Изолиум. Невозвращенцы - Небоходов Алексей - Страница 15

– Здесь наши мастерские, – Вера указала на боковой туннель, из которого доносился стук молотков и скрежет металла. – Мы восстанавливаем технику, создаём инструменты. Всё, от кухонной утвари до деталей для систем вентиляции.

Путешественники заглянули в помещение, заставленное столами с инструментами. Мужчины и женщины в защитных очках работали с металлом, пластиком, электроникой. В дальнем углу искры от сварки освещали лицо молодого парня, сосредоточенно склонившегося над конструкцией.

– Это Виктор, наш главный инженер, – представила его Вера. – Родился уже здесь, внизу, но умудрился получить инженерное образование, изучая старые учебники и руководства, которые мы спасли.

Молодой человек поднял защитную маску, кивнул гостям и вернулся к работе, не проявив особого интереса к посетителям.

Вера провела спутников через низкий проход, заставивший Дениса и Дашу пригнуться. За проходом открылось помещение, которое когда-то могло быть техническим складом, но теперь превратилось во что-то поразительное – подземный сад.

Вдоль стен стояли стеллажи с растениями, растущими под специальными лампами. Воздух здесь был влажным, наполненным запахом земли и зелени. Системы трубок доставляли воду к каждому растению, а на потолке располагались лампы, испускающие мягкий фиолетовый свет.

– Гидропоника и аэропоника, – с гордостью объяснила Вера. – Мы выращиваем овощи, зелень, даже некоторые фрукты. Энергию берём частично от самодельных генераторов, частично перенаправляем из систем Изолиума.

– Это потрясающе, – искренне восхитилась Даша, касаясь листьев растения. – Настоящие растения, не синтезированные.

– В Изолиуме тоже есть сады, – заметил Денис.

– Да, для элиты, – кивнула Вера. – Но там растения – декорация, статус. Здесь – необходимость. Источник пищи и лекарств.

Они продолжили путь через лабиринт туннелей, коридоров и залов. Везде кипела жизнь – люди готовили пищу, чинили оборудование, обучали детей. В одном из помещений женщина вела урок, используя в качестве классной доски стену, покрытую специальной краской. Дети сидели на подушках, расположенных полукругом, и с интересом слушали рассказ о мире до блэкаута.

– Мы сохраняем знания, – пояснила Вера, видя интерес Дениса к уроку. – Настоящую историю, не фальсифицированную версию Головина. Наши дети знают, что блэкаут не был естественной катастрофой.

Наконец, после долгой прогулки, группа достигла помещения, отличавшегося от предыдущих. Стены были облицованы деревом, а не бетоном, пол покрыт плотными коврами ручной работы. В центре стоял большой круглый стол, за которым сидели пятеро пожилых людей – трое мужчин и две женщины. Все выглядели старше шестидесяти, с седыми волосами и морщинистыми лицами, но глаза были ясными и внимательными.

– Совет Глубинников, – представила старейшин Вера. – Наши мудрейшие и хранители знаний.

Седой мужчина с аккуратной бородой и шрамом через всю щеку поднялся из-за стола, опираясь на металлическую трость.

– Я Борис, – представился, протягивая руку сначала Денису, затем Даше. – Бывший инженер-ядерщик. Работал на этом объекте ещё в семидесятых, когда строили.

– Алла, – кивнула хрупкая женщина с коротко подстриженными седыми волосами. – До блэкаута – профессор истории МГУ. Спустилась сюда в первые дни, когда стало ясно, что происходит что-то странное.

– Егор, – буркнул суровый мужчина с военной выправкой. – Бывший полковник инженерных войск.

– Софья, – улыбнулась пожилая женщина с добрыми глазами. – Врач. Педиатр, если точнее. Теперь забочусь о здоровье всей общины.

– Я – Виталий, – представился мужчина с седыми волосами и удивительно живыми глазами. – Много лет назад работал в том самом Банке экономического возрождения и первым наткнулся на упоминания о проекте «Завеса». Тогда это казалось слухом, но собрал нужные файлы и успел вывезти документы, когда система пошла по рукам.

Денис непроизвольно вздрогнул.

– Откуда вы узнали о «Завесе»?

