Демон Жадности. Книга 5 (СИ) - Розин Юрий - Страница 9

Один из полковников, сухой мужчина с острым взглядом, ехидно спросил:

— Это, мягко говоря, нагло, майор. Вы просите нас принять на веру столь серьезные заявления?

— Я не прошу вас принимать ничего на веру, господин полковник, — парировал я. — Я лишь констатирую факты. Граф Зейсмалин соизволил проявить ко мне благосклонность после совместного предприятия. Точно так же, как и господин Гильом фон Шейларон, который, как вы знаете, лично сопровождал меня и убедился в моей невиновности. Случайные связи такого уровня, согласитесь, не завязываются просто так. Если вы мне не верите, можете послать графу Зейсмалину личный запрос, уверен, он тоже подтвердит, что я заслуживаю справедливого отношения и честного учета всех моих заслуг.

Я позволил себе легкую, почти незаметную ухмылку, вкладывая в свои слова прозрачный намек. Я не просил засчитать мне победу просто так. Я лишь намекал, что человек, получивший расположение двух таких влиятельных фигур империи, возможно, заслуживает того, чтобы его заслуги были оценены по достоинству.

И что его заслуги — а именно отбитие целой пиратской базы у «Ока Шести» — были несколько весомее, чем ликвидация какой-то второстепенной группировки.

Замкомкор все это время молчал, изучая меня своим каменным взглядом. Наконец, он медленно кивнул.

— Вы можете идти, майор Марион.

В его тоне не было ни одобрения, ни обещания пересмотреть результаты. Но давить дальше, тыча в них чужими авторитетами, было бы уже ошибкой.

Я добился главного — они выслушали и поняли подтекст. Теперь все зависело от их внутренних решений и расклада сил внутри корпуса и фракции Меча.

Я четко отдал честь, повернулся на каблуках и вышел из кабинета, оставив командование корпуса размышлять над тем, что же на самом деле стоит за майором Маком Марионом.

###

Я нашел их в районе жилого сектора, отведенного для временного размещения гостей корпуса. Ярана, Хамрон, Силар и остальные стояли кучкой, обсуждая арочные своды из полированного камня и мерцающие светильники, встроенные прямо в стены.

— Мак! — первым меня заметил Хамрон, и его лицо расплылось в широкой ухмылке. — Ты цел! А мы уж начали думать, что принц тебя все-таки в темницу кинул.

— Обошлось, — отмахнулся я, с наслаждением чувствуя привычную атмосферу своей команды вокруг. — Более того, кое-какие вопросы удалось урегулировать. Что тут у вас?

— Это же просто небо и земля! — вмешалась Ярана, ее глаза блестели от возбуждения. — Тридцать пятая дивизия по сравнению с этим — запыленный сарай. Пойдем, покажем!

Они повели меня по широким коридорам, и их восторг, направленный на все подряд, был заразителен. Тем более что здесь и правда все было будто бы из какого-то футуристического фильма, разве что работало на мане.

Пол был выложен отполированными до зеркального блеска каменными плитами, в которых отражались мерцающие линии светящихся рун, тянущихся вдоль стен на уровне плинтуса — явная часть энергосети базы.

Столовая представляла собой просторный зал с возможностью, не вставая с места, выбрать себе ужин путем вливания маны в символ с конкретным блюдом. А пахло тут просто божественно: идеально прожаренным мясом, свежим хлебом и каким-то незнакомым, но приятным травяным чаем.

Оружейная поражала воображение не столько количеством, сколько качеством: стеллажи с артефактами высочайшего качества, в разы превосходящими свои копии из малых стран чисто за счет материалов.

Тренировочные зоны были оснащены генераторами мана-мишеней, способными имитировать броню противников любого ранга, и симуляторами тактических сценариев с проецированием голограмм просто на воздух.

Пол в этих залах был покрыт упругим, поглощающим удары материалом, в воздухе висела легкая дымка от постоянной работы проекторов, а в предоставляемых на входе руководствах можно было найти любую информацию о любом возможном противнике и о том, какие тактики против него использовать.

Мои ребята не уставали повторять, что за один день здесь можно получить больше, чем за месяц на старой базе.

