Демон Жадности. Книга 5 (СИ) - Розин Юрий - Страница 5

Корабли в малых странах не могли летать над Руинами из-за гравитации, так что все города там строились на краях Руин. Но корабли высших империй, более мощные и совершенные и подпитываемые более плотной маной, спокойно летали в гравитационном поле Руин, просто тут они не могли врубить «форсаж».

Так что имперцы могли себе позволить возводить города и внутри территории Руин, в любом месте, где захотят.

Яхта с едва слышным шипением коснулась палубой полированного камня пирса. Через окно я видел, как к нам уже направляется группа офицеров в имперской форме. Я обернулся к своей команде, которая собралась у выхода, впечатленно перешептываясь и разглядывая открывшуюся панораму.

— Слушайте сюда, — мой голос заставил их встрепенуться. — Я с вами сейчас не сойду. У нас с Гильомом еще есть неоконченные дела. Ваша задача — разместиться, освоиться и вести себя смирно. И запомните раз и навсегда: никто и ни при каких обстоятельствах не должен знать, что мы с ним договорились. Понятно?

Они закивали, а вскоре их уже забрали встречающие лица из четвертого корпуса. Мое отсутствие, разумеется, вызвало вопросы. Но тут на сцену вышел Гильом, неспешно и расслабленно разобравшийся с офицерами Коалиции.

Его спокойные, уверенные ответы не оставляли места для вопросов. Формальности касательно моего «ареста» были улажены с обескураживающей легкостью — видимо, вес фамилии Шейларон здесь значил куда больше, чем любые протоколы. Вскоре «Серебряный призрак» вновь оторвался от посадочной площадки, оставив базу Четвертого корпуса позади, и устремился вглубь имперских владений.

Еще примерно сутки пути пролетели в наблюдении за меняющимися за стеклом пейзажами. Наконец, впереди показались новые Руины, называвшиеся Руинами Алого Ворона.

К ним мы подлетели не перпендикулярно сверху, будто пикируя, а по-обычному, что дало мне возможность сполна насладится пейзажами.

Вся гигантская каменная плита, от края до края, была покрыта чередой городов, поселений, транспортных артерий, полей, пастбищ и подозрительно аккуратных, явно искусствено высаженных лесов.

Здесь не осталось ни клочка дикой земли — каждый квадратный метр был освоен, возделан или застроен. От многочисленных городов, больших и малых, как паутина, расходились дороги, опоясывали поля и фабричные комплексы, упирались в порты, где стояли сотни и тысячи гражданских и торговых судов.

Сверху это напоминало идеально отлаженный механизм, где все детали были подогнаны друг к другу.

— Добро пожаловать в сердце маркизата Шейларон, — раздался рядом голос Гильома. Он стоял рядом со мной у того же смотрового окна, наблюдая за моей реакцией. — Общая площадь только этих Руин — около четырехсот тысяч квадратных километров. И это лишь столичные владения. Помимо Алого Ворона, нашему дому принадлежит еще несколько десятков Руин, конечно, меньшего размера, но в совокупности…

Он не стал заканчивать, да в этом и не было нужды. Цифра повисла в воздухе, оглушая своей невообразимостью. Четыреста тысяч…

Это было заметно больше, чем площадь всего королевства Амалис, со всеми его осколками вместе взятыми. А у них это всего лишь одна, пусть и главная, вотчина.

У меня в голове не укладывался масштаб. Вся моя жизнь в этом мире, все мое пиратское и коалиционное прошлое проходило на клочках земли, которые здесь сочли бы за задворки.

Да что там. Один лишь маркизат Шелайрон по площади входящих в его состав Руин должен был по самым грубым моим оценкам равняться площади США, а то и Канады. А ведь в Роделионе было около сотни дворянских фамилий, не говоря уже о владениях короны, явно превышавших владения Шейларона в десятки раз.

Так что и мою земную жизнь на фоне этого всего тоже можно было назвать в буквальном смысле мелкой. Я смотрел на простирающиеся до горизонта города, на геометрически безупречные поля, и понимал, что все мое прежнее представление о могуществе и богатстве было жалкой пародией.

