Невинная для двух боссов (СИ) - Алая Бетти - Страница 15

– Я подумаю, – улыбаюсь, беру почту и топаю к лифту.

Народу немного, поскольку мне теперь нужно приходить совсем рано. Встаю у лифта.

– Привет, – тихо говорит Дима.

– Доброе утро, Дмитрий Борисович, – чеканю.

– Варя, ты опять за своё? – вздыхает.

Двери лифта открываются. Захожу, игнорируя вопрос. Лесовский заходит следом и резко нажимает кнопку моего этажа.

– Подождите! – орет какой-то мужик в костюме, пытаясь успеть на лифт.

Но Дмитрий Борисович зловеще улыбается.

– Подождешь следующего, – и двери быстро закрываются.

Мы остаемся в кабинке вдвоем. Молчу. Лесовский волком глядит на меня.

– Варя.

– Что?

– Ты очень красивая.

– Спасибо.

По телу скачут мурашки, которые я не могу обуздать.

– Я серьезно. Никогда никого красивее не видел.

– Даже вашу Петру? – не выдерживаю, язвлю.

– Ах вот оно что… между нами нет ничего. Не ревнуй, Варенька.

– И потому вы наутро вываливаетесь из её машины? – набираюсь смелости и гляжу в бездонные голубые омуты.

Зря. Ведь я тут же теряюсь. Взгляд Лесовского падает на мои губы. Мужчина нажимает кнопку экстренной остановки. Сглатываю.

– Не надо, Дмитрий Борисович…

– Ты такая сексуальная… моя пчелка…

– Прекратите сейчас же! Мы на работе! – щеки пылают, между мной и боссом лишь папка с письмами для гендира.

– Мы в лифте, крошка. Почему раньше это платье не надевала? – он гладит мои волосы, – и не распускала свои беленькие локоны. А, Рапунцель?

Хочется урчать от удовольствия. Кусаю губы, чтобы удержать себя от греха. Прислоняюсь спиной к стене. Лесовский всё ближе. Его зрачки полностью закрывает радужку.

Опирается руками по обе стороны от меня.

– Ты маленькая ведьмочка, – шепчет, тыкаясь лбом в мою шею.

– Почему? Нет… – бормочу, облизывая губы.

– Потому что ты приворожила меня. Пиздец, Варя, я не могу ни о чем думать, кроме как о тебе. Всю ночь не спал.

– И в мыслях не было. Не нужно, Дмитрий Борисович. Мы на работе.

Набираюсь смелости и решительности. Отталкиваю мужчину. Он непонимающе глядит на меня.

– Сначала разберитесь со своими любовницами! – выпаливаю, нажимаю кнопку движения лифта.

Дзынь!

Лифт трогается, дверь тут же распахивается, и я вылетаю прочь. Бегу на рабочее место. Он был так близко! Я чуть было не позволила… обхватываю щёки ладонями.

Но мысли о том, что Лесовский приехал с рыжей охлаждают, словно ушат ледяной воды.

– Так, нужно всё по должностной инструкции делать. А еще сегодня переговоры с испанцами, – бормочу, аккуратно складываю все письма, документы на подпись и несу к генеральному.

Открываю его кабинет. И тут же чувствую пленительный, будоражащий аромат парфюма Шатрова. Блин!

Быстренько раскладываю документы. Потом бегу делать кофе на кухню. Из рук всё валится. Как я могу одновременно ревновать Лесовского и думать об Олеге? Они оба прочно засели в моём сердце.

Брр!

Тащу кофе, быстренько разбираюсь с утренними делами. Вижу дверь в углу кабинета. Интересно, что там?

Толкаю. Что-то типа рабочей спальни. Небольшая кровать. Шкаф. Приятный рассеянный свет. Но тут за мной вырастает массивная мужская фигура. А низкий томный шепот обжигает кожу.

– Я смотрю, ты готова выполнить последний пункт должностной инструкции?

Олег? От его дыхания всё внутри переворачивается. Резко разворачиваюсь, таращусь на мужчину. Он так близко, что носом почти тыкаюсь в широченную грудь.

– Что… что вы… я не… – блею испуганно.

– Так боишься сдать мои рубашки в чистку? – ухмыляется он.

Что? Рубашки? Поджимаю губы.

– Рубашки сдам, – бурчу.

– Смотрю, ты мне кофе сварила? – он не пропускает меня к двери, нависает, – пахнет божественно.

– Да. Не успела утром зайти в кафе.

