по Империи Ардан никак не мог отделаться от детских воспоминаний. Когда он, лежа около Хижины Эргара, вслушивался в торопливые, сбивчивые рассказы ласточек. Атта’нха учила его не слушать этих, как она говорила, бесчестных пташек, покидавших родные места сразу, стоило постучаться в их двери старушке Зиме.

Ардан пытался. Честно пытался. Но не мог.

Все, чего он добился, — это на какое-то время забыть об этих рассказах. Оставить их где-то среди горных льдов и снежных троп. Но теперь… Тазидахские мутанты, Рыцари Селькадо, корабли Островного Союза, послы Северного континента, Конгресс… Спящие Духи — там, за обледеневшим полумесяцем усталой бухты, прятался целый мир. Такой огромный. Такой удивительный. И такой…

Ардан повернулся к окну последнего этажа, примыкавшему к пузатому эркеру. Повернулся и улыбнулся. Мысли о ласточках вновь утихли. Спрятались под покровом запаха весенних цветов, распускавшихся у ручья. Арди, разумеется, не мог почувствовать отсюда запах, не мог увидеть в занавешенных окнах силуэты, не мог расслышать стука сердца, но все же точно знал: Тесс вернулась с репетиции пораньше.

По привычке сперва посмотрев влево, а затем вправо, убедившись, что его не собьет торопящийся домой клерк, Ардан перебежал на другую сторону улицы. Легко прыгая над сугробами, не погружаясь в них глубже половины подошвы, он вызывал удивление у замерзающих дворников, почти по колено стоявших в снегу.

Трелью прозвенел колокольчик:

— О, Арди! Спасибо тебе за скидку! Колени больше не болят, — протянул ему руку один из орков-вышибал, оберегающих покой посетителей.

— Погано выглядишь, полукоротышка, — хмыкнул его напарник. — Я думал, кровь матабар тебя уже должна была подлатать.

Ардан посмотрел на их коричневые, клыкастые лица и топорщащиеся бивни. Он даже помнил их по именам. Бандиты, но… какие-то теплые. Наверное. А может быть, он просто вновь занимался самообманом.

— Помогли бы снег убрать хоть, — Ардан крепко сжал протянутые ему ладони. — Там уже скоро к бару не пройти будет.

— Аркар как раз за инвентарем отправился, — один из них махнул в сторону приоткрытой подсобки.

— Аркар? — переспросил Ардан. — Он здесь?

В последнее время встретить Распорядителя Орочьих Пиджаков в «Брюсе» считалось большой редкостью. Никто, кроме Арди, не знал точной причины постоянных разъездов Аркара. Тот уже почти два месяца выяснял обстоятельства смерти Арсения — Распорядителя Молотков. Бывшего сослуживца Аркара и, возможно, его друга. А может — верного врага. Хотя, наверное, в их случае особой разницы между данными терминами уже и не оставалось. Как бы странно данное утверждение ни звучало.

Чем-то они напоминали Арду майора Мшистого и лорда Аверского, да примут его Вечные Ангелы.

— Последние несколько дней решил все-таки приобщиться к своим обязанностям Распорядителя, — фыркнул один из вышибал.

— Ты ему это в лицо скажи, Аграк, — замахнулся на него напарник, используя сокращенное от Аграраграк имя, и повернулся к Арду. — Хочешь присоединиться, Ард?

Ардан вместо ответа скосился взглядом на свое предплечье.

— Справедливо, — громыхнул орк.

Ардан обменялся приветственными взглядами с орками, сидевшими в темном, отгороженном углу, и ненадолго остановился около подсобки, но так и не решился войти внутрь. Если Аркар стал появляться в «Брюсе» чаще, значит, он либо ничего не смог выяснить, либо выяснил все, что хотел. И в первом, и во втором случае Ард находился не в том состоянии, чтобы услышать ответ.

Опираясь на посох, стараясь не тревожить руку, Ардан прошел через неприметную дверь и поднялся по лестнице. Казалось бы, совсем недавно он, сталкиваясь здесь с Тесс, спешащей в ателье, терял дар речи и мямлил что-то нечленораздельное. Зачастую невпопад. Удивительно, как все так сложилось, что теперь…

Он повернул ключ в замочной скважине, вошел в тесную прихожую и, сняв ботинки, привычно приставил посох к стене, а пальто повесил на чуть кривую вешалку. Лицо пригладил теплый воздух разогретой духовки, а с кухни донесся аромат запеченных яблок и варящегося жаркого из кролика и индейки. У них с Тесс из-за того, что то и дело кто-то из них задерживался допоздна, сформировалось негласное правило: кто первый пришел домой, тот и готовит.

Они никогда не обсуждали это вслух, никогда ничего не обещали друг другу. Просто… само как-то вышло.

Ардан вымыл руки, прислушиваясь к тому, не сильно ли гоготал и вибрировал гусак, стоило кран-буксе открыть напор из водопровода. В прошлые заморозки трубы прорвало, и они с Аркаром, по пояс в воде, чинили поломку. Вообще, если так подумать, то за прошедшие полтора года Ардан отточил все свои плотнические и сантехнические умения, включая столярные, малярные и все, что относилось к бытовой Лей-проводке и ремонту маломощных генераторов.

С другой стороны, Аркар почти не брал с них с Тесс денег.

Девушка в домашнем платье и забавном красном переднике с зелеными цветочками орудовала шумовкой около жаркого, снимая жирную пену с закипавшей воды.

Ардан подошел к ней сзади и, будто летучая мышь, укрыл девушку руками. Здоровой и не совсем. Согнувшись в три погибели, он положил подбородок ей на плечо и прижался щекой к щеке.

— Щекотно, — улыбнулась девушка, не отвлекаясь от своего занятия. — Ты сколько не брился? Три дня?

— Два, — ответил Ардан, обнимая Тесс за живот и талию.

Она готовила, а он стоял сзади и обнимал. Просто обнимал. Дышал её запахом и теплом. Мысли в голове, тревожными блохами прыгающие с одной темы на другую, постепенно смолкали. Веки тяжелели. Раньше он не понимал, почему истории Дедушки, если они касались влюбленных, которым судьбой случилось преодолеть все трудности, не заканчивались фразой «жили они долго и счастливо». Арор ни разу не поставил таким образом точку ни в одной из своих сказок. Те несколько раз, когда «все заканчивалось хорошо», правая рука Темного Лорда и величайший Эан’Хане последнего тысячелетия использовал странную, непонятную ребенку фразу: « они обрели свой покой».