— А жилые отсеки, Мак… — мечтательно проговорила Ярана, — это просто чудо какое-то! Регуляция температуры, звукоизоляция, холодильник, душ с таким напором, что без усиления тела маной оставлял бы синяки! И в каждом есть терминал для связи.

— А вот это, капитан, самое крутое, — Хамрон подвел меня к краю огромного зала, где в полу зиял широкий проем, огороженный барьером из силовой энергии. За ним уходил вниз, в самую глубь гигантской Руины, бесконечный ствол лифта. — Он ведет прямо в город! Лифт на несколько сотен метров!

— Ты летать можешь куда дальше, — улыбнулся я.

— Летать и кататься на лифте — это разные вещи, — наставительно произнес Хамрон.

— Но нам туда нельзя, — с неожиданно досадой в голосе заключил Силар, смотря вниз с каменным лицом. — Мы здесь на положении гостей. Доступа к городской инфраструктуре не имеем.

Я посмотрел в мерцающую глубину шахты и мысленно пообещал себе, что это ненадолго. Как только нас переведут в корпус на постоянной основе, я первым делом спущу весь батальон вниз и устрою такую вечеринку, что они будут вспоминать ее следующие десять лет.

Вечером мы ужинали в той самой столовой, за большим столом, и мои офицеры наперебой делились впечатлениями. Именно в тот момент, когда я подносил ко рту кусок искусно приготовленного стейка, к нашему столу подошла группа человек в двадцать.

Они двигались с той показной небрежностью, что выдает уверенность в своей силе и праве. Возглавлял их коренастый мужчина с коротко стриженными волосами и шрамом через бровь, на форме которого я сразу отметил знак Третьей дивизии. Он остановился в паре шагов от меня, его взгляд скользнул по мне, и на его лице появилась откровенно презрительная усмешка.

— Так вот он какой, — его голос гулко прозвучал в внезапно наступившей тишине. — Наглый пират, который думает, что может прийти на базу четвертого корпуса и козырять какими-то письмецами и связями. Это ты, что ли, Марион?

Я медленно кивнул, откладывая вилку, и тщательно проглотил кусок мяса, прежде чем ответить. Мое спокойствие, казалось, озадачило их еще больше.

— Да, это я. Тот самый наглый пират.

Мои слова повисли в воздухе, и на лицах двадцати с лишним бойцов на мгновение отразилось полное недоумение. Они явно ожидали оправданий, возмущения, может быть, даже попытки скрыться.

Мое простое подтверждение выбило их из колеи. Но ступор длился недолго. Лицо их лидера, капитана, снова исказилось гримасой злобы.

— Значит, признаешь! — выпалил он. — Играешь не по правилам, прячешься за спинами сильных мира сего, как трус!

— Прежде чем бросаться такими обвинениями, — мягко парировал я, — позвольте уточнить. Вы из третьей дивизии, верно?

— Так точно! — гордо выпрямился один из его подчиненных.

— В таком случае приветствую вас, — я слегка склонил голову. Моя вежливость, контрастирующая с их агрессией, явно действовала им на нервы. — Что касается связей… У меня их нет в таком количестве, чтобы заставить судей принять решение в мою пользу без веских оснований. Я лишь добивался, чтобы все факты были учтены честно. Не более того.

— Ралот Пайкарион, — представился их лидер, ударив себя кулаком в грудь. — Командир элитного батальона «Черные Акулы»! И я заявляю: твоя история о победе над четырьмя Преданиями — вранье! Чистой воды!

— Интересно, — я приподнял бровь. — Значит ли это, что вы считаете судей состязания, включая, вероятно, и командование корпуса, круглыми дураками, не способными отличить ложь от правды?

Я видел, как по спине Ралота пробежали мурашки. Это была ловушка, и он это понял. Но он был не так прост.

— При твоих-то связях, которые ты заполучил какими-то темными махинациями? — фыркнул он, найдя выход. — Тебе ничего не стоило бы подкупить или запугать кого угодно, чтобы они подтвердили твою сказку про «Око Шести»! Судьи, может, и не дураки, но они не могут игнорировать официальные показания, даже если те пахнут ложью!