Дракон, заживо погребенный (СИ) - Байм Елена - Страница 4

Прошло несколько томительных минут. Я уже начал сомневаться, что служанка вернется, когда услышал тихий звук приближающихся женских шагов.

В полумраке склепа я увидел ее силуэт. Она несла небольшой поднос, на котором стояла миска с чем-то, напоминающим похлебку, кувшин с водой и что-то еще.

Ее лицо было все еще бледным, но в глазах уже не было прежнего страха. Скорее, настороженность и… любопытство.

- Вот. - тихо сказала она, ставя поднос на ближайший надгробный камень

- Это все, что я смогла быстро найти. Надеюсь, вам подойдет..

Я с благодарностью посмотрел на нее.

- Спасибо. Ты очень добра.

Я взял миску. Запах был простым, но таким желанным. Я начал есть, не обращая внимания на то, что мои движения были неуклюжими, а руки дрожали.

Каждый глоток похлебки возвращал мне желание жить, каждый глоток воды утолял невыносимую жажду…

6.

Покончив с похлебкой я развернул рядом уложенное полотенце. Хлеб, сыр и яблоко. Простая, но для меня сейчас - самая желанная пища на свете. Я схватил кусок хлеба и впился в него зубами. Вкус был невероятный!

Когда я смог немного утолить голод, я заметил, как девушка внимательно провожает взглядом каждый кусок. В ее глазах читался точно такой же голод, как ранее у меня.

- Ты голодна, Алиса. – сказал я, и мой голос вдруг стал хриплым.

- Ты принесла мне еду, а себе не взяла. Поешь со мной.

Алиса вздрогнула.

- Я не могу, ваше сиятельство. Это ваша еда.

- Я настаиваю, – сказал я, протягивая ей кусок сыра. - Мы оба голодны. И кроме того, я не хочу есть в одиночестве.

Она колебалась, но все-таки согласилась.

Я подвинулся, освобождая место рядом с собой. Алиса осторожно взяла предложенный мною сыр, и в этот момент наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Я почувствовала жар, но тут же его подавил.

Мы ели молча, наслаждаясь каждым кусочком.

Она ела медленно, с достоинством, которое меня поразило. В ней было что-то, что отличало ее от других женщин, которых я знал. Не было в ней придворной фальши, показной скромности или расчетливой кокетливости.

- Расскажи мне о своей семье. - попросил я, не отрывая от нее взгляда.

Алиса смутилась. И опустила глаза.

- У меня есть мать. Она … немного своенравна. Есть отец. И две младших сестры. – Ее голос был тихим, почти неслышным.

И что самое интересное, Алиса говорила мало, сухо, словно каждое слово давалось ей с трудом. Кхм…неспроста. А может быть я расспрашиваю ее слишком настойчиво? Я видел, как она сжимает край своего платья, как напряжены ее плечи.

- Скажи, мать добра к тебе? – спросил я, стараясь смягчить тон.

Алиса снова смутилась.

- Она… она заботится о нас так, как может…

Я слушал, и что-то в ее сдержанности, в ее скромности, меня затронуло до глубины души.

Я так давно не был с женщиной. Годы, проведенные в интригах и политике, отдалили меня от простых драконьих радостей. И сейчас, глядя на Алису, на ее тонкие черты, на то, как она осторожно ест, я почувствовал, как внутри меня пробуждается что-то давно забытое.

С тех пор, как умерла моя жена, мать Ксавьера, я не испытывал ничего к женщинам, даже к драконницам. А вот сейчас…Ее любопытный случайный взгляд…

Я отложил кусок хлеба, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

- Ты говоришь мало, Алиса. – произнес я, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри меня все бурлило. – Но я вижу, что ты добрая. Ты не испугалась меня, когда увидела. Ты помогла мне.

Девушка подняла на меня глаза, в них читалось удивление.

- Я… я просто сделала то, что должна была, ваше сиятельство

- Должна была?- я усмехнулся.

- Многие с криком убежали бы, крича о призраке. А ты… ты принесла мне еду. Ты рискнула.

Я протянул руку… Мои пальцы остановились в миллиметре от ее руки, лежащей на камне.

Я чувствовал тепло, исходящее от нее, и это тепло было для меня, как глоток свежего воздуха после долгого заточения.

