Санитары (СИ) - Грохт Александр - Страница 40

Очереди из пулемёта, в которых каждым пятым патроном был трассер, летели вперёд, впиваясь в ведущий джип «Воронов». Пули попадали в лобовуху, но пробить её не могли, зато пробили капот, крышу, крылья и, кажется, одно из колёс. Джип дёрнулся, но не остановился, лишь завихлял по дороге, оставляя за собой дымный след из подбитого радиатора.

Пулемёт «Воронов» с пикапа наконец-то сумел в нас попасть. Пули застучали по броне, одна разнесла правое боковое зеркало заднего обзора, ещё несколько угодили в лобовое стекло моего джипа, оставив после себя на триплексе мерзкие белые кляксы. «Будут мешать обзору», — машинально подумал про себя я, выжимая из машины всё возможное и одновременно пытаясь маневрировать так, чтобы в нас меньше прилетало.

Под стук пуль по броне и стеклу я машинально пригнулся, прижимаясь к сидению. Никогда не привыкну к этому стаккато по корпусу. Мозгами понимаю, что им нас не пробить, даже в упор. Но сознание упорото вопит: «Угроза! Спрячься и не лезь!»

Надя продолжала стрелять, несмотря на опасность поймать пулю через откинутый с её стороны триплекс. Длинная очередь ушла в джип «Воронов», пробив радиатор. Из-под капота брызнул пар, машина начала терять скорость, но водитель упрямо давил на газ, не желая отступать.

— Твою мать! — выругалась Надя. — Они как танки, не останавливаются!

— Целься в водителя! У него широченное бронестекло, рано или поздно лопнет! — крикнул я, резко дёргая руль вправо, уходя от очередной пулемётной очереди.

Будто бы услышав меня, Пейн всадил длинную, на полкоробки, очередь в лобовое стекло противника. Стекло это явно сняли с какого-то инкассатора — уж больно хорошо оно держало прямые попадания. Но предел прочности есть у всего. Очередная пуля ударила в лобовое стекло джипа «Воронов» прямо напротив головы водителя, и именно она оказалась фатальной. Стекло просто взорвалось изнутри, выбросив веер осколков вверх и в стороны. Голова водителя непроизвольно втянулась в плечи от испуга, и он дёрнул рулём, заставив вытормозиться пикап позади.

В тот же момент в кабину джипа попало несколько пуль от Медведя. Водитель дёрнулся, голова откинулась назад, и он осел в кресле так резко, будто бы был марионеткой, которой обрубили разом все нитки.

Джип резко свернул вправо, врезался в отбойник, перевернулся и покатился по дороге, рассыпая обломки. Металл визжал, искры летели из-под кузова, крыша сминалась с каждым переворотом. Наконец, искорёженная груда железа замерла на боку, блокируя половину полосы.

— Есть! — заорала Надя, но радость её была преждевременной.

Пикап «Воронов» уже проскочил мимо нас, и его пули били сейчас по кузову нашего пикапа, у которого брони не было вообще, только щиток у пулемётчика. Металл пробивало насквозь, пули впивались в борта, оставляя рваные дыры.

— Джей! — заорал по рации паникующий Пейн. — Они меня сейчас расхреначат!

— Топи к МПЛ, пусть тебя прикроет Битюг из ПКМ! — крикнул я в рацию.

Пейн дёрнул рулём, пикап свернул вправо, уходя из-под огня. Серёга, как раз сменивший короб, тут же открыл огонь, целясь в стрелка у турели на пикапе противника. Трассеры прочертили воздух красными линиями, но водила у противника был весьма опытным и тоже умел играть скоростью и манёвром, не хуже, если даже не лучше меня. Он резко вытормозился, сбивая Серёге прицел, и, видимо, что-то скомандовал пулемётчику — тот развернул на нас ствол РПК и выдал длинную очередь. И целился он, падла, отнюдь не в триплекс стекла…

Очередь прошлась по крыше нашего джипа, целясь в стрелка. Щиток турели был без бронестекла — просто самоделка из толстой стали, прикрывающая верхнюю половину корпуса «ганнера» от осколков и автоматных пуль и не дающая быстрому мутанту выдернуть его с места. Когда мы с Дилявером устанавливали место для пулемётчика, никто не думал, что нашими основными врагами всю дорогу будут люди. Я это предполагал, но то, насколько окажется распространён обычный дорожный разбой, — ожидать не мог. Поэтому джип делался всё же скорее «противозомбёвым», а не полноценным «гантраком». И вот сейчас это чуть не стоило жизни Серёге.

