Санитары (СИ) - Грохт Александр - Страница 21

— Весьма предварительные. Аня говорит, что патоген искусственный. Биооружие, скорее всего.

Лицо Шеина потемнело.

— Биооружие? Но как? Откуда?

— Без понятия. Но ты не образец библейского святого, так что… скорее всего, кто-то по доброте душевной решил тебя извести столь оригинальным способом.

— Кто? У меня нет врагов, способных на такое. Все местные бандформирования я либо уничтожил, либо подчинил. Кто мог это сделать?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Может, кто-то из военных? Или… скажи мне, а что случилось с лабораторным комплексом «Меднанотех» здесь? И с выжившими сотрудниками?

Шеин выругался.

— Что что… а сам как думаешь? Благодаря тебе и твоим корешам я дёрнул сюда практически с голым задом. Мне нужны были ресурсы.

— Что, ты их тут грохнул всех?

— Тех, кто выжил — да. Заставил открыть это дерьмо и грохнул. Но тут ничего такого не было, это была больше техническая база. Оружие, техника да, но всё обычное. До компьютера мои специалисты не добрались, слишком всё запаролено. Я знаю, что у них на этой базе были секретные проекты — Филимонов проболтался как-то. Но в начале катастрофы их всех эвакуировали отсюда.

— Ну, у меня иных идей нет. Но если хочешь лекарство — нужен источник заразы.

— Нужно найти место, где заразился первый. Но он уже давно мёртв. А мои ребята откровенно боятся заходить в больницу.

— И не зря, — я решил чуть посильнее сгустить краски. — Анька утверждает, что патоген заражает почти что сто процентов тех, кто контактирует с больными без защиты.

Шеин побледнел, что-то про себя подсчитывая.

— Не, вроде я не заразился. Ладно, какой у тебя план?

— Аня говорила про воду. Все заболевшие пили воду из колодцев.

— Проверили колодцы. Чисто.

— Тогда не знаю… поеду, поговорю с больными. Может, кто-то и расскажет. Других идей просто нет.

Шеин хлопнул меня по плечу.

— Не буду тебе мешать, врачи в курсе, что ты для них сейчас царь и бог. Помогут всем, чем только сумеют.

Я доехал до больницы и запросил нужные мне данные. Николай Петрович дал мне список всех заболевших с пометкой, кто когда поступил. Я начал с тех, кто ещё был в сознании — таких было пять человек. Остальные либо в коме, либо уже мертвы.

Первым я пошёл к мужчине лет сорока, Ивану. Он лежал в палате, бледный, покрытый испариной, но ещё мог говорить.

— Иван, я Джей. Мне нужно задать тебе несколько вопросов. Ты помнишь, когда начал болеть?

Иван с трудом повернул голову.

— Дня… три назад. Сначала голова закружилась. Потом температура. Потом… хуже.

— А до этого? Ты куда-то ездил? Что-то необычное делал? С кем-то встречался?

— Нет. Просто работал. На складе. Разгружали… машину.

— Какую машину?

— Грузовик. Привезли… контейнеры. Целых два. Металлические. Без надписей.

Я напрягся.

— Когда это было?

— Недели… две назад. Может, три.

— И что было в контейнерах?

— Не знаю. Мы просто… разгружали. Внутри были железные ящики. Один… упал. Разбился. Внутри… тонкие такие бутылки, с маслом кажется. Пахло приятно. Петрович, ну… тот, что уронил ящик, сказал, что это парфюмерия дико дорогая, и нам сильно влетит, если спалят разбитую тару.

Вот оно. Первая зацепка.

— И что было дальше?

— Ничего. Мы убрали… осколки. Помыли пол. Всё.

— Кто ещё был с тобой?

— Я ж говорю — Петрович. И Серёга. Серёга уже… умер.

— А Петрович?

— Не знаю. Наверное… тоже.

Я кивнул, записал информацию в блокнот.

— Спасибо, Иван. Отдыхай. Мы найдём лечение.

Он слабо улыбнулся.

— Спасибо…

Я вышел из палаты, нашёл Николая Петровича.

— Доктор, у вас есть пациент Петрович? Работал на складе.

— Да. Он в соседней палате. Тяжёлое состояние, без сознания.

— Понятно. А где этот склад, не знаете?