– У нас есть надёжные источники в Изолиуме, – спокойно ответил Виталий. – Как любит говорить Борис, маленькие глаза и большие уши.

Вера жестом пригласила Дениса и Дашу сесть за стол, сама уселась рядом.

– Мы не просто выжившие, – нарушила тишину Вера. – Мы – сопротивление. Организованное движение против режима Головина.

– С самого начала мы фиксировали правду о блэкауте, – подхватил Борис, выкладывая потрёпанную папку. – Задолго до того, как проект «Завеса» стал достоянием света, у нас уже была часть информации. Виталий вывез документы ещё до активации.

Тот кивнул:

– В отделе безопасности банка заметил странные переводы средств, секретные совещания, нелогичные отчёты. Когда поняли, что это не обычные банковские операции, забрал файлы и скрылся здесь.

– За эти годы собрали достаточно доказательств, чтобы развенчать миф о «спасителе» Головине, – продолжила Алла, раскрывая папку. – Свидетельства, протоколы испытаний, отчёты о допустимых потерях. Это был спланированный геноцид.

Даша с тревогой в голосе спросила:

– Но что вы можете сделать? Вас сотни, а в Изолиуме – десятки тысяч, полностью подконтрольные системе.

Егор, бывший полковник, хмыкнул:

– План готов уже давно. Мы медленно проникаем в систему Изолиума: наши люди устраиваются на технические объекты, становятся частью обслуживающего персонала. Создаём внутри сети скрытую ячейку.

– Конечная цель – захватить доступ к центральной системе оповещения и включить правду, – пояснила Софья. – Пусть даже самый верный последователь Осона увидит, кто на самом деле стоит за блэкаутом.

Борис постучал пальцами по столу:

– Но нам нужна помощь изнутри. Люди, у которых есть доступ к высшим уровням и авторитет у Головина.

Все посмотрели на Дениса и Дашу. В комнате отчётливо слышалось урчание вентиляции и далёкий стук механизмов.

– Вы, – тихо сказала Вера, наклонившись над столом, – идеальные кандидаты. Денис – первый помощник Головина, человек, до которого непросто добраться. А Даша – лицо Изолиум-ТВ, ведущая главного новостного канала. Каждый вечер люди смотрят на девушку, доверяют. Вы знаете, как устроен Изолиум изнутри, и у вас есть Око Далии.

– Что именно вы предлагаете? – спросил Денис, чувствуя, как напряглась Даша.

– Мы выведем вас на поверхность, – ответил Егор. – Вы заявите, что подверглись нападению «погашей» и чудом выжили. Вы герои, спасшиеся в бою с монстрами. Головин это оценит.

– А затем, – добавила Вера, – вы станете нашими глазами и ушами. Будете передавать сведения, открывать доступ нашим агентам, помогать взламывать закрытые системы. И, когда настанет момент – включите сигнал правды.

– Почему вы думаете, что мы не выдадим вас при первой возможности? – спросила Даша.

Виталий улыбнулся:

– Потому что увидели в ваших глазах не лояльность, а сомнение. Люди, живущие во лжи, не смотрят так, как вы, – и перевёл взгляд на программиста. – И потому что рискнули слишком многим, чтобы вам было всё равно, кто правит.

Денис и Даша переглянулись: в глазах девушки – тревога и решимость, в его – понимание, что это предложение и шанс, и ловушка одновременно.

Глава 4

Грохот выстрелов отражался от бетонных стен, наполняя узкий туннель оглушающим эхом. Фёдор шёл в середине отступающего отряда, держа калаш наготове и методично прикрывая товарищей короткими очередями.

Размытые фигуры погашей появлялись и исчезали во мраке – нечеловеческие движения и пустые глаза вызывали первобытный страх, который мужчина старательно загонял вглубь сознания. Оксана держалась рядом, дыхание за маской звучало прерывисто, но руки с оружием не дрожали – выживание в постапокалиптическом мире научило обоих сохранять хладнокровие в опасности.

– Полковник! Сколько до выхода? – крикнул Фёдор, перекрывая звуки стрельбы и хриплое дыхание бойцов.

Овсянкин, шедший впереди, сверился с портативным навигатором на запястье: