Сказки и не только - Айрон Мира - Страница 58

— Юля, я же вижу: у тебя что-то случилось, — сказал вдруг Полевой человеческим голосом, без высокомерия, снисходительности и сарказма.

Посмотрев в его внимательные ярко-зелёные глаза, Юля неожиданно разрыдалась.

— О, горе мне, — вздохнул Полевой, набрал воды из кулера и протянул стаканчик Юле. — Пиши заявление на отпуск без содержания, на две недели. Отдохнёшь, сил наберёшься. Ты ведь сразу после окончания универа работать начала, а там тоже и защита была, и госэкзамены, сплошной нервяк.

— А как же интервью? — севшим голосом спросила Юля сквозь рыдания.

— Придумаем что-нибудь, не парься. Нам два месяца дали.

— Спасибо вам, Аркадий Викторович! Спасибо…

— Угу, отец родной, — усмехнулся Полевой. — Заявление пиши, и чтобы я тебя не видел здесь в ближайшие две недели. Мне тут нервные срывы меньше всего нужны. В бухгалтерии и в кадрах сам договорюсь. Всё, Волошина, исчезни!

В тот же день Юля уехала в Подмосковье, к бабушке и деду.

* * *

Чем занималась Юля, пока гостила у бабушки и деда? По мере сил помогала, а в свободное время читала. Читала произведения, которые ещё месяц назад ей бы и в голову не пришло прочитать: тёмное фэнтези и хоррор.

Предпочтение отдавалось одному конкретному автору, и чем больше Юля читала, тем сильнее ей нравилось. Кажется, она начала понимать Полевого: "цепляет" — это очень мягко сказано.

Юля даже не пыталась бороться с собой; она понимала, что не сможет больше никогда не думать о Степане. Не сможет жить без его странных и глубоких, таких похожих на него романов. Она "отравлена" навсегда.

Однако постепенно к тоске по Степану и душевным мукам добавилась тревога, которая нарастала даже не по дням, а по часам.

В социальных сетях Степан зарегистрирован не был, но блог Елисея Хлебникова он вёл и постоянно обновлял. Раньше постоянно обновлял. А теперь, вот уже больше недели, а если быть точнее, десять дней, не появляется на сайте.

Юля начала читать этот роман, который Елисей Хлебников публиковал по частям, ещё до поездки в командировку, и продолжала читать до сих пор.

Раньше она читала только роман, а теперь, устав обновлять страницу в ожидании появления Степана, уже не знала, как отвлечься, потому начала изучать комментарии.

— Господи! — воскликнула шокированная Юля через несколько минут, устав от возмущённых воплей читателей Елисея Хлебникова. — Такой концентрации нытиков, душнил и экспертов околовсяческих наук на один квадратный миллиметр история ещё не видывала, а старожилы не припомнят!

Юля в сердцах отбросила смартфон, который был ни в чём не виноват, и вдруг расплакалась впервые с тех пор, как приехала в Подмосковье.

— Стёпа, где же ты? Почему не появляешься?! — прошептала Юля.

Рука сама потянулась к незаслуженно обиженному смартфону, и Юля, в очередной раз переступив через гордость и чувство собственного достоинства, набрала номер Степана. Абонент оказался недоступен.

Юля до вечера звонила Степану, миллион раз позвонила, и всё безрезультатно.

В пять часов утра она покинула гостеприимный дом бабушки и деда, но поехала не в Москву.

По пути попала в большую пробку, потому в N-ск прибыла уже ближе к ночи. Заселилась в знакомый отель и легла спать.

…В девять часов утра Юля, волнуясь, подходила к воротам Степана. Сигнализация была отключена, но Юля не спешила звонить в ворота. Что-то её смущало, что-то было не так.

Прислушавшись, Юля услышала шум и голоса. К тому же, ворота оказались не заперты. Толкнув их, Юля вошла во двор, охнула и прижала ладони к лицу.

Происходящее напоминало страшный сон: до́ма, в котором жил Степан, не было. Вообще не было! И даже площадка была расчищена. Вот почему Юля сразу почувствовала какую-то странность, едва подошла к воротам: она не увидела крышу старого дома.

К счастью, огород ещё был на месте. Юля не хотела становиться свидетелем того, как не станет деревьев и кустов. Зато высокий забор, ранее окружавший огород, был снесён, и на месте заросшего фундамента возобновилась стройка.