Наш пулемётчик вскрикнул, проваливаясь в люк. И это действие точно спасло ему жизнь, потому что следующие пули ударили точно туда, где только что была Серёгина тушка, и, не найдя её, злобно зарикошетили внутри стального «стакана», сбивая со стенок краску. Серёга всё равно выгреб два попадания до того, как рухнул, но ему повезло оба раза — одна пуля прилетела в самое прочное место — середину грудной пластины, а вторая рванула мочку уха. Больно, кровавo, но не опасно.

— Пап, ты цел⁈ — тут же обернулась к нему Надя, и только мой злобный рык вернул её внимание на дорогу и пикап противника. Вот поэтому я не хочу, чтобы эта семейная идиллия продолжала кататься в одной машине.

— Да, всё хорошо, Надь. Царапина. Есть проблема посерьёзней. Джей — пулемёт повредили! Мне магазиноприёмник рассадило, так что там выстрелов двадцать и всё, новый короб уже не поставить.

— Чёрт!

Я лихорадочно думал. Пикап «Воронов» был быстрее и неплохо вооружён. При этом он не пытается догонять МПЛ, а ведёт бой с нами, и ведь успешно ведёт, козёл! Сейчас он убедился, что вывел из строя нашего пулемётчика, и прибавил газу, спешно сближаясь с машиной Пейна. Таким темпом он просто расстреляет их. Кстати, а почему молчит пулемёт Медведя?

Вопрос улетел в рацию, и ответ был крайне неутешителен — наш бравый пулемётчик банально пожёг все снаряжённые ленты, слишком активно стреляя. Прямо сейчас в дёргающемся пикапе пытался набить новую… но это даже в комфортных условиях долго. А ещё их пикап, похоже, получил куда-то в важный узел пулю — у него скакали обороты, и в салоне явственно воняло горячим маслом, поэтому оторваться они не могли. Просто феерично.

И тут я увидел её. Катю, сестру Инги. Она сидела в кузове пикапа, прижимаясь к заднему борту. В руках у неё был автомат — АК-74, который она обнимала обеими руками, крепко вцепившись в него. Заметил я её только потому, что она высунула голову посмотреть на то, что происходит сзади, и тут же спрятала её обратно. Похоже, девица-красавица была нашим единственным шансом. О ней не знают в пикапе «Воронов». Если она сейчас сможет засадить водиле очередь в стекло — Медведь и Пейн спасены. Если нет… ну отпугнёт хотя бы — может, бравый спецназовец успеет добить ленту хоть на треть.

— Медведь! — заорал я в рацию. — Какого хрена у тебя там девка в кузове делает? Она должна быть в МПЛ, под броней!

— Эта дура на мосту вылезла посмотреть на море… типа наконец добралась. Ну и дальше не успела в грузовик, запрыгнула ко мне.

— Тогда какого чёрта она не стреляет? У вас сейчас идеальная позиция! Катя! Ка-тя-я-я!

— Д-да, — дрожащий голос девушки. — Слышу.

— Возьми автомат! Стреляй по пикапу, который сзади! По водителю или по пулемётчику, попади!

— Я… я не умею…

— Просто переведи флажок справа в самое нижнее положение, наведи на них и нажимай на спуск! Давай, быстро!

Катя встала на колени, вцепившись в дугу кузова пикапа. Отпустила железку, за которую держалась. Подняла автомат, попыталась прицелиться. Руки дрожали, ствол ходил ходуном. Да уж… последняя надежда была так себе.

Она нажала на спуск. Чёрт, флажок-то она опустила, но в положение АВ вместо самого нижнего. Для неопытного стрелка это бесполезно, стрелять очередями нужно уметь. Все пули ушли в молоко, просвистев мимо пикапа «Воронов».

— Ниже! — заорал я. — Целься ниже! И переведи флажок в самое нижнее положение, так ты не попадёшь!

Катя скорректировала огонь, выпустила ещё одну очередь, проигнорировав фразу про переводчик огня. На этот раз несколько пуль попали в капот пикапа «Воронов» и одна в стекло. Ничего серьёзного, но уже лучше. Машина вильнула, уходя с траектории, и подотстала, давая нашим передышку.

Вдохновлённая успехом, девушка встала в полный рост. Я уже нажал кнопку на рации, собираясь сказать ей немедленно сесть, что-то орал Медведь, но…

Пулемётчик «Воронов» отреагировал куда быстрее. Очередь из РПК хлестнула по нашему пикапу, пробивая металл кузова. Катя вскрикнула, попыталась пригнуться и одновременно выстрелить.