Время лжи (ЛП) - Хейл Карина - Страница 48

- Где Джен? - осторожно спросила я.

- Ее нет, - ответил он из ванной. Он вернулся с мазью, наверное, гидрокортизоновой.

Он выдавил немного на палец. Я отвлеклась на его грудь. Его тату «И с безумием приходит свет». Как строчка из песни. Для него татуировка означала больше, как и «метка преступника» флер-де-лис.

Он осторожно нанес мазь мне на шею, втирая его массажными движениями. Я закрыла глаза от ласки.

Нет. Я все еще злилась на него. Мои глаза открылись, я отпрянула. Я забрала мазь из его рук.

- Я в порядке, Декс, и я могу нанести мазь сама. Я не калека, - звучало неблагодарно, и я слабо улыбнулась ему. Он растерялся и обиделся.

- Ладно, - сказал он и кивнул. Он все еще стоял там. - Мне очень жаль.

Я нахмурилась и начала втирать мазь в руку.

- Из-за чего?

- Из-за всего.

Отличный ответ.

- То есть, - он указал на свое тело. Я неловко посмотрела на его руки и грудь, не желая уделать им слишком много внимания, - посмотри на меня. Я не пострадал. Один укус, Перри, и я бы умер.

- Знаю, - тихо сказала я, глядя на то, как я наношу мазь.

- И ты спасла мне жизнь. Ты могла бы умереть, даже без аллергии, если бы укусов было много…

- Но я не умерла, как и ты, - я приступила к укусу на другой руке. Я не хотела поднимать эту серьезную тему. Я все еще злилась из-за Анонимки, я не хотела отвлекаться.

- Прошу, посмотри на меня, - он коснулся двумя пальцами под моим подбородком и приподнял мою голову. Я заглянула в его глаза, чувствуя себя открытой.

- Что? - выдохнула я.

Его глаза блестели, в них были печаль и сожаление. Мне не нравилось видеть их такими. Я хотела видеть строгого безразличного Декса. А эти глаза заставляли меня дрожать.

- Мне жаль насчет Джен, - сказал он. - Прости, что я не рассказал правду.

Я пыталась отвести взгляд, но он не давал. Он склонился ко мне. Моя злость быстро угасала, оставляя после себя усталость. Я хотела забыть об этом.

- Стоило рассказать, теперь я понимаю. Но я защищал ее, думал, что в какой-то степени защищаю тебя. Лучше думать, что это анонимы-идиоты, а не девушка напарника. И я был… растерян. Правда. И до сих пор я растерян.

Я вскинула брови. Он убрал пальцы от моего лица и вернулся к стойке. Я следила, как подрагивают его ноги с каждым шагом, как его спина переходит в край трусов. Как держаться?

Он поднял лицо к потолку, все еще будучи спиной ко мне.

- Я надеялся, что Джен не такая, - добавил он. - Я знал, что она была сукой, но и я был не лучше, но я и не догадывался, что она может быть такой.

- Но она такая, - сказала я. - С этим нужно жить.

Он склонился к стойке в тишине, потом сел и продолжил завтрак, где уже растаяли хлопья.

Я выдвинула стул рядом с ним, босые ноги мерзли, задевая металл снизу.

Декс смотрел на миску, гоняя в ней размякшие хлопья, создавая мини-водоворот из молока.

- Не знаю, что делать.

Прогони ее, балда. Это я хотела сказать. Но я видела, что Декса терзает эта ситуация. Я молчала. Я хотела утешить его, но и хотела, чтобы он видел правду. Их отношения были мертвы. Они разлагались всю неделю, да и намного раньше моего прибытия, и это были последние мгновения. Не было смысла юлить, продолжать. Их эгоизм все уничтожил, а я, будучи в стороне в их квартире, могла это видеть.

Может, знал еще и пес.

Декс повернул голову и робко взглянул на меня.

- Ты, наверное, думаешь, что я идиот.

Я невольно улыбнулась.

- Я такая же.

- Нет, - вздохнул он. - Не такая. Ты милая, честная и очень хороший друг.

Ах, опять друг. От этого я покраснела и была рада, что он потянулся за коробкой, чтобы добавить хлопьев.

Я кашлянула.

- Ну. Я знаю, что сделала бы, но я - не ты, я не могу указывать. Ты с ней говорил ночью? - она спала, когда мы пришли.

- Коротко, - сказал он, сунув хлопья в рот. - Она сказала, что была с подругами, а ее телефон разрядился.

Как все складно.

Он посмотрел на меня.