Яхта, тем временем, снизилась и направилась к одному из самых крупных городов в центре Руин. Мы пролетели над кольцом мощных стен и плавно пошли на посадку, направляясь к обширному парку, окружавшему комплекс зданий из белого мрамора и сияющего стекла — центральную резиденцию маркиза.

«Серебряный призрак» с почти неслышным гулом коснулся травы застеленной взлетной площадки в тени древних деревьев, выпустив три ноги-опоры как какое-то НЛО.

Гильом повернулся ко мне, и в его глазах читалась легкая, почти что торжествующая улыбка.

— Ну что же, Майор Марион, — произнес он, жестом указывая на раскрывающийся трап. — Прошу. Ступите на землю Роделиона.

Мы сошли с трапа на ухоженную траву посадочной площадки. Воздух здесь был еще плотнее и насыщеннее, чем на базе Четвертого корпуса, и я непроизвольно сделал глубокий вдох, чувствуя, как мана наполняет легкие, словно тяжелый, но бодрящий эликсир.

К нам уже спешила группа слуг в строгих, но дорогих ливреях с гербом Шейларона — алым вороном на синем фоне, держащим в лапах колос пшеницы и виноградную ветвь. Старший из них, мужчина с седеющими висками и безупречной выправкой, склонил голову.

— Добро пожаловать домой, господин Гильом. Надеемся, ваше путешествие прошло благополучно. Каковы будут ваши указания?

Гильом легко, почти небрежно, махнул рукой.

— Все прошло хорошо. Но пока что вы свободны. Ничего не требуется.

Слуги, не задавая ни единого лишнего вопроса, с еще одним почтительным поклоном развернулись и бесшумно удалились. Затем Гильом обернулся к своим стражникам в сияющей латной броне, которые замерли по стойке «смирно» в нескольких шагах.

— Вы тоже свободны. До конца дня я не нуждаюсь в сопровождении.

Те, в отличие от слуг, на мгновение заколебались, но железный тон Гильома не оставлял пространства для дискуссий. Они отсалютовали и отошли к зданию резиденции. Оставшись вдвоем, Гильом кивнул мне.

— Пойдем.

Он сделал шаг, и его дорожный плащ и удобная форма мгновенно преобразовались, перетекая, как жидкий металл, и сменившись на стильный, но неприметный серый костюм из тонкой шерсти, более подходящий для городского жителя.

Одежда-артефакт. Я лишь бровью повел, оценив удобство, и активировал «Прилар» — татуировка ускорения на моей лодыжке вспыхнула тусклым золотым светом, и мир вокруг замедлился, позволяя мне идти вровень с Гильомом, не прилагая видимых усилий.

Мы покинули парк, выйдя на оживленную городскую улицу. Тут картина тоже была поразительной.

На уровне земли толпились пешеходы. Выше, на высоте примерно второго-третьего этажа, бесшумно скользили машины самых причудливых форм, их манадвигатели испускали мягкое свечение. А еще выше, под самыми крышами, мелькали одинокие фигуры Артефакторов.

Мы поднялись туда через особые «вертикальные коридоры» — по сути просто огороженные энергетическими полями колодцы, нужные, чтобы Артефакторы ни с кем не сталкивались, спускаясь на улицы и поднимаясь обратно к крышам.

Мы углубились в город, на внушительной скорости пересекая улицы, и в итоге он остановился перед даже выглядящим дорого зданием из темного стекла и стали. Опустившись на улицу, мы остановлись перед дверью с вывеской: «ЭПОС О ПРЕКРАСНОМ НАРОДЕ» — и ниже, более мелким шрифтом: «Клиника артефактной реконструкции и пластической хирургии».

Глава 3

Без лишних слов Гильом толкнул матовую стеклянную дверь, и мы вошли внутрь. Воздух здесь был стерильным и прохладным, пахло озоном и антисептиком. За стойкой из белого полированного камня сидела женщина с безупречной укладкой и таким же безупречно-нейтральным выражением лица.

— Добрый день, — ее голос был ровным и безличным, как гул вентиляции. — Что вам угодно?

— Нам требуется срочная консультация с доктором Легарном, — голос Гильома прозвучал твердо и безапелляционно, не оставляя пространства для возражений. Вместе с запросом он положил на стойку небольшую визитную карточку.

Женщина за стойкой даже бровью не повела, взяла карточку, изучила.