- Ты не просто служанка, Алиса. Ты… единственный человек, которому я могу доверять.

Ее дыхание участилось. Она не отводила от меня взгляда, и в ее глазах я вдруг заметил отражение своего собственного смятения.

Я никогда не думал, что смогу почувствовать что-то такое, после смерти жены.

- Я… я не знаю, что сказать, ваше сиятельство, – прошептала она, ее голос дрожал.

- Не говори ничего, – ответил я, и мой взгляд скользнул по ее губам.

- Позволь мне… - Я медленно, очень медленно, коснулся ее руки.

Ее кожа была мягкой, теплой, и от этого прикосновения по телу пробежала дрожь. Я почувствовал, как напряжение, сковывавшее меня с момента моего пробуждения, начало отступать, уступая место другому, более приятному напряжению.

7

Алиса не отдернула руку. Она замерла, ее глаза были широко раскрыты.

Я почувствовал, как мое сердце забилось быстрее. Я был отравлен, предан, погребен заживо, но сейчас, в этот момент, я чувствовал себя более живым, чем когда-либо.

- Не надо, - прошептала она, но ее голос был слишком слаб, чтобы быть убедительным.

- Ты прекрасна, Алиса. – прошептал я. - Я так давно не был с женщиной…

Мой большой палец нежно погладил ее ладонь.

- Я так давно не чувствовал ничего подобного…

Я медленно протянул руку и осторожно коснулся ее щеки. Алиса вздрогнула, но не отстранилась. Ее глаза расширились от удивления и, возможно, от страха.

Но я не мог больше сдерживаться. Я чувствовал острое, почти болезненное влечение Я притянул ее к себе и поцеловал.

Ее губы были мягкими и теплыми, и я почувствовал, как желание разгорается с новой силой.

Я подтянул подол ее простого платья, обнажая стройные ноги, и начал целовать ее шею, чувствуя, как ее тело дрожит от моих прикосновений.

- Алиса, я так хочу … узнать тебя, кто ты такая. И я хочу, чтобы ты узнала меня. Не как герцога, а как мужчину… - шептал я, а мой голос был хриплым от новых эмоций.

Внезапно Алиса оттолкнула меня с неожиданной силой, влепив мне пощечину. Я замер. На моей щеке выступила красная полоса.

Ее глаза горели праведным гневом.

- Не смейте, ваше сиятельство! - выкрикнула она, ее голос дрожал от возмущения. - Я хоть и служанка, но я тоже имею честь! И прошу не приставать ко мне! Ищите для этого другую девку!

Я отшатнулся, пораженный ее реакцией. Я смотрел на нее, чувствуя смесь разочарования, удивления и огорчения.

Но глядя на нее, я быстро осознал, что возможно мои действия были грубыми и неуместными.

В моей голове промелькнула мысль, что я, герцог, привыкший к повиновению и власти, просто взял то, что захотел, не задумываясь о чувствах этой девушки. Стыд и раскаяние пронзили меня.

- Алиса, прости меня. - пробормотал я, опустив голову. - Я не должен был… Я повел себя как дракон.

Алиса молчала, тяжело дышала. Ее грудь вздымалась, а глаза сверкали от обиды и унижения. Я отчетливо видел, как она пытается сдержать слезы.

- Я… я просто хотел… - я запнулся, не зная, как объяснить свое поведение.- Я так долго был один, потом горе с сыном... А сегодня, открыв глаза и поняв, что я лежу на могильной плите… наверное, нервы и расшалились. Прости…

Алиса продолжала молчать, но я заметил, как ее плечи немного расслабились. Я понимал, что нужно время, чтобы она успокоилась.

- Я понимаю, что ты не поверишь мне сейчас, но я обещаю, что больше никогда не причиню тебе вреда, и не обижу. – сказал я, глядя ей прямо в глаза. - Я буду относиться к тебе с уважением и благодарностью. Если ты позволишь мне… если ты согласишься и дальше помогать мне, я буду тебе очень признателен.

Я замолчал, ожидая ее ответа. Тишина в склепе стала почти осязаемой. Наконец, Алиса медленно подняла голову и на меня посмотрела.

В ее глазах все еще читалась обида, уступая место любопытству и, возможно, даже немного сочувствию.

- Что вы собираетесь делать дальше, ваше сиятельство? - спросила она тихо.