– Потому что прихорашивалась? – он бесстыдно осматривает мою фигуру, обтянутую красным трикотажем, – очень изящно. Тебе идет это платье. И макияж. Ты такая красивая, Варя. Восхитительная!

– Спасибо, – опускаю взгляд, – я могу идти работать?

– Иди. Но не забудь, что после обеда у нас переговоры.

– Я помню. Всё подготовила, – пытаюсь не пищать, но получается слабо.

– Отлично. И спасибо за кофе.

Вылетаю из его кабинета, пытаясь как-то утихомирить сбившееся дыхание. Я серьезно подумала, что он будет делать то, что сказал? Господи, ну и дурында! И мне ведь реально этого хочется. Вспоминая губы генерального на моей распаленной плоти, машинально сжимаю ноги. Но не помогает. Становится лишь хуже. И, по-моему, мои трусики уже промокли насквозь.

– Кстати! – Шатров внезапно выходит из кабинета, – сегодня с Лесовским едем на его машине. Она у заднего выхода, если что.

– Хорошо.

Интересно, почему он забыл машину? Петра за ним заехала? Мысли снова улетают не в том направлении.

– Он вообще после той ночи сам не свой, – смеется Олег, – а всё из-за тебя.

– Что? – вообще ничего не понимаю.

– Да. Ладно, мне пора на совещание, – он уходит, – кофе классный, очень вкусно, малыш.

От его «малыш» всё тело простреливает электрическим током.

Кое-как доживаю до обеда. Рабочие вопросы напрочь из головы вылетели. Лесовский думает обо мне?

Ты приворожила меня. Пиздец, Варя, я не могу ни о чем думать, кроме как о тебе.

Я не понимаю! Они оба словно играются со мной, как коты с мышкой. Недоговаривают, намекают. А я? Совсем запуталась в собственных чувствах! Аккуратно складываю документы.

– Привет, пчелка, – Лесовский вырастает рядом с моим столом.

– Кажется, мы уже здоровались, – стараюсь держать голос ровным.

– Ты мне сердце разбиваешь.

– У любовницы залечите, – пытаюсь обойти его, но босс не пускает.

Сминает меня в объятиях.

– Я никогда… слышишь…– рычит, – блядь, я никогда не оправдывался перед женщинами.

– Вот и не надо начинать! – обиженно выпаливаю, пытаюсь вырваться, – мне плевать!

– Ты обманываешь, пчелка, – шепчет, сводит с ума, – не плевать тебе. А я хочу оправдаться перед тобой.

Тем временем на этаж возвращается Шатров. Он складывает руки на груди. Смотрит. Взгляд становится темным, губы кривятся в ухмылке.

– Не понимаю, – бросаю тщетные попытки освободиться.

– Хочу тебя, Варя… только тебя одну. А с Петрой мы пили. И говорили. Я вообще спал на диване.

– Мне неинтересно, – моё тело совершенно не слушается.

Оно хочет этих мужчин.

– Простишь меня, пчелка? – проводит языком по моей шее, – больше такого не повторится.

– Мы не в отношениях, – шепчу, – чтобы я вас прощала.

– А я хочу, чтобы ты стала моей… – смотрит поверх меня на Олега, – вернее, нашей. Что думаешь, милая пчелка? Порадуешь боссов?

– Я… не знаю… – лепечу.

Шатров приближается, встает сзади.

– Подумай, малыш, мы не торопим. У тебя неделя на принятие решения, – шепчет мне на ухо, а от их близости меня рвет на части.

Затем оба отступают. Ни в лифте, ни в машине меня не трогают. Тихо переговариваются. А я не могу поверить. Что это было вообще?! Предложение встречаться втроем?

Шатров галантно открывает дверь машины, Лесовский – ловко ограждает меня от толпы. Здесь, в офисе испанского представительства, очень много народу! А я маленькая. Рядом со мной – два больших, высоких мужчины. И они защищают меня. Закрывают собой.

Стоит ли говорить, что я с огромным трудом могу сконцентрироваться? Ведь и тело, и душа вместе кричат «Да!». Но страх не позволяет согласиться так сразу. Чувствую себя парящей на облаке. И не знаю, как вести себя теперь.

Однажды я уже поверила. И это закончилось такой болью, что второго раза не переживу.

Шатров и Лесовский блестяще проводят переговоры. Я и не думала, что они знают испанский.

Но когда боссы компаний пожимают друг другу руки, начинаю гордиться ими. Это происходит само собой. И Олег, и Дима – настоящие акулы бизнеса. Держатся уверенно.

– Ну что, съездим перекусить? – потягивается Лесовский, когда делегация испанцев скрывается за дверью.