К Юле подошёл невысокий смуглый парень и спросил что-то, но Юля ничего не поняла.

— А где Степан? — громко спросила она.

— Кто? — теперь парень не понял Юлю.

— Хозяин где?

Парень кивнул и куда-то ушёл. Через пару минут вернулся, и с ним пришёл высокий коренастый блондин.

— Кто ищет хозяина? — игриво спросил блондин у Юли. — Я хозяин.

— А где Степан?

— Понятия не имею, — пожал плечами блондин. — Он мне участок продал ещё месяц назад и освободил в оговорённый срок. А куда уж он подался — это дело не моё. Зачем тебе Степан? Может, я сгожусь?

Юля, не удостоив блондина ответом, огляделась. Кажется, не осталось ничего, ни одного напоминания о Стёпе…

И вдруг Юля заметила старый велосипед, прислоненный к стене одной из "надворных построек".

Юля подошла к велосипеду, взялась за ручки и решительно покатила его со двора.

— Эй, куда?! — блондин кинулся наперерез Юле. — Поставь на место!

— Это не твой велосипед, — Юля посмотрела на блондина так, что он не решился подойти слишком близко, даже будто попятился. — Попробуй отобрать, я пойду в полицию и скажу, что ты ко мне приставал.

— Ой, да подавись ты этой рухлядью, ненормальная, — проворчал блондин, махнул рукой и отошёл в сторону.

…Несколько часов Юля потратила на поиски транспортной компании и на оформление груза, а остаток дня бесцельно бродила по городу в глупой надежде случайно встретить Степана. Телефон его по-прежнему был вне зоны доступа.

В четыре часа утра Юля выехала из N-ска. На подступах к столице вновь была пробка, стоя в которой, Юля размышляла о том, когда привезут велосипед Степана.

В город удалось въехать уже в девятом часу вечера. Именно в этот момент Юле позвонил Полевой.

— Волошина, — каким-то странным голосом заговорил он, поприветствовав Юлю. — Завтра в девять часов утра я жду тебя в офисе…

— Почему завтра-то, Аркадий Викторович? Послезавтра же!

— Не перебивай старших, Волошина! Что за привычка? Ты журналист или где? Завтра в девять часов утра ты должна быть в офисе. И подготовься к интервью.

— К какому интервью? — опять не выдержала Юля. — С кем?

— Представляешь, — загадочно ответил Полевой, забыв возмутиться тем фактом, что Юля его опять перебила. — Буквально полчаса назад Елисей Хлебников сам вышел со мной на связь! Сказал, что готов дать интервью на нашей территории. Приедет завтра к десяти часам утра. Но Хлебников выдвинул условие: интервью он даст только тебе, Волошина. Ничего не хочешь мне рассказать?

Юля крепко сжала руль, не доверяя самой себе. Хорошо, что гарнитура была с собой, и это позволяло делать одновременно три дела: управлять автомобилем, разговаривать с Полевым и изображать спокойствие. Спокойствие Юля пыталась изображать не только перед начальником, но и перед самой собой.

— Я… могу только сказать, что не ожидала такого доверия от господина Хлебникова… Право, не знаю, чем заслужила. Вы уверены в том, что это настоящий Елисей Хлебников, а не авантюрист?

— Уверен, — коротко ответил Полевой. — Значит, не будет подробностей, Волошина? Так я и знал. Но только помни, что всё тайное рано или поздно становится явным. Ты, конечно, можешь продолжать темнить, но завтра в девять чтобы была в офисе как штык.

Полевой, не попрощавшись, отключился, но Юле было совсем не до того.

Стёпа объявился! И он в Москве. Интересно, временно, или…? Юля даже радоваться боялась, чтобы не спугнуть робкую надежду на счастье.

Стёпа объявился… И конечно, в свойственной ему манере. Он не мог просто разыскать Юлю, подойти и сказать: "Здравствуй!"

Ему необходимо было обставить всё по собственному сценарию.

Интересно, он во всех сферах отношений такой… затейник и фантазёр?

Юля начала сама себя ругать за такие вольные мысли, но понимала, что сопротивляться им, так же, как и нарастающему волнению, бесполезно. Стёпа появился, и это меняет всё.