- Конечно, мой телефон тоже не работал, я не могу винить ее во лжи. Она и не врала. Она, может, и сука, но переживает за меня, и я знаю, что она не бросила бы меня в подвале, особенно, одного с тобой.

Я заметила его чашку с кофе, схватила и сделала глоток. Было чуть теплым, но все равно сработало.

- Она думает, что между нами что-то есть?

Он мрачно кивнул.

- Но если она виновна, то может представить, что виновен и я.

Я уставилась на него. Так и было. Я не могла сочинить то, что было у нас на острове.

Он поймал мой взгляд и быстро отвернулся.

- Хорошо. Я тоже виноват. Блин, все так запуталось.

Ага.

Мы выдохнули одновременно. Мы сидели в тишине, бок о бок, в пижамах, он ел размякшие хлопья, я пила его кофе, мы были в своих мыслях. Я не могла притворяться, что не хочу, чтобы он бросил Джен. Если ее не будет, у меня появились бы шансы. Я надеялась. Но даже без Джен… чувствовал ли он то же, что я к нему? Вряд ли.

- Тебе нужно порвать с ней, - вдруг выпалила я.

Он вздрогнул. Он опустил ложку и посмотрел на меня.

- Да?

- Да.

- Знаю. Но это не так и просто, - осторожно сказал он. Я посмотрела на его глаза и поняла. Квартира. Собака. Долгие отношения. Нет, это будет не просто. - Я не… люблю перемены, - добавил он с нажимом.

Я могла помочь привыкнуть. Я хотела обвить рукой его голые плечи и прижать его к себе.

- А что будет потом? - продолжил он.

- Ты будешь один, - сказала я. Голос сам стал тише.

Он отодвинул миску и пожевал губу. А потом посмотрел на меня и спросил:

- Правда?

Сияющая нить напряжения между нами возникла снова и искрилась. Мои легкие стали тяжелыми, воздух вокруг нас ожил. Волоски на моих руках поднялись, шея там, где был укус, стала приятно холодной.

Я пожала плечами, желая вырваться из его взгляда, но не смогла. Его глаза удерживали меня на месте.

- Ты можешь увидеть себя с кем-то еще? - тихо спросила я. В вопросе было столько смешной надежды, я знала, что он видел это на моем лице.

Он повернул стул в мою сторону. Он выглядел уставшим, под глазами виднелись тени. Но его глаза сверкали жизнью и напряжением, и его лицо сияло, даже со щетиной оно казалось юным.

- Я мог бы, - сказал он. - Если бы она меня приняла.

Мои глаза невольно расширились.

- Но я не могу, - быстро добавил он. - И это вряд ли будет умный выбор. Это рискованно, а риска в жизни у меня уже много.

И он резко встал, забрал миску и мой недопитый кофе из моей руки, обошел стойку и опустил все в рукомойник. Он избегал моего взгляда.

Я сидела неподвижно от потрясения, сердце колотилось.

- Я позвоню доктору Хасселбэку, узнаю, что там с ущербом, - сказал он, взяв телефон со стола. Он миновал меня и пропал в спальне, закрыв за собой дверь.

- Что это было? - тихо сказала я, ни к кому не обращаясь. Жирный кролик сидел на диване, он поднял голову. Я почти видела, как он закатывает глаза.

Он говорил обо мне, да? То есть… блин, обо мне. Я была риском? Как это? Он не знал о моих чувствах?

Нет, балда. Ты сама сказала ему, что не любишь его. Он решил, что это правда.

Ага. Я все испортила сама.

* * *

Я приняла душ и была готова к делам дня (высушила волосы сильнее для вечеринки, что была сегодня), Декс пришел в комнату с хорошими новостями.

- Доктор Хасселбэк сказал, что все еще можно снимать, - сообщил он и прошел к компьютеру. Я сидела на кровати и пыталась набить подкладки в дьявольские туфли.

- Ага, - отозвалась я. После недавнего разговора мне было не по себе. Шоу было не так важно, хотя это было временное состояние.

Он развернулся на стуле и взглянул на меня.

- Ты в порядке, малыш? - спросил он.

Я не дала себе закатить глаза.

- Ага, в порядке, - сказала я и добавила. - Что там с «Фабрикой призраков»?

- Это я и ищу, - сказал он и повернулся к экрану, застучал по клавиатуре. - Он не сильно расстроился из-за другого шоу, наверное, ему в радость любая публичность, но мы знаем, что они не брали интервью у доктора, так что, может, у нас есть шанс обыграть их.