Испытательный срок (СИ) - Кариди Екатерина - Страница 53

Ну почему вот так?!

Любовь Марковна от возмущения кипела долго. Потом думала, еще раз сунуться к Тимуру Захарову, но сама понимала - дохлый номер.

В конце концов, она собралась и с утра направилась к Солнцеву...

Когда в первый раз идешь куда-то устраиваться на работу, надо выглядеть. Потому что первое впечатление – это важно. Но тут был нюанс.

Она ведь сейчас являлась к Солнцеву в роли просителя. А Солнцев отнюдь не Дед Мороз, с ним Любовь Марковна уже имела счастье познакомиться лично. Там такой паук, у него хрен что выгрызешь. А ей очень нужна была работа.

Несмотря на то, что она один раз его кинула. А может, именно поэтому.

Солнцев ведь прожженный, жадный и нечистоплотный делец. Она четко представляла, что чтобы что-то у него получить, придется что-то предложить. Что-то действенное. Но что? Да если б она знала!

Но опыт ведь не пропьешь, столько лет была личной помощницей у Вадима Захарова. Любовь Марковна решила действовать по ситуации.

Выбрала в итоге скромненькое синее платье, отлично сидевшее по фигуре. Под него лодочки на устойчивом каблучке, волосы собрала в пучок. Образ получился такой… нечто среднее между медсестрой и учительницей.

Обычно Любовь Марковна она одевалась иначе и солиднее выглядела. Сейчас был мизерный шанс, что он ее не узнает. Сама Любовь Марковна в этот шанс не верила, но чем черт не шутит. Надежда всегда умирает последней.

В общем, сейчас надо было натянуть на лицо скромную улыбку и вперед.

***

Несмотря на то что ей приходилось уже встречаться с Солнцевым, в офисе его она была впервые. А офис всегда многое говорит о владельце. Тут – да, чувствовалась давящая рука хозяина.

Пока сидела в приемной и ожидала, когда ее вызовут, успела изучить все. Сразу прикинула, что секретарша у него так себе: фигуры никакой, грузная походка и противный голос. А вот личной помощницы нет. И вот это надо было исправить.

Дверь кабинета была приоткрыта, она услышала, как секретарша сказала:

- Дмитрий Анатольевич, тут к вам по поводу работы.

Какое-то шуршание, наконец он проговорил:

- Пусть зайдет.

Любовь Марковна выдохнула, мысленно сплюнув через плечо, и вошла.

Что ни говори, а все же сейчас она сильно надеялась, что ее не вспомнят. Они и виделись-то всего несколько раз, да и то в кафе и недолго. Главное, не выдать себя.

Не успела она и шаг ступить, как Солнцев откинулся в кресле, на лице обозначилась улыбка голодного тигра.

- А, какие люди, - процедил. – Любовь Марковна. С чем пожаловали?

Мелодия фиаско в голове звучала громко.

Но раз уж так, не было смысла притворяться и юлить. Она широко улыбнулась:

- Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич. Позволите сесть?

И легкой походкой прошла в кабинет.

Он молча показал ей на стул и замер за столом, сцепив в замок руки. Сейчас надо было мыслить очень быстро и действовать осторожно. Но важнее всего было вызвать его интерес, а какой-то интерес в глазах этого еще не старого мужика был.

Любовь Марковна села так, чтобы ему было видно ее всю. И никаких сутулых плеч, никаких горбов и животов. Выпрямилась до упругого звона, закинула ногу на ногу, но скромно. И расправила юбку, а после взглянула на него.

- Да вот, Дмитрий Анатольевич, хочу устроиться к вам на работу.

Ох и нехорошая у него была улыбочка, но глаза блестели.

- И? - процедил он.

А она подалась вперед и легкой хрипотцой в голосе проговорила:

- У вас нет личной помощницы. Такой, чтобы могла сопровождать вас на деловых встречах. А вы же сами понимаете, это плюс к рейтингу.

Он слегка подался вперед, прижал к губам кулак и хмыкнул:

- А нахрен мне это нужно?

- Это поднимает рейтинг, - она едва заметно кивнула.

- Хех, - повел плечами мужчина и чуть подался вперед.

Кажется, есть контакт!