— Я врач, не грузчик. Ни малейшего понятия, уж простите, — доктор был сама саркастичность. Но мне на его сарказм настолько глубоко наплевать…

Тут с порога одной из палат раздался раскатистый такой, мощный бас:

— Я знаю, где этот склад, сын мой, — говоривший был одет в рясу с накинутым капюшоном. Из-под капюшона агрессивно топорщилась тронутая сединой борода. — Могу даже отвести тебя туда.

— И где же?

— На окраине города. Старый промышленный комплекс.

— Ага… так, а когда сможешь нас провести туда, святоша?

— Ёшкин кот, да хоть сейчас. Или думаешь, я найду более богоугодное дело, чем помочь спасти весь город?

— Тогда, Николай Петрович, выделите святому отцу один из защитных комплектов, я вам потом возмещу.

Я вышел из госпиталя, сел в так и стоявший у ворот УАЗик и, заведя движок на прогрев, принялся ждать странного провожатого. Честно говоря, недолюбливаю я святош. Ну вот не люблю, и всё тут. Иррационально, так сказать. Но сейчас не до жиру, быть бы живу. Это первый реальный след. А тратить полдня на поиски некоего склада только потому, что я не знаю город — план не фонтан.

Святой отец выскочил почти что бегом из здания и, быстро сориентировавшись, плюхнулся на пассажирское сиденье.

— Погнали, что ты сидишь-то, парень!

— Так куда?

— Да ты пока вперёд езжай, я дальше пальцем ткну, — усмехнулся святоша.

— Ну, как скажешь.

Я выжал сцепление и в быстром темпе начал разгоняться. Автомобиль устремился к северной городской окраине.

Навигатор из отца Николая, а именно так и звали святошу, был превосходный. Мы ни разу не заплутали и как по ниточке приехали на вполне себе классический складской блок. Понятное дело, что ворота были закрыты. А охрана спала и в ус не дула. Но тут уж я расстарался. Перепрыгнул с крыши «козла» через ограду и самостоятельно отпер их.

УАЗик въехал на склад, как к себе домой. Ни одного следа охраны, всё как вымерло. Промышленный комплекс, во дворе которого и стояли эти склады, был заброшен уже давно — ржавые ворота, разбитые окна главного здания, трава по пояс. Но следы недавней активности были — колеи от грузовиков, примятая трава, окурки. Похоже, тут что-то активно возят.

От этой мысли мне стало резко не по себе. Если вирус здесь… а он здесь — то эти самые «ездоки» развезли патоген по всей области.

Сделав святому отцу, вооружённому, кстати говоря, СКСом, знак остаться в машине, я зашёл внутрь. Склад был огромный — высокие потолки, стеллажи, ящики. У стены… у стены… интересно, какую именно стену имел в виду этот Иван? Впрочем, нужное я быстро нашёл и опознал сразу.

В углу склада стояли контейнеры. Металлические, без маркировки, но и материал, и окраска говорили сами за себя. Чёрные контейнеры. Клёпаные швы. И явно недавно грубо убранные маркировки, место, где они были, даже по цвету не совпадает с остальной покраской.

Вынув нож, я поковырял новую краску. Большой кусок удалось сковырнуть, и из-под него проступила часть букв Н и А, нанесённых крайне знакомым трафаретом, как и все надписи этой компании. «Меднанотех». Ну куда же без него-то, а…

Обойдя кругом, я внимательно осмотрел контейнеры. Один из них был полностью цел и заперт. А вот второй имел следы грубого вскрытия — как будто его били и резали, стараясь открыть. Замок на нём был грубо вырезан, а двери — отогнуты.

Внутри стояли металлические ящики с более чем говорящей эмблемой биологической угрозы. Большинство были с виду целыми, но из-под парочки виднелись вытекшие лужицы той самой описанной рабочим жижи. Я, поискав глазами, нашёл на полу ломик, брошенный чудо-грузчиками, и открыл один из повреждённых. Внутри него были осколки стекла, пятна всё той же жидкости, высохшей уже, но всё ещё видимой. Части ящиков, кстати, не хватало, трёх как минимум. Но где их искать — я был без понятия.

Осторожно, стараясь не прикасаться лишний раз к осколкам, я собрал несколько фрагментов стекла в пластиковый пакет. В другой пакет отправились следы той самой «приятно пахнущей жидкости», собранные мною с пола и стенок контейнера ножом и этот самый нож. Ну его, от греха. Теперь надо найти местное руководство и выяснить, откуда, собственно, дровишки.