Она была на верном пути. Сейчас – сказать главное. Говори кратко, проси мало*.

- К тому же, - она подбавила в голос хрипотцы. - Вы можете принять меня с испытательным сроком. И если вам не понравится…

Вот тут надо было выразительно взглянуть не него и облизать губы.

Как раз в этот момент в кабинет вошла Вика.

___

*Фраза приписывается Петру I

В тот момент произошла немая сцена.

Зато после…

***

Вика все это время то пыталась воевать, то уезжала на курорт успокаивать нервы, чтобы потом с новой силой вцепиться в бывшего мужа. Которого всеми фибрами души желала ободрать как липку. Но этот урод! За всю свою жизнь Вика столько не материлась.

Подгадал все так, чтобы ей достался шиш.

И да, она пыталась. Пыталась снова и снова выгрызть свое законное, потому что она на Тимура Захарова, двадцать пять лет пахала! И Вика не хотела слышать, что разбила ему жизнь, разорила его и обворовала. Идет он нахрен! Он ей должен фактом существования.

Но бывший муж, цинично ухмыляясь, косил под дурочку. И этим бесил ее несказанно. Отдельной темой было то, что ей придется продать дом. А где жить?! Она пыталась заставить Руслана подвинуться. Зачем ему квартира, если он все равно разводится? Пусть поищет себе съемную. Потому что матери негде жить! Неблагодарный сын и не подумал подвинуться.

В конце концов, Вика вернулась и решила снова насесть на Дмитрия Солнцева. Потому что это он ее бабки, которые она выжала из Тимура Захарова, скрысил. Но не стала заводить этот разговор у него дома. Дома известно, что будет. Он ее снова пошлет.

Она пришла в офис. А в офисе гораздо проще поднять шум.

Зашла. И что она увидела?!

Этот старый ***рас клеил какую-то прошму.

«Это еще кто?!» - Вика уставилась на нее, потом на него.

***

Любовь Марковна мгновенно просекла, что от этой неадекватной тетки можно ждать чего угодно, и затихла как мышь. А Солнцев подался вперед и напрягся, лицо заострилось. Бросил ей сквозь зубы:

- Вышла!

И тут же добавил:

- Жди.

Она кивнула, потом бочком, бочком, аккуратно обошла посетительницу и быстро вышла. Уже за дверью выдохнула и натянула на лицо нейтральную улыбку. Однако сейчас ей было очень интересно, что внутри происходит. В другое время она бы точно подслушала под дверью, но в приемной была эта сонная рыба – секретарша. И Любовь Марковна уселась на стул, чинно сложив на коленях руки, в секретарше сказала:

- Дмитрий Анатольевич велел подождать.

***

Как только они остались в кабинете одни, Вика сразу спросила, нехорошо усмехнувшись:

- А Лера знает?

- А что Лера должна знать? – процедил Солнцев, сместившись в кресле.

- Что ты решил завести любовницу.

- Я? – он дробно расхохотался. – И что с того? Как будто в первый раз. Лера съест и не подавится.

А Вика подалась ближе и оскалилась, глядя в его глаза:

- А если Лера не съест, а решит с тобой развестись?

- Чего?

- А я научу ее, как правильно все сделать, чтобы твои бабки ей отошли. Ты не Тимур, не соскочишь, придется отстегнуть половину.

Он аж взвился.

- Охренела!

Но Вика знала, что говорила. Это у Тимура Захарова весь бизнес фактически разделу не подлежал. А у Солнцева большие средства на счетах крутились, и все это будет считаться совместно приобретенным. Да еще Вика знала, что друг Дима от большого ума и жабы брачный контракт не заключал.

- Ну так что, Димочка, - процедила с сахарной улыбочкой. - Делиться будешь или как?

В общем, Солнцев долго сопел и матерился. Потом отстегнул Вике немного деньжат. Она взяла и сказала:

- Не думай, что отвязался.

И пошла к выходу. У самой двери обернулась:

- Бывай, Дима. И бабки готовь, я еще приду.

Когда она ушла, Солнцев еще с минуту сидел, приходил в себя. Дерьмо чуть через край не выплеснулось. Потом набрал секретаршу и велел: